Читать книгу - "Цена предательства - Элен Блио"

с Кириллом рядом, помогать, поддерживать, сидеть с ним часами, пока он в коме, разговаривать, гладить по руке. Делать то, о чем говорил врач. Конечно, я уступлю ей место. Пусть.

Но… увы, пока рвения Дарьи я не вижу. Сегодня её вообще не было в клинике.

- Ника, о чем думаешь?

- Почему Даша не приехала? – смотрю на Романа, хотя понимаю, что он может и не знать ответ. Он пожимает плечами.

- Я ей не звонил.

- Ясно.

- Ник, если будет нужно, Даша станет дежурить там круглосуточно.

- Кому нужно? Тебе? Это должно быть нужно ей.

- Вот именно. Ей. Не тебе.

- Ром…пожалуйста.

Он подходит, молча притягивает меня к себе.

- Я тебя не отдам ему, слышишь? Не отдам.

Странно. Это вроде бы и приятно слышать. Но, с другой стороны. Отдам. Возьму. Я что, вещь?

Мне это не нравится. Но я глотаю свое недовольство, помалкиваю. Потому что именно сейчас мне просто нужно немного любви.

Или много.

Той любви, которую может дать Шах. Горячей, страстной, жаркой и нежной.

Когда чувствуешь себя королевой, главной женщиной во вселенной.

- Моя, слышишь? Только моя!

Слышу! Очень хорошо слышу.

И так же хорошо слышу другой голос, который тоже говорит моя…

- Ника, моя… Ника…

Глава 56

Конечно, когда Кирилл приходит в себя я выдыхаю. Что бы там ни было между нами, но я всё-таки зла ему не желаю. Я хочу, чтобы он был жив и, желательно, здоров. Он отец моего сына. Отец, который моему сыну нужен, несмотря ни на что.

Я рада, что вторая операция прошла успешно, что Кирилла смогли вывести из-под действия препаратов, что он открыл глаза. Даже старается улыбаться.

- Как ты себя чувствуешь?

- Не чувствую, - уголки губ чуть ползут вверх, - это какая-то жесть.

Да уж, точнее не скажешь.

Я в курсе, что с ним побеседовал доктор, Кирилл знает обо всем, что случилось. Ну, собственно, он был в сознании непосредственно после аварии – это мы знаем со слов очевидцев и врачей «скорой».

Он спрашивает меня о Косте, задаёт вопросы о своих родителях. О работе.

О том, какие прогнозы насчет его выздоровления, когда он сможет встать на ноги и сможет ли, мы не говорим. Пока опускаем эту тему.

Я сижу в его палате примерно полчаса, после чего собираюсь. Собственно, больше мне тут делать пока особенно нечего.

- Ты куда?

- Поеду. Сегодня дела еще.

- Какие дела? Ник-Ник? А я?

- Ты отдыхай, не думаю, что тебе можно много разговаривать. Чуть позже, наверное, заедет Даша.

- Какая Даша? – я смотрю на него, на понимая, что он имеет в виду.

- Твоя Даша, Кир.

Он моргает, выражение лица странное, словно он пытается вспомнить.

- Какая… моя Даша?

О, господи! Он издевается? На меня как-то сразу накатывает раздражение.

- Вот придёт, тогда узнаешь, все, пока, мне некогда.

- Ник, Ника, подожди! – он шепчет так обреченно, вижу гримасу боли. – Ник… Я… я не знаю, кто такая Даша.

И тут я осознаю неожиданно, что Кирилл не шутит. И это просто как гром среди ясного неба.

Он потерял память? Но… как?

Он ведь вспомнил меня? Костика тоже – спрашивал о сыне. Родителей. Почему он не помнит Дашу?

Честно, я не знаю, что делать. И очень боюсь навредить. Я в шоке.

- Даша, это… Это… Не важно. Извини, я… я сейчас, я вернусь.

Выбегаю из палаты, спешу на пост, где сидит медсестра. Мне срочно нужно поговорить с лечащим врачом.

Минут через двадцать мы уже в кабинете главврача этой частной клиники. Товий Сергеевич слушает меня, потом о чем-то спрашивает доктора, который наблюдает за Кириллом. Я не совсем улавливаю суть их беседы, просто в голове шумит.

Кирилл потерял память. И что теперь?

Он не помнит Дашу. Значит, не помнит последние несколько месяцев жизни? Не помнит… свою измену?

По телу прокатывается волна жара. Я не знаю, как к этому относится. Не знаю.

Возможно, я могла бы обрадоваться. Мой муж по-прежнему мой. Для него ничего не было. Не было другой женщины, не было влечения к ней, не было секса.

Но ведь Дарья беременна?

Предательский голосок в моей голове шепчет – и что из того, что беременна? Это твой муж. Он любил тебя, и теперь любит. Она сейчас для него ничего не значит. Можно так легко вернуть свою счастливую, размеренную, спокойную жизнь!

А Даша… Ну, что Даша? Она ведь в больницу приехала чисто для галочки. Я ведь могу попросить Романа увезти её? Он же предлагал?

Стоп.

О чем это я думаю? Еще одна волна как электрический разряд пронзает меня.

Роман. Шах. Шахов. Я.. я была с ним близка. И между нами не только секс. То, что было в последние дни – это другое. Как раз сексом заниматься мне было нельзя, и мы занимались… любовью. Мы любили друг друга. То есть… он точно любил меня, а я… я купалась в этой любви. Я поглощала её, как жаждущий поглощает воду. Голодный пищу. Я не могла насытиться этим его чувством. Его жаждой меня. И я кайфовала от этого.

Кайфовала от того, что чувствовала себя желанной! Я! Та, которой любимый муж изменил, которую предали! Наслаждалась вниманием другого мужчины. Принимала его как лекарство.

И что делать с этим?

И что делать вообще со всем?

Я-то не потеряла память! Я-то не забыла, что муж мне изменил! Не забыла его слова. Его желание оправдаться, такое низкое, гадкое… Еще хуже было его желание свалить вину на меня. Заставить меня считать себя во всем виноватой!

А я ведь и считала!

Я не слушаю разговор докторов. Всё равно ничего не понимаю. Кроме одного.

У меня новая проблема.

Кирилл, который потерял память и всё еще считает меня своей любимой женой.

И я, которая уже не считаю его мужем.

И что с этим делать?

- Ника, давайте не будем раньше времени впадать в депрессию. Вас муж помнит, так? Это уже хорошо.

Тяжело вздыхаю. Скрывать от врачей правду смысла не вижу. В двух словах обрисовываю ситуацию.

Подробности им, полагаю, знать не надо. Только основное. Мы разводимся, у мужа другая, и как раз её-то он и не помнит.

- Да, случай интересный. Может быть… - Товий смотрит на меня наклонив голову, как бы изучая, сканируя,