Читать книгу - "Да кто тебе нужен, генерал! - Екатерина Жданович"

засуетился и, пробормотав что-то о жаре, повел меня к диванчикам в стороне.

Я думала, это конец. Но прошло совсем немного времени, и перед нами вырос Даррен. Весь сияющий, с улыбкой, которая не дотягивалась лишь до глаз.

— Лорд Торнтон, — голос генерала прозвучал слишком громко и четко, — вы уж не обессудьте, но я должен на время украсть у вас прекрасную леди. Неотложное дело.

Я замерла.

— Нет, лорд Кануэлл, я… мы как раз…

Рука Торнтона, лежавшая на моей, вдруг сжалась. Не сильно, но ощутимо. На его лице промелькнула тень раздражения. Он был задет.

— Генерал, — произнес Бредли, и в его обычно вкрадчивом голосе послышались стальные нотки, — я, конечно, понимаю важность государственных дел. Но леди Ирен только что жаловалась на недомогание. Я как ее жених не могу позволить...

— Дело не терпит отлагательств, — твердо заявил Даррена. — Я ручаюсь за безопасность леди и верну… то есть не волнуйтесь.

Торнтон медленно повел взглядом от Даррена ко мне. Его глаза изучали мое бледное лицо. Но Бредли отступил. Возможно, понял, что открытое противостояние с героем и фаворитом короля — плохая затея. Или просто не захотел публичного скандала. Его пальцы разжались. Раздражение на лице Торнтона сменилось привычной маской подобострастия.

— Ну что ж... если дело важное... — он тяжело вздохнул, делая великодушный жест рукой. — Конечно, сэр Кануэлл. Надеюсь, вы не заставите меня долго ждать?

Даррен не стал ждать согласия. Пальцы обхватили мой локоть, твердо и без возражений. Он повел меня сквозь толпу, и я шла, как одурманенная, чувствуя жар его ладони сквозь тонкую ткань перчатки. Мы миновали зал, вышли в сад. Прохладный ночной воздух заставил взбодриться. Даррен не останавливался, уводя все дальше, вглубь геометрически подстриженных кубов и спиралей, подальше от света и глаз.

Наконец, он остановился в тени высокой живой изгороди. Фонари дворца отсюда смотрелись размытыми пятнами. Даррен отпустил мою руку, и я тут же отступила на шаг, скрестив руки на груди, стараясь держаться строго. Но смотреть на него не решалась. Видела только начищенные сапоги. Руки он сжал в замок за спиной.

— Ирен… — начал он, и голос его надломился.

Я молчала, сглатывая, но в горле стоял ком.

— Помолвка… моя помолвка расторгнута, — выпалил он наконец.

Будто ледяная вода окатила меня с головой. Ужас сдавил виски. Что мне делать! Опять видеться с ним! Я же не устою и брошусь в его объятия снова! В чем я виновата?

— Как?.. Почему?.. — прошептала я, поднимая на него наконец испуганный взгляд. — Что вы сказали Мэри. Или она не такая?

Он махнул рукой, будто отгоняя муху.

— Но… но я… я найду тебе другую невесту, — залепетала я, пытаясь вернуть себе хоть каплю контроля, хоть тень прежней уверенности. — После свадьбы… моей… я продолжу поиски. Обязательно найду достойную…

— Ирен, хватит! — голос Даррена прозвучал резко, и я вздрогнула.

Он сделал шаг ко мне, и в полумраке его лицо было искажено мукой.

— Я… я генерал. Я командовал армиями. Я смотрел в лицо смерти и не моргал. Я не боялся ни пуль, ни клинков, ни ярости врага. Но почему же я… почему я до дрожи в коленях боюсь того, что скажут эти… эти жуки в шелках и бархате?

Он с отвращением посмотрел в сторону дворца.

Мне стало не по себе. Я отступила еще, чувствуя, как почва уходит из-под ног.

— Мне пора. Лорд Торнтон будет беспокоиться.

— Нет! — он схватил меня за запястье, но не грубо, а с отчаянной мольбой. — Нет, Ирен, выслушай. Пожалуйста. Я не могу больше. Я не могу молчать.

Он подошел так близко, что я чувствовала исходящее от него как от раскаленной печи тепло. Ночь вдруг перестала быть прохладной.

— Я так глупо, так неуклюже все это говорю, — его голос сорвался на прерывистый шепот. — Я командовал атаками, выстраивал стратегию сражений, но перед тобой все мои слова разбегаются, как новобранцы под первым залпом. Я не умею говорить красивых слов. Но я тону без тебя. Каждый день, как камень на дне, тяжесть, которую я тащу, как амуницию в изнурительном переходе. Эта помолвка, этот брак… я шел на него, как на плаху, потому что думал, что должен. Должен выполнять приказ короны. Но есть приказы, которые ведут к победе, а есть те, что ведут к капитуляции души. А сегодня, увидев тебя с ним… — он резко, почти с болью, выдохнул, и его рука непроизвольно сжалась в кулак, — я понял, что не могу. Не могу отдать тебя другому. Не могу жить в мире, где ты не моя. Это все равно, что смотреть на карту, где стерлось самое главное укрепление, опора всего фронта.

Слезы, горячие и соленые, выступили на глазах. Я отчаянно моргала, пытаясь их сдержать, но одна предательская капля скатилась по щеке. Даррен увидел ее. Его рука, будто сама собой, поднялась, и большой палец коснулся кожи, смахнув слезу.

— Я люблю тебя, Ирен, — произнес он. — Я любил тебя всегда. С той самой первой нашей встречи. Ты вошла в мою жизнь, не спрашивая разрешения, как ураганный огонь, и перевернула все в ней с ног на голову, смешав стройные колонны приказов и уставов в хаос чувств. Ты единственный тыл, в котором я нуждаюсь. Единственная высота, которую хочу брать снова и снова. Без тебя мой мир — это лагерь на выжженной земле, набор правил и обязанностей, серая, безрадостная пустыня долга. Только с тобой я чувствую себя живым. Только с тобой, когда ты смотришь на меня так, будто я не генерал, не солдат, а просто мужчина… только тогда я это я.

Он умолк, тяжело дыша, и смотрел на меня широко раскрытыми глазами.

Глава 51

Ирен

Сердце разрывалось на части

— Я помолвлена, — выдохнула я, слова прозвучали как приговор, — Я не могу... Я не буду чьей-то тайной. Твоей любовницей.

Даррен резко качнулся вперед, словно от удара, и сжал мои руки.

— Любовницей? — его голос прозвучал сдавленно, почти яростно. — Ты думаешь, я... Ирен, ты не поняла! Выйди за меня. Стань моей женой. Единственной и навсегда.

От его слов перехватило дыхание. Мир поплыл перед глазами. Это была не просьба. Это было требование, приказ, вырвавшийся из самой глубины его существа.

— Даррен... — попыталась я возразить, но он не дал мне говорить.

— Довольно, Ирен! — его голос прозвучал тихо, но с той несокрушимой силой, что смиряла непокорных солдат. — Я не предлагаю тебе прятаться в тени. Я хочу вести тебя под венец при всем честном народе.

Он внезапно привлек меня к