Читать книгу - "Файрс-Крик - Д. М. Хендерсон"

ее грудей выпирали над рюшами корсета. Как кусок одежды мог закрывать столько кожи и при этом быть такой ебуче сексуальной загадкой — для меня было за пределами понимания. Золотые цепочки украшали и ее шею, и сам корсет, который так идеально облегал ее изгибы. Замысловатые линии татуировок змеились по ее предплечьям и заканчивались у множества золотых колец, разбросанных по ее тонким пальцам.

Что я там говорил раньше про эти пальцы?

Я был в полной жопе…

И именно этот момент Джонас выбрал, чтобы прервать мое шоу.

— Ах, значит, ты и есть новый домовладелец.

Блять.

5

Тедди Картер был чертовски аппетитным. Он трахал меня глазами с той самой минуты, как я сюда приехала. И, не буду врать, это внимание мне нисколько не мешало. В нем было что-то такое, что тянуло меня к нему. Будто меня невольно притягивало к нему какой-то силой.

Мы позволили тишине повиснуть еще на мгновение, прежде чем Джонас указал на дом, жестом предложив мне следовать за ним. Он пошел вперед и придержал для меня дверь, а Тедди шел сразу за мной. Я буквально чувствовала его взгляд, скользящий по моей заднице, пока мы направлялись на кухню.

Огромные мозаичные плитки покрывали фартук, смыкаясь с массивными деревянными столешницами, занимавшими все пространство. В углу громоздилась куча пустых бутылок из-под бурбона и виски, рядом валялось несколько пачек сигарет. Кухня переходила в просторную, на удивление уютную гостиную, будто срисованную со страниц журнала «Загородная жизнь». Я и правда удивилась, насколько красивым оказался этот особняк, учитывая, что им управляли двое суровых ковбоев.

Джонас тяжело выдохнул, достал с барной стойки бутылку Maker's Mark2 и выставил три хрустальных стакана. Он задержал взгляд на мне, потом налил янтарную жидкость и сдвинул стаканы по столешнице к Тедди и мне. Свой он наполнил до краев, коротко кивнул нам, а потом залпом опустошил.

Джонас снова плеснул себе в стакан, а Тедди метнул в мою сторону озорной взгляд и, ухмыльнувшись, бросил ему:

— Ну, раз уж она теперь тут босс, может, нам стоит научить ее работать. — Его голос был хриплым, густым от вожделения, и он играл бровями.

— Хватит, Тедди. Она хотела работу и дом, а не ебаную венерическую заразу, — прорычал Джонас, наливая нам еще по одной.

— Должен тебе сказать, дорогой Джони, что я вообще-то, блять, святой, — парировал Тедди. Он рухнул в потертое кожаное кресло в углу комнаты и вытащил из нагрудного кармана пачку сигарет вместе с золотой зажигалкой с гравировкой. Щелкнул огнем, затянулся глубоко и надолго. Его лицо расслабилось, когда он впустил в легкие клубы дыма.

— Ага, а я тогда Хью, блять, Джекман, — отозвался Джонас, и из его груди вырвался глубокий, теплый смех. Он покачал головой, посмотрел в свой пустой стакан и пробормотал что-то невнятное. Потом развернулся на своих стоптанных ботинках и направился к такому же кожаному креслу в гостиной, тяжело вздохнув, когда опустился в него. — Так что привело тебя в Файрс-Крик? И зачем ты купила ферму?

— Это довольно длинная история. У меня умерла мама, и я только что выбралась из очень тяжелых отношений. Видимо, после бутылки вина я принимаю интересные жизненные решения, — ответила я виновато.

— Что ж, Ривер, — протянул Тедди с мурлыканьем. — Лично я до смерти рад, что в этой дыре появилось новое лицо. А то я уже задолбался каждый день пялиться на уродливую харю Джонаса. — Он сделал большой глоток виски и затянулся сигаретой. Его пальцы скользнули по волосам, на губах заиграла дьявольская ухмылка, и при этом его глаза ни на миг не оторвались от моих.

Мы сидели там какое-то время, пили и разговаривали. Парни объясняли мне, что меня ждет, уверяя, что они «введут меня в курс дела». Джонас описал обычный день, рассказал, как устроены циклы кормежки, какой скот должен находиться на каком пастбище. Он даже дошел до того, что составил для меня краткий обзор соседей и убедился, что я в курсе всех тонкостей маленького городка и его политики. По словам парней, наша соседка, Бренда Хартфорд, появлялась здесь примерно раз в неделю, чтобы проверить скот, которого она держала на выпасе, и обычно приносила с собой запеканки.

Я могла бы слушать, как Джонас зачитывает мне телефонный справочник, честное слово. Его голос был таким успокаивающим, таким знакомым. И не мешало то, что он был чертовски аппетитным. Боже, что в этом месте вообще подсыпают в воду? Тут что, горячие обаятельные ковбои растут прямо на деревьях? Соберись, женщина.

— Так вы, ребята, часто поднимаетесь в главный дом? — спросила я, делая еще глоток из своего стакана.

— Поднимаемся сюда? Персик, мы здесь живем, — заявил Тедди.

— Вы, блять, что?

— В особняке. Мы в нем живем. Я — с самого рождения, — сказал Джонас, и на его лице отразилось странное, тоскливое выражение.

— Прежний владелец никогда тут не появлялся, так что, когда моего отца, Фрэнка, наняли управляющим, нашей семье отдали этот дом. А когда родители усыновили Тедди, он тоже сюда переехал. Моя семья живет здесь уже больше пятидесяти лет, — продолжил Джонас.

— То есть… мы, по сути, соседи по дому? — спросила я. В этот момент что еще, черт возьми, мне оставалось делать? Выгнать их? Ага, отлично бы это сработало.

Глаза Тедди задержались на мне, пока он тихо потягивал виски. То, как его полные губы обхватывали резной бокал, посылало волны жара прямиком в мой центр. Этот мужчина умудрялся быть одновременно и очаровательным, и до безумия сексуальным.

— Это проблема для тебя, Ривер Карлайл? — спросил Тедди, тщательно выделяя каждое слово. Это звучало скорее как вызов, чем как вопрос. То, как его губы произнесли мое имя, кружило голову. Ну что ж, Теодор. Игра началась. Поиграем.

— Только если ты пообещаешь быть хорошим мальчиком, Теодор, — медленно протянула я, позволяя словам капать с губ так, чтобы оставить его на самом краю, именно там, где я и хотела.

Он одобрительно усмехнулся, откинулся на спинку кресла и закинул свои сапоги на крепкий дубовый стол перед собой. Темно-коричневая кожа его сапог была покрыта пылью и стерта со всех сторон. Каблуки были полностью исцарапаны, а швы у носков начинали расходиться. Они были прекрасны, как и тот, кто их носил. Из-под ткани его рубашки, небрежно заправленной только с одной стороны в джинсы, выглядывала массивная блестящая пряжка с золотым лонгхорном3.

Чем дальше затягивалась ночь и чем больше во мне оказывалось алкоголя, тем сильнее я желала,