Читать книгу - "Крылья, что связывают нас - Брайер Болейн"

вбила кулак ему в грудь и тут же прописала жестокий пинок сначала под одно колено, а затем под другое. Парень с глухим уханьем рухнул на пол с ошалевшим видом, а Медра перешагнула через него и шагнула ко мне.

Она встала между мной и Лохланом.

— Флоренс, не произноси больше ни слова, — бросила она через плечо. — Я понимаю, что ты пытаешься сделать, но пожалуйста. Не надо.

— О чем она говорит? — Девчонка с длинными темными косами подошла к Медре сзади с разъяренным видом. — В каком смысле дракон послушает тебя? С чего бы ему слушать тебя, а не всадницу?

Я открыла рот. В глазах Медры застыла мольба. Но если я смолчу, что они с ней сделают?

Кое-кто из студентов подошел ближе, сгорая от любопытства. Чье-то плечо намеренно грубо задело мое. Я ахнула, внезапно осознав, сколько глаз уставилось на меня. Стало душно, накатила клаустрофобия.

Что происходит? Где ты? Почему твое сердце так бешено колотится?

Я едва из шкуры не выпрыгнула.

— Никсарис, — пискнула я.

— Флоренс, — предостерегающе сказала Медра. — Не надо.

Твое сердце не должно колотиться с такой скоростью. Не в оранжерее. Чем именно вы там занимаетесь? Ботаника не должна вызывать такой азарт.

— Никсарис? — переспросила Иша.

— Что? — тупо спросила я.

Она подалась вперед: — Что ты скрываешь? О чем молчишь?

Часть меня хотела ответить Никсарису, что ботаника вообще-то может быть весьма азартной штукой. Но другая часть слишком отчетливо ощущала на себе десятки взглядов. Мысли мешались в кучу. Это могло бы выйти смешно — если бы Лохлан не рванул на нас снова. Его руки обхватили шею Медры, оторвав ее от пола и сжав мертвой хваткой.

— Медра! — закричала я.

Объятая ужасом, я смотрела, как она въедается ногтями в его руки, пытаясь вырваться. Но он был куда крупнее. Сильнее. Его толстое предплечье замкнулось на ее горле намертво. Лицо Медры багровело, сапоги скребли по полу, пока она билась, пиная его по лодыжкам и оттаптывая ноги.

Я не сдержалась и закричала.

Я настаиваю, чтобы ты немедленно объяснила мне суть этого занятия, птенец. Голос Никсариса звучал властно и настойчиво.

Но времени на разговоры не оставалось.

— Отпусти ее! — закричала я.

Медра пыталась просунуть ладонь между давящим предплечьем и горлом. Я видела, как она задыхается, и ничего не могла сделать. Я сделала только хуже. Гораздо хуже.

Лохлан оскалился на меня и сжал хватку еще сильнее, мускулы его руки давили на ее дыхательное горло. Я никого в жизни так не ненавидела.

Иша подалась ближе, глаза сияли победой: — Флоренс, так ведь? Ты из Авари, верно? Скажи нам, что ты собиралась сказать, Флоренс, иначе Лохлан искалечит твою подружку. — Она взглянула на парня и кивнула. — Говори, или он прикончит ее прямо здесь.

Медра смотрела на меня. Я ощущала ее немую мольбу. Я знала, что она не хотела калечить парня, но он задушит ее.

Если я промолчу, она умрет. Медра спасла мне жизнь. Я не могла этого допустить. Хватка Лохлана сжималась все сильнее.

— Нет! — визгнула я. — Хватит! Никсарис мой. Он… — Слова слетели с губ в тот самый миг, когда Медру взорвало.

Другого слова и не подобрать. Словно внутри у нее долго накипало, и она сорвалась. С диким рыком она извернулась, задрала локоть и с силой вбила его Лохлану в ребра. Я услышала треск костей и ахнула. Лохлан пошатнулся назад, его хватка ослабла. Но Медра не закончила. Она запрокинула голову назад и с размаху врезала затылком ему по носу. Брызнула кровь. Лохлан взвыл, его руки разомкнулись. И тут моя подруга двигалась быстрее, чем я когда-либо видела. Выскользнув из захвата, она рухнула на пол, подхватила Лохлана за запястье и всем весом крутанула его, впечатав парня в камни.

Медра отшатнулась назад, кашляя и задыхаясь — последствия удушения наконец накрыли ее. Но парень на полу не успокоился. Он поднялся, в глазах пылала жажда расправы. Рот исказился в жестокой гримасе, когда он выхватил нож из-за пояса.

Медра тяжело дышала, отступив на шаг. Было видно, что она не хочет причинять ему вред. Она просто хотела, чтобы он остановился. Но он не собирался останавливаться. Всё велело закончиться скверно.

Скажи мне, где ты. Ты не в оранжерее. Голос Никсариса звучал тревожно.

Иша рванула к Лохлану, сжав кулаки и оскалив зубы.

Времени не оставалось даже на то, чтобы крикнуть. Все случилось мгновенно. Тень прорезала толпу. Красно-черная вспышка. Блейк.

Я даже не заметила, как он появился. Но вот секунду назад Лохлан стоял с занесенным кинжалом, а Иша бежала к Медре сзади — и в следующее мгновение Лохлан полетел навзничь с тошнотворным хрустом костей. Его голова свернулась под жутким углом. Несовместимым с жизнью. Тело грохнулось на камни. И больше не шевелилось.

Всхлип застрял в горле. Иша завизжала, тянясь к ножу Лохлана, но Блейк сработал быстрее. Он рванул вперед, оскалив клыки. В мгновение ока оказался рядом с Ишей, сгреб ее за запястье и выкрутил нож из пальцев. Оружие со звоном упало на пол, девчонка закричала от боли, отшатнулась и больно рухнула на колени, сжавшись под ним. Глава Дома Дракхарроу навис над ней, его рот все еще искажал свирепый оскал.

Я прикрыла глаза. В моей голове не было сомнений, что прямо сейчас он загрызет ее клыками.

— Блейк! Хватит! — голос Медры прорезал тишину.

Я выглянула сквозь щелки глаз. Блейк тяжело дышал, все еще нависая над Ишей с обнаженными клыками, его тело гудело от напряжения. Настоящий хищник, готовый к растерзанию. Его грудь вздымалась от попытки сдержать себя. Я затаила дыхание. Вокруг никто не смел шелохнуться.

— Блейк, остановись, — велела Медра — единственная, кому хватило смелости обратиться к этому жуткому типу.

Высокородный медленно выпрямился и повернул голову к Медре, клыки все еще торчали.

И тут я увидела это. Его глаз — зрячий, который должен был быть серым — пылал алым.

Взгляд Блейка дёрнулся, и глаз снова стал серым. Высокий высокородный окинул взглядом толпу рождённых мором студентов, застывших в гробовом молчании; многие отступали назад, побледнев от ужаса.

Он зарычал.

— Никто, — рявкнул он так, что эхо понеслось по коридору, — не смеет трогать ее.

Медра не отвела взгляд. Она осторожно подошла к нему и положила ладонь ему на грудь.

— Блейк, — прошептала она. — Успокойся. Все кончено.

Только тогда его клыки убрались, точно клинки в ножны. Ярость и жажда расправы, захлестнувшие его, улетучились. Плечи опустились. Я глубоко вдохнула, впервые осознав, что дрожу всем телом.

Блейк выдохнул, оглядывая мою подругу с ног