Читать книгу - "Прощание Тёмного принца - Ольга Дмитриевна Силаева"

проговорила Таисса. – Ты ведь обо мне, правда? Кай слышал меня, но ему было совершенно безразлично, что я думаю. Он считал, что прав.

Вернон запрокинул голову, с непонятным выражением глядя на небо.

– Кай ушёл, а его взгляды накрепко впечатались мне в голову. Небо голубое, Великие не моют руки перед едой, а малыш Тьен пока не разрушил вселенную по чистой случайности. И уж когда станет Великим, пиши пропало – а этот станет, куда денется. Доказательств у нас от пола до потолка. Но сейчас, когда мы попали чёрт знает куда, абсолютное знание Кая тоже начало куда-то деваться. Я пытаюсь взглянуть на вещи уже своими глазами, но…

Взгляды Таиссы и Вернона встретились, и Таисса вдруг ощутила, что боится того, что Вернон сейчас скажет. Одно слово, одна догадка – и…

Но Вернон покачал головой, и Таисса с облегчением увидела, как его лицо принимает знакомый легкомысленный вид.

– Получается плохо. Я-то надеялся, что сразу пойму вообще всё. Кто, почему, зачем… В конце концов, я же не твой почтенный предок, которого слепит свет. У меня, прошу заметить, есть мозги.

Таисса беспомощно улыбнулась.

– Наверняка. Но что там ты имел в виду про Дира?

– Догадки. Просто кусочки головоломки, которые торчат в разные стороны. И сдаётся мне, не стоит пока делиться ими с тобой. Не здесь.

Сверху тоскливо крикнула чайка, и у Таиссы вдруг появилось то же ощущение, что и прошлой ночью, когда она целовала Вернона. Не тень, даже не грёза – образ. Словно её, маленькую и хрупкую, держит на ладони весь мир. Держит, пытаясь оградить от опасного знания. И Вернон, интуитивно чувствуя это, следует за чьей-то невидимой волей.

Вернон помолчал.

– Если я прав, у твоего Светлого большие проблемы. И мы ничем не можем ему помочь.

– А если неправ?

– Тогда он всего-навсего в смертельной опасности, – махнул рукой Вернон. – Ничего особенного.

У Таиссы вырвался нервный смешок.

– Расскажешь подробнее?

– Нет.

– Почему? – всё-таки спросила Таисса.

Серые глаза неотрывно смотрели на Таиссу. Глаза Вернона, который стоял под небом будущего рядом с ней, живой и настоящий.

И одновременно его больше не было.

– Потому что некоторые вещи, – негромко произнёс Вернон, – прежде чем они случились, сказать невозможно.

Например, то, что юноша, стоящий в шаге от тебя, уже мёртв.

– Я знаю, – тихо сказала Таисса. – Так хочется, чтобы было иначе. Но…

Таисса протянула руку – и коснулась плеча Вернона, такого же тёплого и реального, как и пять минут назад. Как этой ночью.

Как тогда, когда плечи Вернона опустились в последний раз, и…

…И Дир забрал тело.

Вернон не знал об этом. Ещё не знал. Но в его словах Таисса ощущала отражение своих мыслей. Отзвук грядущей потери. Мир живых и мир мёртвых… если бы Вернон только знал, как это далеко. Как невозможно, как страшно, как…

– Есть вещи, которые я не могу переложить на твои плечи, – прошептала Таисса.

– Умирающие плечи, – поправил Вернон. – Им не помешает несколько лишних тонн. И кто сказал о «переложить», Таисса-грузчица? Есть прекрасное слово «поделиться».

Таисса покачала головой.

– И значит – переложить.

Они долго смотрели друг на друга. Наконец на лице Вернона появилась понимающая улыбка.

– Что, влипли мы, Таисса-неопределённость?

Таисса глубоко вздохнула, словно перед прыжком в холодную воду.

И, решившись, обняла Вернона. Всего, живого, целиком.

– К чёрту тайны, догадки и плохие предчувствия, – прошептала она ему на ухо. – Ты – это ты, и ты рядом. Будущие бури подождут.

– Я бы не обманывался. Синоптики – чертовски приставучие ребята, знаешь ли.

У Таиссы вырвался смешок.

– Эй! – раздался резкий голос. – Вам что, целой жизни не хватило, чтобы пообниматься? Живо за мной!

Таисса и Вернон обернулись одновременно, чтобы встретиться с яростным взглядом девочки-киборга.

Их проводница вернулась.

И, кажется, не с хорошими новостями.

Таисса перешагнула порог гостиной и застыла.

– Они все мертвы, – отрывисто произнесла девочка. – Из-за вас.

Посреди комнаты, затянутой серым ковром, лежали восемь тел. Мужчины и женщины в яркой броне. Поднятые щитки шлемов открывали бледные лица.

– В сторону, – коротко сказал Вернон и в сверхскорости кинулся к лежащей на полу девушке. Его пальцы коснулись её губ, носа, а мгновение спустя Вернон уже был у следующего тела.

Несколько секунд спустя он выпрямился.

– Они живы, Пирс, – сообщил он потрясённой Таиссе. – Дышат слабо, но ровно, так что с венком на похороны я бы погодил. А вот почему они улеглись подремать, – Вернон обернулся к девочке, стоящей у стены, – я хотел бы выслушать.

Таисса ожидала услышать очередной презрительно брошенный ответ. Но вместо этого плечи девочки вздрогнули, и она сглотнула.

– Я не знаю, – сдавленно сказала она. – Мы должны были встретиться здесь, всё было в порядке! Физически на них никто не нападал, они целы, но…

– Но их могли достать по сети, – договорила Таисса. – Лара могла.

Вернон кивнул, оглядывая лежащие тела.

– Увы. Когда знаешь, как управляться с ноликами и единичками, не стоит забывать, что с ними может управиться и кто-то еще.

– Если бы Лара их достала, они бы тут не валялись, – ожесточённо выплюнула девочка. – Они бы уже свернули тебе шею!

Таисса покачала головой, глядя на лежащих на полу людей.

– В любом случае Лара тут замешана, так или иначе. Мы все это знаем.

– Значит, имеет смысл убраться отсюда и захватить этих ребят с собой, – бодро сказал Вернон. – Хотя, если наша инопланетная гостья нашла их тут, они послужат ей неплохим маяком где угодно. Так что… Хм, хороший вопрос. Что мы вообще можем сделать, чтобы встряхнуть этих ребят? Горячий электронный массаж, виртуальный кофе, стриптиз, стимуляторы? Есть что-то, что может им помочь и не угробить?

Таисса бросила взгляд на девочку, но та стояла неподвижно.

– Я не знаю, – проговорила та одними губами. – Я не знаю, очнутся ли они. Я не могу с ними связаться. Если вы двое знали, что всё это произойдёт… Если вернулись домой, назад, в прошлое, и ничего никому не сказали, не предупредили…

Её глаза потемнели. Кулаки сжались.

– Как я вас ненавижу! – закричала она. – Зачем вы вообще здесь?!

– Потому что они были призваны сюда силой выше нашего понимания, – раздался