Читать книгу - "Джокеры, или Экспозиция: Родиться надо богиней. Месть богини. Буря приключений - Юлия Алексеевна Фирсанова"

ли он? А вдруг папа не даст согласие на брак? Как уговорить его? Что будет? Надеюсь, меня не разлучат надолго с лиэль, я непременно скоро увижу ее вновь!»

В голову юноши полезли мысли, не связанные с предыдущими, но являющиеся продолжением мечтаний о случившемся ночью на берегу озера: «Наверное, это будет еще прекраснее, чем в прошлый раз. Если только она позволит. О Свет, что же я буду делать, если мы никогда не увидимся вновь, если лиэль не посмотрит на меня так же, как тогда? Если это так, то есть только один путь, один выход – кинжал в сердце, как в легенде о Лилиэли и Раилилэ. Пока я буду ценить каждое мгновение, что Элия рядом со мной, а в тот миг, когда она покинет меня, я оборву нить своей жизни! Да простят меня отец, великий Талерин и Гильди-эль Светоносная!

Нет смысла в жизни, если в ней нет любви. Элия права: когда любишь, даже смерть кажется несущественной! Я стану светлым духом и буду незримо следовать за ней повсюду, хранить от беды, навевать светлые сны, я смогу любоваться ею неустанно!» От этих мыслей юному принцу стало грустно и одновременно легко на сердце.

Внезапно отрешившаяся от реальности и переставшая следить за тропинкой, принцесса споткнулась о толстый сук, выгнувшийся петлей в густой траве. В мгновение ока юноша оказался рядом с любимой, чтобы поддержать ее. Но девушка, едва не ткнувшаяся носом в спину впередиидущего следопыта, уже успела восстановить равновесие, и принц облегченно вздохнул, радуясь тому, что любимая не пострадала. Чувствуя себя взрослым и мужественным, юноша решил: «Клянусь именем Талерина защищать Элию. Что бы ни произошло, я во всем буду на ее стороне».

Девушка поблагодарила Элиндрэля кивком головы, довольная его заботой, но и слегка досадующая на то, что он так явно выказал свои чувства перед всем отрядом. Обычный эльф с философским спокойствием отнесся бы к тому, что неуклюжий чужак, незваным вторгшийся в Лес, падает на ровном месте. Только если бы чужеземец через некоторое время не поднялся, Дивный приблизился бы, чтобы взглянуть, в чем, собственно, причина задержки.

Следопыты неодобрительно хмурились и изумленно взирали на принца, который почему-то кинулся на помощь чужеземке, которая в таковой вовсе не нуждалась. А старший следопыт забеспокоился основательно. Для него все стало совершенно ясным: и смущение юноши, и его попытки схитрить.

Мужчина безапелляционно решил: «Чужестранка околдовала юношу, заставляя подчиняться себе. С такой сильной колдуньей мне не справиться, ведь ей удалось обмануть даже Камень Истины. Надо как можно скорее сообщить обо всем владыке Зеленых Просторов. Надеюсь, его магия исцелит Элиндрэля. Бедный мальчик! Что нужно от него этой женщине? Надо идти быстрее, дорога каждая минута».

Невольно подслушав эти громко-тревожные мысли, разносящиеся по всему лесу, Элия сначала поморщилась, досадуя на непосредственность принца и его дурацкие идеалы, мешающие конспирации, но потом успокоила себя логичной мыслью: «Ну что ж, чем скорее мы будем в городе, тем лучше. Да и беспокойство за наследника должно подвигнуть владыку дать мне аудиенцию побыстрее, а не выплясывать вокруг да около, соблюдая миллион дурацких ритуалов, после исполнения которых чувствуешь себя маринованной в уксусе рыбой, неспособной к членораздельной речи».

Резким свистом начальство дало команду, и отряд ускорил ход.

Очень скоро принцесса перестала считать, что идея поскорее попасть в город так уж хороша. К концу дня при том темпе, который задал, поддавшись панике, старший следопыт, подустали даже эльфы, что уж говорить об Элии, почти валившейся с ног. Принцесса, проклиная паникерство остроухих и стертые ноги, упрямо продолжала идти, не прибегая к магии, хотя чертовски тянуло потихоньку левитировать. Но богиня опасалась колдовать, чтобы еще больше не перепугать эльфов. Вдруг после очередного шока Дивные вознамерятся припустить бегом?

Глава 4

Секреты быстрой тропы

А старший следопыт нервничал все сильнее. Он никогда не числил себя знатоком волшебства, предпочитая погружению в тонкие магические структуры блуждания по лесным дебрям, которые знал и любил как истинный эльф. Но сейчас ему на ум лезли воспоминания о простейших законах, действенных для многих видов заклятий, и они гласили, что многие наложенные чары по истечении трех суток развеять невозможно.

Бедный Элиндрэль! Чтобы спасти юношу, следопыт был готов на многое, если не на все. Мужчина решил сделать все возможное, чтобы сократить время перехода к городу с пяти дней до трех.

Но для этого нужна была помощь Леса. Было нужно, чтобы он захотел помочь. И старший следопыт готов был заплатить за эту помощь любую цену: лучше это, чем предстать перед глазами владыки Зеленых Просторов и признаться в том, что не сберег его сына. Что ж, придется открыть чужестранке один из великих лесных секретов, но это не беда, все равно она никогда не сможет воспользоваться им сама, а если об этом узнает враг, тем лучше – сильнее будет его страх перед Дивным народом.

Мужчина принялся высматривать нужное ему дерево рядом с узкой, едва заметной для людского глаза тропкой, по которой эльфы шли уверенно, как по удобной дороге. Дуб, береза, заросли орешника – все не то. Но вот впереди мелькнула гладкая серо-зеленая кора молодого тополя. Хвала Талерину! Наконец-то!

Свистом велев отряду остановиться, следопыт ринулся к дереву и обнял его так страстно, словно встретил давно потерянного друга. Эльфы собрались в нескольких шагах от предводителя и приготовились ждать, догадываясь, что он задумал. В отличие от них принцесса не понимала, что это нашло на вожака остроухих, но готова была простить ему любые выверты за возможность немного перевести ДУХ.

Тонкие пальцы следопыта бережно поглаживали кору тополя, щекой он припал к стволу, глаза были плотно закрыты – казалось, он весь ушел в некий молчаливый разговор с деревом, а может быть, и со всем Лесом разом.

Аллариль, а именно так звали старшего следопыта, действительно шел по мысленной тропе к сердцу Леса, чтобы изложить свою просьбу. Он чувствовал, что Лес встревожен, даже испуган чем-то, но готов его принять и выслушать. Не спеша, хоть и дорога была каждая минута, следопыт сформулировал свою просьбу. И получил мгновенный – большая редкость в общении с таким неторопливым организмом, как Лес, – ответ. Ответ-согласие, даже с нотками облегчения, словно следопыт сделал то, что было нужно самому Лесу.

Аллариль расслабился, поплотнее приникнув к коре дерева, и приготовился заплатить за свою просьбу, дать силу для осуществления желания просителя. Но вместо того чтобы почувствовать мгновенную слабость, привычную в таких случаях, мужчина ощутил приток живительных сил.