Читать книгу - "Джокеры, или Экспозиция: Родиться надо богиней. Месть богини. Буря приключений - Юлия Алексеевна Фирсанова"

«Ой, чего-то я, видно, недопоняла в эльфийской логике или недооценила темперамент юного принца. Кто же мог ожидать от парня такой бурной реакции и стремления к межвидовому браку?» – ошарашенно, будто ей рукоятью меча промеж глаз засветили, заморгала Элия.

Принцесса едва не поперхнулась при мысли о такой «блестящей» перспективе: ей, богине мира Узла, стать супругой какого-то едва оперившегося птенчика из эльфийского мира. Причем этот птенчик уже все решил за нее и даже не удосужился поинтересоваться планами на будущее потенциальной невесты и ее мнением относительно свадьбы. Видно, считал, что такое предложение само по себе невиданная честь и должно быть принято безоговорочно.

Спрятав подальше едкое желание высказать все это наследнику эльфийского престола, девушка аккуратно, чтобы не оттолкнуть юношу, расположение которого нужно было использовать с максимальной выгодой, сказала, поглаживая гладкую грудь принца:

– Может, не стоит так спешить, Элиндрэль?

– А почему? – неожиданно робко спросил он, взмахнув длинными, как у девушки, ресницами.

Куда только подевалась юношеская дерзость?

– Мы же едва знакомы и, быть может, совсем не подходим друг другу.

– Но ведь уже подошли?

Краска смущения вновь накрыла тонкое лицо эльфа, но не заставила его прекратить разговор.

– Я говорю не о плотских отношениях, – поправила юношу богиня, играя прядью его волос.

– А разве это не вершина отношений между мужчиной и женщиной? – по-настоящему удивился Элиндрэль, широко раскрыв невероятно-желтые, словно светящиеся янтарным светом в полутьме глаза.

«О Творец! Где только он нахватался таких нелепых представлений? Ведь в большинстве своем эльфы – довольно свободная в любовных предпочтениях раса, не делающая различия в выборе партнера между мужчиной и женщиной, легко следующая своим прихотям и склонностям, повинуясь зову природы. А тут такая романтическая наивность. Неужели меня угораздило напороться на одну из редко встречающихся высокоморальных ветвей Дивного народа? Или только этот мальчишка – бракованный экземпляр, следствие мутаций или дурного папиного воспитания на недостижимых идеалах? Вот уж везет так везет. Надо было подробнее Источник спрашивать. Да, влипла, придется выкручиваться», – решила озадаченная принцесса и вступила в полемику:

– Конечно, единение тел несет наслаждение, но это еще не любовь, а лишь одна из ее сторон. Очень важная, не спорю, но нужны еще и взаимная симпатия, сходство интересов, уважение наконец. Тем более ты сын владыки Зеленых Просторов и должен думать не только о собственном удовольствии, но и о благе вашего мира, всего народа эльфов. Разве они примут брак наследника с женщиной другой расы?

– Я не подхожу тебе, потому что я не человек? – огорченно спросил эльф, выудив из всей речи девушки только то, что беспокоило его на данный момент, и благополучно пропустив мимо ушей все остальное.

– Нет, милый, в любви это не имеет значения. – Поняв, что ее все равно не услышат, принцесса решила оставить на время тему брака и плавно перешла к делу: – Ведь влюбилась же без памяти твоя кузина Вириэль в вампира и пожертвовала всем, оставила дорогих родственников, друзей, любимый мир – все, чтобы только быть с ним рядом.

– Моя кузина сбежала с вампиром?! Это невозможно! Нет! – завопил Элиндрэль, с ужасом глядя на Элию и даже немного отшатываясь от нее.

– В любви возможно все. Ты сам только что любил женщину, не раздумывая о том, какой она расы. Для тебя это не имело никакого значения раньше, не имеет и теперь, – терпеливо ответила принцесса, выпутывая свои волосы из дрожащих рук эльфа и присаживаясь на плащ.

– Но ты не вампир! А они – кровожадные, беспощадные, ужасные твари!

Юношу просто затрясло от отвращения и брезгливого ужаса.

– Не все, – задумчиво констатировала богиня. – В тебе говорит родовая ненависть, которая зачастую куда сильнее самых логичных доводов рассудка. Поверь мне, среди детей ночи есть разные создания. Встречаются очаровательные друзья и собеседники. Не спорю, они могут быть опасны, если не умеешь себя с ними вести, но тем не менее диалог, разумный диалог, возможен даже между ними и вами. А уж если говорить о любви, настоящей любви, не минутном увлечении, вампиры могут быть верными и надежными не меньше эльфов.

– Нет! Я не верю! – с категоричностью юности, не знающей компромиссов, решительно заявил принц и замотал головой, только что острые уши руками не закрыл. – Вампир ее украл и убил!

– Но тела девушки никто не видел! Нет ни единого свидетеля тому, что над твоей кузиной надругались или издевались! Она просто исчезла! А ты настолько боишься вампиров, что даже не можешь попытаться обдумать сказанное, взглянуть на ситуацию по-новому и изменить свое мнение? Хорошим же ты будешь владыкой!

Элия стряхнула все еще обнимающие ее руки принца и, поднявшись, пошла одеваться, попутно скидывая с тела прилипшие, несмотря на защиту плаща, песчинки. Смену лесной пыли на частички приозерного мусора богиня посчитала несущественной платой за достижение цели. Все равно за час его собралось меньше, чем за пару дней лесного марша.

Поспешно вскочив, юный эльф нацепил на себя рубашку и, чуть не плача, побежал за девушкой, жалобно вопрошая:

– Объясни! Я не понимаю! Как такое могло случиться? Откуда ты знаешь?

– Мне рассказали, – загадочно ответила богиня, одеваясь и наскоро заплетая волосы. – Но ты еще не готов меня слушать. Сейчас не время для споров, пора возвращаться. Скажу лишь одно: разве тебе еще не известно, Элиндрэль, что настоящая любовь превыше всех условностей, предрассудков и норм?

Совершенно запутавшийся юноша тяжело вздохнул. А принцесса, подхватив шкатулку, быстро пошла к месту стоянки. Утро вечера мудренее. Кроме того, богиня решила слегка помучить принца, оставив его без объяснений: впредь будет сговорчивее.

Элиндрэль, одеваясь на ходу, потерянно плелся за девушкой, перебирая все сказанное ею, им самим и гадая, что так сильно обидело Элию – истинную и единственную любовь, избранницу его души. Принц решил обязательно улучить время, чтобы переговорить с ней и попросить прощения. За что конкретно, он так до конца и не понял, но на всякий случай решил просить за все сразу. Недовольство возлюбленной разрывало на части его чувствительное и романтичное сердце, распахнувшееся навстречу первому сильному чувству.

Путь назад оказался куда короче и прямее дороги к пляжу, поскольку на сей раз Лес не выкидывал фокусов и не путал следы. Что интересно, Элия, как ни старалась, не смогла разглядеть той здоровенной сосны – патриарха леса, – рядом с которой находилось волшебное озерцо.

Когда принцесса и ее спутник вернулись к отряду, уже стемнело столь основательно, что на стоянке были видны лишь угли затухающего костра и холмики тел не то спящих, не то грезящих