Читать книгу - "Плохой мальчик - Катерина Пелевина"

унять внутреннюю дрожь. Тупо, что я еду сама, да? Уже во-второй раз проявляю такую инициативу… То домой, то на квартиру… Наверное, это неправильно…

Город за окном кажется чужим и враждебным. Улицы, которые днём выглядят привычно и уютно, теперь кажутся ловушками: тёмные переулки, редкие фонари, тени, падающие на асфальт. Я кутаюсь в куртку, хотя не холодно — просто пытаюсь согреться изнутри, где всё сжимается от тревоги.

Подъезд его дома выглядит чужим и холодным. Я благодарю таксиста, оплачиваю поездку и спешу зайти… Хорошо, что мне открывает та самая консьержка, которая видела нас вместе. Спросив, Вы в сто седьмую? Я киваю… А так, даже не запомнила номер и не знала куда звонить в домофон… Лифт медленно ползёт наверх, а я считаю этажи, будто это может приблизить момент встречи. Вот и нужный этаж. Подхожу к двери, нажимаю на звонок — тишина. Ни шагов, ни голоса.

Но вдруг я слышу тихое поскуливание за дверью. Прислушиваюсь, опускаюсь на корточки, прижимаю ухо к щели и шепчу:

— Малыш, Айс, ты там один? Где твой хозяин?..

Скулёж становится чуть громче, будто щенок пытается мне ответить. И тут на меня накатывает такая волна тревоги и одиночества, что слёзы сами собой катятся по щекам.

— Анжей, где ты?.. — шепчу я, прислонившись лбом к холодной двери. — Пожалуйста, будь в порядке… Я так за тебя боюсь.

Я не знаю почему, но всё время вспоминаю то, что он там сделал с теми парнями и думаю… Могли ли его забрать за это… Могло ли что-то такое произойти? Об этом бы уже писали в общем чате группы или нет?

Я не знаю, сколько времени провожу так в раздумьях и переживаниях, сидя на ступеньке перед его дверью. Время тянется бесконечно. В подъезде тихо, только изредка доносятся звуки с улицы: проезжающая машина, чей-то смех вдалеке, гул лифта на другом этаже.

Я вытираю слёзы рукавом, пытаюсь успокоиться. Может, он просто задержался где-то? С друзьями? На работе отца? Я ведь действительно ничего толком не знаю… А вдруг он сейчас вообще с какой-нибудь девушкой… Нет. Точно нет. Это всё мои внутренние сомнения в себе…

В час ночи я уже собираюсь встать и уйти, как вдруг слышу гул лифта… Напрягаюсь, застываю, пытаясь понять, сюда едет кабина или же нет… А потом…

Дверцы с тихим звоном разъезжаются, и оттуда вываливается Анжей с бутылкой виски в руках. Пьяный, растрёпанный, злой, с потухшим взглядом. Он покачивается, пытается сфокусировать взгляд и, увидев меня, тревожно замирает…

Глава 42

Марина Чемезова

Несколько секунд требуется, чтобы он понял, кого перед собой видит. То ли последствия алкоголя, то ли его испорченного настроения.

— Зря ты пришла, Марина… Уходи…

Я стою перед ним, дрожа всем телом, и не могу поверить, что он действительно говорит мне это. В груди что-то сжимается, будто невидимая рука стискивает сердце. Воздух вокруг кажется густым, почти осязаемым, я дышу прерывисто, с трудом втягивая его в себя.

— Почему? — шепчу я дрожащим голосом, делая шаг к нему. — Я… я просто хотела тебя увидеть, Анжей…

Он отступает, почти отшатывается, и идёт к двери своей квартиры, держась от меня на расстоянии. Но даже так я улавливаю шлейф алкоголя, что тянется за ним, кажется, аж с первого этажа.

— Марина, тебе лучше уехать, — его голос звучит жёстко, почти холодно.

— Но почему? — я чувствую, как к горлу подступает ком. — Что случилось? Ты же обещал…

Он не отвечает. Резким движением дёргает ручку двери, но та, видимо, снова захлопывается, он чертыхается. В этот момент из-за двери раздаётся радостный лай, и когда он повторно опускает ручку, на лестничную площадку выскакивает Айс. Он тут же бросается ко мне, тычется мокрым носом в мои штаны, виляет хвостом.

Я машинально опускаюсь и беру его на руки, глажу мягкую шёрстку, но взгляд не отрываю от Анжея. Его силуэт в тусклом свете лестничной клетки кажется ещё более резким, угловатым. Тени ложатся на лицо, подчёркивая линию скул, изгиб губ… И он кажется мне таким злым и измотанным, что я машинально проглатываю ком.

— Почему ты прогоняешь меня? — мой голос дрожит, в глазах собираются слёзы. — Что я сделала не так?

Анжей резко оборачивается. Его лицо искажает какая-то внутренняя борьба, но потом черты снова становятся жёсткими. Я уже видела его таким в тот вечер.

— Уходи, — повторяет он. — И не задавай лишних вопросов.

Не выдерживаю. Делаю рывок вперёд и всё-таки обнимаю его, прижимаюсь к груди… и тут же отшатываюсь, словно в меня на скорости влетело что-то острое. У него на шее свежий след помады, а от одежды отчётливо пахнет чужими женскими духами. Я чувствую это так ясно, что дышать становится больно…

Внутри всё вскипает. Обида, ярость, разочарование — всё это смешивается в один клубок. И каждое нервное окончание на теле реагирует по-своему…

— Ты был с другой?! — кричу я, срывая горло до хрипа, и слёзы уже текут по щекам. Их не остановить. — Ты… ты…

Не договорив, начинаю бить его кулаками в грудь, плечи, куда попадаю. Щенок испуганно спрыгивает с моих рук на пол и отбегает в сторону.

— Как ты мог?! — задыхаюсь от слёз и ярости. — После всего, что было… после того, как ты говорил мне…

Внезапно он резко хватает меня за запястья, притягивает к себе и впивается в губы поцелуем. Жёстким, жадным, почти болезненным. Я пытаюсь вырваться, но он держит крепко. И алкоголь тут же проникает в мою слизистую, когда он вторгается языком в мой рот, но я больше не чувствую его своим. Наоборот — абсолютно чужим для меня человеком.

Этот поцелуй, как электрический разряд. Я толкаюсь — толкаюсь. Бьюсь, словно птица в клетке. По венам будто бегут светлячки: вспыхивают, гаснут, снова загораются, разбрасывая искры по всему телу. Он касается меня, завладевает моим пространством. В животе лопаются пузырьки — тысячи крошечных взрывов, от которых перехватывает дыхание. Его руки опускаются ниже… Жадно сжимают меня, пока я пытаюсь их оторвать от себя… Бабочки с трепещущими крыльями взмахивают внутри, заставляя кожу гореть там, где он касается меня.

— Ты был с другой?! — задыхаясь, повторяю я, когда он на мгновение отпускает мои губы.

Но он не даёт мне договорить — снова целует, теперь уже в подбородок, шею, шепчет хрипло:

— У меня только ты, Марина. От тебя крышу рвёт, с ума схожу… Не хочу ни с кем, только с тобой хочу. Слышишь? Только с тобой…

Его руки уже скользят под