Читать книгу - "Муза разрушения - Стефани Херст"

он заслуживает уважения. Я потратил месяцы, чтобы вернуть эту детку к жизни, и не доверю ее человеку, который сейчас на грани срыва. Но Атлас чертовски пугает, когда становится таким, а я поклялся всегда его прикрывать.

— Я понимаю твою потребность в контроле, но что бы это ни было, оно вышло из-под контроля. Я смогу помочь, только если ты все расскажешь, — говорю я, бросая ему ключи.

Он игнорирует меня, садится в машину, и я ругаюсь себе под нос. Как только я плюхаюсь на пассажирское сиденье, Атлас срывается с места и едет в противоположную от небоскреба Титан сторону.

— Куда мы едем?

— Я подброшу тебя до дома, — отвечает Атлас, не отрывая взгляда от дороги.

— Хрен тебе. Ты ни за что не будешь допрашивать ее в одиночку.

— Я буду не один, — рычит в ответ Атлас.

— Лелантос ни черта не смыслит в пытках.

У него много талантов, но выбивание информации с помощью боли — не один из них. Вероятно, его собственный опыт играет роль в его отвращении к этому.

— А ты смыслишь? — подначивает Атлас.

Тут он меня подловил. В последний раз, когда я пытался пытками добыть информацию, я случайно убил человека, так и не получив нужных сведений.

— Нет, но я хотя бы не стану пытаться подружиться с этой сукой, — добавляю я.

— Я не возьму Лелантоса.

— Тогда кого?

Атлас бросает на меня хитрую ухмылку, и у меня внутри все холодеет.

— Да ты, блядь, издеваешься.

СЕМНАДЦАТЬ

КАЛЛИОПА

— Проснись, Каллиопа.

Я резко открываю глаза и тут же тянусь к клинкам, прикрепленным к каркасу кровати. Мои пальцы натыкаются на пустоту, и чья-то рука хватает меня за запястье. Я всматриваюсь в тень, нависшую надо мной, и вновь осознаю, в каком положении нахожусь.

У меня больше нет дома.

— Что тебе нужно, Атлас? — я вырываю запястье из его хватки и тру глаза. Который час?

— Вставай. — В его глазах бушует буря, он весь вибрирует от напряжения.

— Я не собираюсь печь для тебя посреди ночи. Пошел нахрен.

Я хватаю одеяло и переворачиваюсь на другой бок. Обычно я бы никогда не повернулась спиной к врагу, но я слишком устала и эмоционально истощена, чтобы об этом думать. Ежедневные драмы Титана выматывают.

— Это не просьба.

Атлас срывает с меня одеяло и, схватив за руку, стаскивает с кровати. Футболка оверсайз едва прикрывает мою задницу, и я не упускаю из виду, как его взгляд скользит по моим обнаженным ногам.

— Убери от меня свои гребаные руки.

Я пытаюсь отцепить его от своей руки, но он обхватывает другой ладонью мое горло и прижимает меня к стене, наваливаясь всем своим весом. Яростно-горячая твердость между его ног упирается мне в живот, разительно контрастируя с ледяной бурей в его глазах.

— Не испытывай мое терпение, Каллиопа. Я без колебаний схвачу твою сестру, и на этот раз никакие слезы меня не остановят.

Я смотрю на него в ответ. Он пытается меня спровоцировать, но все мое внимание приковано к его твердому члену. На мне нет белья. Если Атлас опустит руку, он обнаружит, что я вся промокла и готова.

— Чего ты хочешь? — мой голос звучит напряженно, а в воздухе потрескивает сексуальное напряжение.

Атлас отступает, вновь обретая контроль над ситуацией.

— Оденься. Я хочу, чтобы ты пошла со мной.

— Куда мы едем?

Мое любопытство задето. Если мы покидаем дом, это может быть моим шансом на побег.

— Скоро узнаешь.

Атлас вызывает у меня странные чувства, пока я сижу рядом с ним в Mustang GT500 1967 года.

— Это ведь не твоя машина?

Он вскидывает брови, поворачиваясь ко мне.

— Нет, она принадлежит Персу. Как ты узнала?

— Эта красотка — классика, а ты ведешь так, будто ненавидишь ее. Он убьет тебя, если ты ее повредишь.

— Перс никогда не пойдет против меня, — цедит Атлас сквозь зубы.

— Продолжай так резко переключать передачи, и тогда посмотрим, — бормочу я, закатывая глаза и глядя в окно, пока мы несемся по жилому району.

— Тебе нравятся машины?

Я едва расслышала его вопрос за ревом мотора. Я перевожу на него взгляд, но он продолжает смотреть в лобое стекло, хотя его настроение слегка улучшилось.

— Я предпочитаю мотоциклы. — Мой желудок скручивает от тоски, и, помедлив, я спрашиваю: — Мой в безопасности?

— Да. — Его короткий ответ не оставляет мне иного выбора, кроме как поверить ему.

— Выпустите меня!

Приглушенный звук нарушает тишину, и я, ахнув, поворачиваюсь на сиденье и осматриваю заднюю часть машины.

— Атлас, в багажнике кто-то есть?

— Хм.

— Это то, чем вы, ребята, занимаетесь? Похищаете невинных женщин с улиц Тартара?

Я говорю это в шутку, но Атлас резко бьет по тормозам, и меня бросает вперед. Он хватает меня за волосы, и кожа головы болезненно натягивается, пока я пытаюсь вырваться из его хватки. Это ни к чему не приводит — он притягивает меня к себе. Мои губы в дюйме от его, а его горячее дыхание ласкает мою кожу.

— Как и ты, эта женщина далеко не невинна. Она не переживет эту ночь. Продолжай в том же духе, Каллиопа, и ты присоединишься к ней.

Он отпускает мои волосы, переключает передачу и срывается с места. Мое сердце колотится в груди, и я облизываю пересохшие губы. Дразнить Атласа — все равно что танцевать с дьяволом. Опасность, возбуждение и страх — все это сливается воедино, заставляя меня желать большего.

Мы покидаем жилой район и мчимся по улицам финансового квартала. В это время ночи вокруг ни души. Атлас балансирует на краю пропасти. Он — воплощение самоконтроля, но что-то вывело его из себя. Виной тому эта другая женщина, и я впечатлена.

Надо спросить у нее, в чем ее секрет.

Мы въезжаем в подземный гараж, где я впервые напала на Титанов, и по моей спине пробегает дрожь. Может, Атлас наконец-то слетел с катушек и сделает то, что должен был сделать три дня назад. Я приказываю своему бешено колотящемуся сердцу успокоиться, когда он достает пистолет.

— Если попытаешься сбежать, я всажу тебе пулю в голову. Поняла?

— Да.

Я боец до мозга костей, но я также понимаю, когда нужно уступить. Атлас не в настроении играть в игры, и я не сомневаюсь, что он нажмет на курок, несмотря на слова Лелантоса о том, что я им нужна.

Мы вылезаем из машины, и Атлас направляется к багажнику. Когда он его открывает, мелькает что-то темно-синие — женщина пытается сбежать, но он