Читать книгу - "Астарион - Урсула Вернон"

меня освободишь, мы будем союзниками до тех пор, пока не выберемся отсюда, а с кровью не будет… э-э… покончено.

— Поклянись своим паладинским обетом.

Полные губы недовольно скривились.

— Звучит как-то чересчур радикально.

— Дорогой мой, я вор, который пришел украсть то, что ты пришел уничтожить. Не думаю, что небольшая дополнительная страховка — такая уж плохая идея.

Глаза аасимара сузились. Астарион сосредоточился на том факте, что говорит чистую правду. Пекло, хотелось бы знать, придется ли мне и дальше так выкручиваться. Лучшая ложь — это правда, но всегда полезно приправить ее легкой брехней по краям.

Что бы ни искали эти пустые белые глаза, они это либо нашли, либо нет.

— Очень хорошо. — Ден Суриэль выпрямился, и слабое свечение вокруг него едва заметно усилилось. Его голос зазвучал, подобно колокольному звону: — Я клянусь обетом, коим служу Латандеру, что до тех пор мы будем союзниками, и что я буду защищать тебя ценой своей жизни и души, во имя Тира, Ильматера и всех справедливых богов, клянусь своей честью рыцаря Серебряного Барсука.

Всё это звучало весьма впечатляюще, пока он не дошел до момента с барсуком. Впрочем, пассажа про жизнь и душу я не ожидал. Это определенно может пригодиться.

Вслух же он произнес лишь:

— Благодарю. А теперь перевернись и дай мне подобраться к этому замку у тебя на лодыжках.

Как оказалось, с кандалами всё было просто. Замок на двери оказался куда массивнее, и, хотя большие замки обычно давали больше пространства для маневра, штифты в нем были достаточно тяжелыми, чтобы ломать отмычки. Астарион потратил больше времени на сгибание и скручивание проволоки, чем на сам взлом.

Как только дверь со скрипом отворилась, ден Суриэль мгновенно проскользнул в нее, инстинктивно вскинув перед собой руку, словно на ней всё еще висел щит. Астарион закатил глаза.

— Смею предложить, чтобы ты подождал здесь и позволил мне провести разведку?

— А… да. Полагаю, это хорошая идея. — Аасимар, к его чести, смутился. — Ты, случайно, не видел мое оружие, когда тебя сюда тащили?

— Нет, но буду смотреть в оба. — Был большой шанс, что упомянутое оружие лежит там же, где и кинжалы самого Астариона, которые ему очень хотелось бы вернуть.

Он заскользил по коридору, мягко ступая на подушечки пальцев. Коридор пересекался с другим, и Астарион взглянул в обе стороны, прежде чем свернуть в одну из них. Несмотря на отсутствие явных врагов, спина казалась пугающе беззащитной.

Коридор оказался очень коротким и заканчивался тупиком — там, где когда-то, вероятно, была тюремная камера, теперь стоял какой-то бетонный ящик высотой по пояс. Астарион различил письмена, которые выглядели смутно знакомыми, хотя он никак не мог вспомнить, где их видел. Он протянул руку, но отдернул ее, так и не коснувшись поверхности. От ящика исходил такой сильный холод, что он легко мог представить, как кожа на ладони прилипнет к камню.

В противоположном коридоре обнаружилась почти идентичная конструкция. Астарион вернулся к ден Суриэлю, и тот нахмурился.

— Дай-ка я взгляну.

— Тебе знакомы эти надписи? — спросил Астарион, пока паладин осматривал один из ящиков.

— Полагаю, это вариация того, что пишут на саркофагах для создания мумий. — Паладин нахмурился. — Но что оно делает во Вратах Балдура? И почему тут так холодно?

— Омыление, — произнес Астарион. — Так они делают этих восковых мумий. Не смотри на меня так, мне это кто-то объяснил. Я совершенно не заинтересован в создании мумий, восковых или каких-либо еще. «А если бы и был, — добавил он про себя, — они бы выглядели куда лучше». — Когда меня сюда тащили, они что-то говорили о камерах, переоборудованных под резервуары. Полагаю, это они и имели в виду.

— Что ж, полагаю, нет никаких причин, по которым мумия должна быть обязательно из пустыни, при условии, что она содержится в сухости и используются правильные заклинания… — Рука ден Суриэля зависла над вырезанным скарабеем. О, так вот где я их раньше видел. Они похожи на резьбу на тех нелепо безвкусных колоннах в главном зале. За исключением того, что эти были сделаны кем-то, кто знал, что делает. Неудивительно, что я их не узнал.

— Нам нужно найти способ разбить их, — сказал ден Суриэль.

— Смею предложить для начала найти наше оружие. Возможно, у тебя и есть непоколебимые кулаки правосудия, но мои руки — это точные инструменты, и я бы предпочел не разбивать их о мерзлый бетон.

— Да, разумеется. — Паладин отступил на шаг и кивнул ему. — Я подожду здесь.

— Чудно. И если из резервуара что-нибудь вылезет, пожалуйста, постарайся избавиться от этого по-тихому.

Прежде чем Астарион добрался до поворота, ему попался еще один блок переоборудованных камер. Из-за угла лился зеленый свет.

Хорошо, что паладин меня не видит, иначе мог бы заметить, что я вообще-то не отбрасываю тени. Для Астариона уже стало второй натурой не стоять между источником света и стеной, но в коридоре шириной всего в пять футов особо не разгуляешься.

В конце коридора находилась комната, где тюремщик раскладывал пасьянс. С этого ракурса Астарион мог видеть лишь край стола да время от времени полурасплавленную руку, выкладывающую карты. Скелеты-охранники выдавали себя лишь костлявыми локтями, торчащими в дверном проеме.

На полпути по коридору виднелась дверь. Астарион заскользил к ней, пригнувшись. Прятаться было абсолютно негде, если только ты не кто-то вроде Йоусена, способный прижаться к каменной стене и стать невидимым, но не было никакого смысла облегчать задачу противнику.

Дверь была слегка приоткрыта — достаточно, чтобы разглядеть часть обстановки. Отлично. Там обнаружился побитый щит почти ростом с Астариона, абсурдно огромный меч, его собственные кинжалы, небрежно брошенные кучей на сундук, и нечто, напоминавшее помесь саркофага с неубранной кроватью.

Астарион двинулся было вперед, но замер с занесенной для шага ногой.

Он не мог, не должен был входить внутрь. Это было неправильно на всех возможных уровнях. Его желудок скрутило от одной только мысли о том, чтобы пересечь этот неприкосновенный порог.

Частное жилище. Ну, дерьмо. Кто бы мог подумать, что у мумий бывают спальни?

Он поспешно отпрянул к стене. Именно по этой причине Астарион никогда не посвящал себя воровскому ремеслу со всей отдачей. Очень сложно воровать вещи, когда ты не можешь проникнуть в чужую спальню. Общественные здания вроде лавок и храмов были вполне законной добычей, но даже приватная комната на постоялом дворе становилась для него непреодолимым препятствием.

С другой стороны, это мешало Вайолет вломиться в его комнату и насыпать серебряной пудры ему в кровать, так что нельзя сказать, что всё было так уж плохо.

Он вернулся