Читать книгу - "Доктор-попаданка. Подняться с низов - Анна Кривенко"

сложно сказать, — ответил он. — Но я работаю над этим. Как вы видите, власть Сергея Антоновича очень велика. И даже мой статус не позволяет её поколебать.

Снова Роман Михайлович упомянул о каком-то особом своём статусе. Разве он не сын обычного графа? Впрочем, я никогда не вникала в это. Да и, наверное, мне действительно неинтересно.

— Вы не могли бы сказать, в какой именно комнате я теперь буду жить? — осторожно уточнила я. — Мне бы хотелось немедленно переехать.

— Да, конечно, — произнёс Роман Михайлович, поспешно вставая. — Пойдёмте, я сам подберу вам эту комнату.

Идти с ним по коридору вдвоём сейчас казалось чем-то крайне напряжённым, но возразить я не посмела.

Стоило нам выйти из его кабинета, как на нас уставились десятки глаз. Весь медперсонал провожал нас изумлёнными взглядами. Я слышала шепотки, видела бурю эмоций на их лицах.

Да уж, обсуждают, что сын графа собрался жениться на какой-то ничтожной санитарке.

Впрочем, мне всё равно. Я тряхнула головой. Не о том я должна думать. Всё это быстро закончится. Найдём повод — помолвку разорвём.

А то, как это отразится на моей репутации… ну и плевать. В первый раз, что ли…

* * *

Женское общежитие для высокопоставленного персонала оказалось совсем небольшим — редко кто из знати в принципе оставался жить в стенах комплекса. Только приезжие и очень смелые барышни решались на такое.

Мне досталась комната с соседкой. Роман Михайлович показал нужную дверь, сообщил, что мне принесут постельное бельё и бытовые мелочи, а мои вещи передадут слуги. Чинно поклонился и ушёл, а я, взволнованно выдохнув, толкнула дверь.

Внутри никого не было.

Комната оказалась на удивление уютной. Светлые обои с тонким цветочным узором, аккуратные кровати, покрытые мягкими пледами, узкий письменный стол с зеркалом и пара стульев. У окна стояла ваза с живыми цветами — кто-то явно любил уют. В углу — небольшой шкаф и тумбочка, на которой лежала раскрытая книга.

Тихо, спокойно, чисто. После долгих дней тревог — почти как глоток свежего воздуха.

Я присела на край кровати, чувствуя, как постепенно спадает напряжение. Интересно, какая у меня будет соседка? Надеюсь, не из тех ядовитых сплетниц, что с радостью разнесут по всему комплексу каждое моё слово.

Хотя… кого я обманываю? Вряд ли повезёт. С моей-то удачей.

Весь оставшийся день я проработала сравнительно спокойно. Однако постоянно натыкалась на чужие взгляды. Меня избегали, на меня украдкой засматривались, шушукали за спиной.

Я была настолько в центре внимания, что к вечеру начала дико раздражаться. Как же это противно — слов нет. Нет, не то чтобы меня интересовало чьё-то мнение, просто чувствовать себя под микроскопом — к этому ещё нужно привыкнуть.

К вечеру я вернулась в комнату, уставшая и по-прежнему раздражённая. И столкнулась с соседкой.

Ею оказалась миловидная брюнетка с аккуратными чертами лица, смотрящая на меня своими огромными карими глазами.

Как только она разглядела моё лицо, то тут же вскочила на ноги и с восторгом произнесла:

— Это правда вы? Вы и есть та самая невеста княжича Романа???

Я опешила. О чём она вообще? Какой ещё княжич? Кажется, слухи переросли во что-то совершенно нелепое!

Глава 46 Роман Михайлович удивил

Симпатичную брюнетку звали Василиса. Она была дочерью мелкопоместного барона. Её восторг с лица всё не сходил, когда она убеждала меня в том, что Роман Михайлович является самым настоящим княжичем — младшим сыном самого князя Всеволода.

В первые мгновения я действительно не верила её словам. Нет, ну это же полный бред. Да, конечно, о княжеской семье я знала немного, но то, что их почитали чрезвычайно высоко, уже уяснила. Княжеские отпрыски и родственники стояли выше всех по социальной лестнице. Даже тот самый противный докторишка, который всё время хвалился тем, что является кузеном княгини, имел огромный авторитет среди работников медицинского комплекса — именно за счёт этого родства.

Поэтому представить Романа Михайловича целым княжичем? Нет, это полный вздор. Да, он высокомерен, да, он ведёт себя аристократично, но на княжича совсем не тянет. Да и зачем молодому человеку с таким статусом работать врачом?

Но после подобной мысли меня устыдила совесть. А что насчёт призвания? Не сама ли я раньше доказывала, что призвание, данное едва ли не от рождения, — это основа всего? Основа жизненного выбора, основа судьбы.

И тут в памяти начали всплывать некоторые моменты, подтверждающие, что Василиса говорит правду. Например, упоминание некоего «особого статуса», которым обладал Роман Михайлович. Он ведь действительно повторял это не раз в последнее время. Даже когда сказал, что меня, как его невесту, больше не будут открыто притеснять, он, наверное, именно это имел в виду — высокий статус.

О Боже… Я прикрыла рот рукой, переваривая внезапно обретшую реальность информацию. Значит… значит, я невеста целого княжича? Ну, фиктивная, конечно. Вот почему окружающие смотрят на меня с таким видом, будто кто-то по ошибке короновал грязную попрошайку. Теперь всё ясно.

— Расскажите, расскажите… — не унималась Василиса, — как это произошло между вами?

Я посмотрела на неё несколько отупевшим взглядом.

— Произошло что?

— Ну, любовь! — глаза её засветились, и в этот момент я поняла, насколько она юна и безнадёжно наивна.

— Сколько тебе лет? — произнесла я, слегка поморщившись.

— Восемнадцать! — охотно ответила девушка, и я убедилась, что в своих выводах права.

Выдохнула. Нет, я не хочу ничего объяснять. Понятное дело, никакой любви не было, и все эти восторги сейчас мне в тягость. Хотелось просто переварить всё услышанное и немного успокоиться. Но девчонку обижать не хотелось, поэтому я кисло улыбнулась и произнесла:

— Да, собственно, всё крайне просто и обыденно. Мне даже нечего сказать. Ещё не факт, что за помолвкой последует свадьба.

После последней фразы восторженное выражение стремительно сползло с лица Василисы.

— То есть как? Вы считаете, что всё закончится трагично? Почему?

Я закатила глаза. Вот уж чего не хотелось — так это обсуждать подобные темы.

— Послушай, — я постаралась улыбнуться, — позволь мне оставить мои отношения с Романом Михайловичем в тайне. Это личные вопросы, и они меня немного смущают.

— Ах, простите! — воскликнула Василиса. — Понимаю, да, я была бестактна. Просто вы — олицетворение мечты любой девушки нашего королевства. Роман Михайлович потрясающий! Даже когда я не знала, что он княжич, считала его идеальной партией. А уж теперь подавно. Вам ужасно завидуют, так что… будьте осторожны.

Последнюю фразу она произнесла уже серьёзно.

Я не стала придавать этому значения. Опасность ведь и правда преследует меня повсюду — с тех самых пор,