Читать книгу - "Ритуал Старлинга - Девни Перри"

Откуда у него шрам? Как долго он носил кольцо?

Были ли мы счастливы до того ужасного конца?

Я выскользнула из-под его руки, осторожно, чтобы не разбудить его, встала с кровати и отодвинула полог. Халат, который я надевала после нашей ванны прошлой луной, висел на стуле. Я натянула его, завязала пояс на талии и на цыпочках вышла из спальни.

Пол в гостиной был выложен изумрудной плиткой с эмблемой гостиницы — двумя полумесяцами, которые, соприкасаясь, образовывали вытянутый круг. Два темно-синих бархатных кресла стояли напротив роскошного дивана из той же ткани. В воздухе пахло апельсиновой коркой и розами. На маленьком письменном столе рядом с новым букетом бордовых хризантем стоял кувшин со свежей водой. Прозрачные белые занавески развевались на ветру, который дул с нашего балкона.

Я ступила на платформу, крепко держась за деревянные перила, и вдохнула прохладный рассветный воздух, чувствуя, как щиплет глаза и из уголков начинают течь слезы.

— Черт, — прошептала я, вытирая их.

Даже когда я была одна, я все чаще использовала каландрийский. Если я пробуду здесь достаточно долго, смогу ли я забыть Нелфинекс? Если я уеду отсюда сейчас, если найду способ отплыть домой, изменит ли это будущее?

Как мне спасти его?

Я прижала ладони к глазам, напрягая их так сильно, что белые и черные пятна заслонили все, кроме звуков города.

Мы пробыли в Скеншоне четыре дня. Каждое утро Андреас спрашивал, готова ли я продолжить наше путешествие в Туру. И каждое утро я целовала его в губы и тащила обратно в постель, где мы оставались, обнаженные и переплетенные, часами напролет.

Как я могла продолжать путешествие в Туру, если это могло означать его смерть?

Это видение было четким. Оно было четче, чем любое другое. Единственное видение, которое я видела с такой четкостью, была смерть Эмери.

Если оно повторялось, то должно было что-то значить. Но что?

Я вцепилась в перила балкона, впиваясь ногтями в дерево. Это напомнило мне о солнцах на борту «Сиррины», когда я стояла на носу и делала то же самое. Даже сегодня утром, когда у меня кружилась голова, пол, казалось, уходил у меня из-под ног, как будто я снова была на борту корабля.

Что бы сделала Зендра? Хотелось бы мне спросить ее.

Внутри послышался шорох с кровати, звук был таким слабым, что я не должна была его слышать. По полу прошаркали шаги, и на балкон вышел Андреас, обернув вокруг талии белую простыню.

Две сильные руки обхватили меня, когда он прижался ко мне всем телом.

— Ты недостаточно спишь.

В данный момент сон был опасной идеей.

— Я отдохну позже.

Он обнял меня крепче, согревая своим телом.

— В Озарте всегда так холодно? — Теперь, когда страх, вызванный видением, рассеялся, утренний холодок начал проникать внутрь, вызывая мурашки на моих руках и ногах.

— Если ты думаешь, что здесь холодно, нам нужно будет раздобыть тебе одежду потеплее, прежде чем мы отправимся в Туру. До зимнего солнцестояния будет только холоднее. Возможно, в горах уже лежит снег.

— Снег. — Я повторила это слово, медленно произнося его. — Что такое снег?

— Похож на песок, но сделан изо льда. Он падает с неба, как белый дождь.

Видение, которое было у меня несколько месяцев назад, — мужчина верхом на лошади с той девочкой. Они были в поле, рядом с горами, покрытыми белыми шапками. Я думала, что это песок или камень.

Но это был снег.

— В Нелфинексе снега не бывает. — Как и зим.

Солнце светило почти всегда одинаково. У нас бывали времена, когда дождь шел от рассвета до заката, и, хотя грозы приносили с собой холод, когда облака расступались, тепло возвращалось, как будто его никогда и не было.

По узкому переулку под нашим балконом катила повозка, возница кашлял в кулак, понукая лошадь.

Мы с Андреасом не так уж много времени провели за стенами этой комнаты. Все, что я видела в Скеншоне, — это дорога через город, которая привела нас к гостинице «Изумрудный Полумесяц».

С тех пор как мы приехали, все блюда доставлялись в нашу гостиную, и, если нам чего-нибудь хотелось, Андреас просто спускался вниз с золотыми монетами в руке, чтобы высказать нашу просьбу портье.

— Ты хочешь уехать сегодня? — спросил он.

— Нет, — пробормотала я, прижимаясь затылком к его груди. — Пока нет.

— Хочу показать тебе город. Но сначала вернемся в постель. — Он наклонился и прижался губами к месту, где соединяются мои шея и плечо.

Поцелуй был легким, как перышко, и от него по моему телу пробежали мурашки, а внутри разгорелось желание.

Он поднял меня на руки и отнес внутрь, раздвинув полог, чтобы уложить на матрас.

Я скользнула рукой по его рельефному животу, когда он прижался губами к моему рту, наши языки сплелись, когда я развязала простыню у него на талии.

Он устроился в колыбели моих бедер, прижимая меня своим весом к кровати, и целовал меня до тех пор, пока у меня не перехватило дыхание.

Я протянула руку между нами и сжала его член в кулаке, направляя его к своему входу.

Он раскачивал нас вместе, медленно, мучительно, пока не вошел по самое основание.

— Да. — От того, как я прижалась к нему всем телом, у меня поджались пальцы на ногах. Я выгнулась ему навстречу, и мои набухшие соски скользнули по его твердой груди.

Андреас оторвался от меня, оставляя дорожку поцелуев вдоль линии моего подбородка, пока не добрался до уха.

— Тени, люблю тебя трахать.

Трахать — это слово, которое я только выучила, имело много значений, но это было моим любимым.

Я обхватила его бедра лодыжками и впилась пальцами в твердые мышцы его плеч, когда он вышел из меня, а затем снова вошел.

Он попал в то место, от которого я растаяла.

Его движения были быстрыми, но обдуманными. Его руки блуждали по моей груди, ребрам и бедрам, оставляя за собой искры. Он смотрел на меня с таким вожделением, что я чуть не лишилась чувств.

И когда он прижал палец к моему центру, я разбилась вдребезги, мое тело разлетелось на тысячу сверкающих кусочков.

Утренний холодок давно прошел, когда мы без сил рухнули на кровать, наши ноги переплелись, а его тело прижалось к моему.

Андреас мгновенно заснул с мягкой улыбкой на губах.

Я смотрела на него, запоминая каждую черточку его лица, от острых углов скул до волевого подбородка и темных полумесяцев ресниц, пока мои собственные не затрепетали и не закрылись.

Видение возникло немедленно.

На этот