Читать книгу - "Обидный проигрыш - Дебора Феррайоло"

что я сама не уверена, что это хорошая затея.

Картер — это Картер.

Его навыки построения отношений практически равны нулю.

Его прошлое с женщинами напоминает сводки с полей сражений.

А что, если он устанет от меня через месяц? Что, если это случится уже после того, как мы всем расскажем?

— Мы можем подождать еще немного? — спрашиваю я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Его лоб прорезает морщинка. — Чего именно ты хочешь ждать?

— Просто чтобы всё между нами немного… устоялось. Это всё еще такое… новое.

Дело не в том, что я не хочу в это верить.

И не в том, что я не хочу ему доверять.

Просто… мне страшно.

Страшно, что в конце концов он даст мне повод пожалеть о своем доверии.

Его взгляд становится еще серьезнее, он отставляет миску и берет мои руки в свои. — Разве мы не на одной волне, Цветочек?

Его прикосновение успокаивает.

— На какой именно волне, если уточнять? — спрашиваю я, кусая губу.

— На той, где я слишком долго ждал тебя и не намерен всё испортить.

Я киваю. Я знаю, что сейчас он именно так и думает.

Но то, что он думает так сейчас, не означает, что он будет думать так вечно. Это не гарантия того, что через месяц он не пресытится мной или не передумает.

После всего, что случилось с Остином и Мелани, у меня огромные сомнения в своей способности разбираться в людях.

Я и представить не могла, что она способна так ударить меня в спину. Это предательство сломало меня сильнее, чем самые тяжелые расставания с парнями. Потому что любовь может пройти, люди могут разойтись, но подруга? Подруга не должна так поступать.

И то, что произошло, до сих пор чертовски болит.

А вдруг я снова ошибаюсь? Вдруг я доверюсь только для того, чтобы мое сердце снова разлетелось вдребезги?

Страх подступает к горлу, мешая дышать. — Мне просто нужно немного больше времени, — шепчу я.

— Я дам тебе его, — отвечает он, сжимая мои ладони. — Но рано или поздно нам придется это сделать. Думаю, лучше до того, как нам придется провести целую ночь вместе на девичнике и мальчишнике. Искушение коснуться тебя на глазах у всех будет настоящей пыткой. Честно говоря, не уверен, что смогу не спалиться.

Я прикусываю щеку изнутри.

Осталось всего две недели. Немного, но этого должно хватить, чтобы привести мысли в порядок и понять, куда я хочу двигаться.

— Ладно, — отвечаю я. — Перед праздником.

Он улыбается, наклоняется ко мне и нежно целует в висок. — А теперь давай найдем колоду карт, и я покажу тебе, как раздевать всех в пух и прах в покере.

* * *

Зои подается вперед через стол, нависая над своей горой панкейков с шоколадной крошкой, и изучает меня так, будто я заговорила на языке пришельцев.

После трехмильной пробежки и бесконечных упражнений наш голод достиг такой стадии, что утолить его может только внушительная порция вредной еды.

— Картер предложил тебе стать его девушкой, а ты отказала! — восклицает она в полнейшем недоумении, отправляя в рот очередной кусок.

— Он не делал прямого предложения, — быстро парирую я. — Он ни разу не произнес слово «девушка».

К тому же, у меня стойкое ощущение, что у Картера вообще никогда не было «официальных» отношений.

Зои фыркает. — Ты что, на другой планете живешь? Он проводит ночи у тебя дома, не интересуется другими женщинами и ценит твою компанию, даже когда вы не занимаетесь сексом. Читай между строк, Лейла.

А еще он чертовски здорово умеет обниматься и нежничать, но я не уверена, что признание этого как-то упрочит мои позиции. Поэтому я решаю сосредоточиться на своей тарелке, подцепляя вилкой кусочек французского тоста и собирая им сироп, пока гул заведения заполняет возникшую паузу.

— Ты заставила настоящего Дон Жуана остепениться, — добавляет она, наставляя на меня вилку. — Это серьезное достижение.

Оно станет таковым, только если это продлится долго.

Я беру стакан с апельсиновым соком и делаю глоток. — А ты и Дэш? Что там у вас? — спрашиваю я, переводя тему.

Зои, которая еще секунду назад казалась воплощением уверенности, заминается. — Мы провели много ночей вместе, и мы ни с кем больше не встречаемся, по крайней мере, я... — она кусает губу. — Но я почти уверена, что и он тоже. Однако я не хочу давить на него, вешая ярлыки. Пока что.

Я прекрасно её понимаю.

Вот только в моем случае пугают как раз сами ярлыки.

— Вот видишь? Ты ничем не лучше меня.

— Он только что развелся, — возражает она. — Это другая ситуация.

Я фыркаю, но знаю, что она права.

По крайней мере, Дэш доказал, что способен на обязательства. Он любил женщину достаточно сильно, чтобы жениться на ней. Он выбрал — остаться.

Чего не скажешь о Картере, у которого никогда не было настоящих отношений и который всегда был кочевником в делах сердечных.

— Как прошла встреча с Дэном на днях? — спрашивает Зои, разрезая индюшачью колбаску с точностью хирурга.

— Хорошо. Я всё еще собираю дополнительные доказательства, чтобы отправить ему.

Её глаза темнеют. Кажется, она злится из-за случившегося даже больше, чем я. Она оставила столько критических комментариев в соцсетях Мелани, что той понадобились дни, чтобы всё удалить, а когда Зои не в духе, она создает новые профили просто ради того, чтобы помучить её.

— Собираешься отомстить Мелани?

Если бы это было возможно... Я часто об этом мечтаю. Хотелось бы, чтобы она почувствовала то же, что и я: публичную казнь в соцсетях. Чтобы она превратилась в позорный мем или гифку — так было бы еще забавнее.

Неужели я прошу слишком многого?

— У меня не так много рычагов по поводу того, что она сделала со мной. Я не могу доказать, кто у кого и что украл. Нет письменных улик. Однако, кажется, у Морганы хорошие шансы. Но я не собираюсь в это ввязываться. Я не сторона процесса, так что устранюсь, как только она и Дэн начнут работать вместе.

Картер, вероятно, вздохнет с облегчением, когда это случится. Судя по ядовитому комментарию, который он отпустил вчера вечером по поводу моего обеда с адвокатом, он не в восторге от Дэна.

С другой стороны, ревность ему к лицу.

Зои кивает с довольной улыбкой. — Хорошо. Мне нравится думать, что карма вот-вот постучится в дверь Мелани.

О боже, я так на это надеюсь.

— Я тоже, — шепчу я.

И если в этом мире есть справедливость, она наступит.

26 —