Читать книгу - "Муза разрушения - Стефани Херст"

моей коже и лишь усиливает ярость, поэтому я раздеваюсь и запрыгиваю в душ. Мне плевать на деньги. Все дело в ней.

Каллиопа ненавидит меня так же сильно, как и я ее, но ее киска жаждет моих прикосновений. Я вложил всю свою ненависть в этот трах, яростно вбиваясь в нее. Мое возбуждение возросло, когда она потянулась за ножом, и одним щелчком пальцев я заставил ее отдать мне всю оставшуюся власть. Словно кукловод, я заставил ее плясать под свою дудку.

Я хочу большего. Мне нужно завладеть каждой частичкой тела Каллиопы. Это не должно было быть так хорошо, но она отреагировала так, как я не ожидал. Когда она закричала в оргазме, я не смог сдержаться и последовал за ней.

Я ненавижу ее.

Я поднимаю лицо к воде, пытаясь прогнать воспоминание. То, что мой член окажется в Каллиопе, было неизбежно, особенно после того пари, но мне следовало побороть это желание. Жестоко удовлетворив свои потребности, я должен был сломить ее, но вместо этого ей понравилось. Она умоляла об этом, даже рта не раскрыв, и я ответил, с радостью давая ей то, чего она жаждала.

Черт! Зачем я рассказал ей о пари?

Мне плевать, задело ли это ее нежные чувства, но Лелантос… Да, Лелантос будет в ярости. Я раскрыл Каллиопе его истинную натуру, и теперь он будет жаждать моей крови. Он притворяется хорошим парнем, но в глубине души он такой же подлый, как и мы с Атласом. Он доказал это, выиграв пари всего через несколько часов после того, как его заключил. Теперь повреждения на его лице после спарринга обретают смысл.

Мне плевать, насколько хорошо тренирована Каллиопа. Она не соперница Лелантосу. Мне ли не знать — ведь это я его обучал. Каллиопа дала волю своей ярости, и вместо того, чтобы ее остановить, Лелантос позволил ей это сделать. Она, наверное, думает, что проиграла из-за потери самообладания, хотя у нее с самого начала не было ни единого шанса.

Хитрый ублюдок. Нужно за ним присматривать. Если Каллиопа покажется ему интересной, он ее никогда не отпустит. А для моего плана нужно, чтобы он ненавидел ее так же сильно, как и я. Атлас уже стал проблемой, и мне не нужно, чтобы Лелантос стал ещё одной. Может, она и хороша в постели, но Каллиопа все равно должна умереть.

Скоро.

Образ ее пухлых губ, обхвативших член Лелантоса, впечатывается в мой разум. Мой член реагирует на эту картину, и я сжимаю его, упираясь другой рукой в плитку. Они вдвоем были бы восхитительным зрелищем. По опыту я знаю, что Лелантос весьма одарен в этом плане, и представляю, как Каллиопе нравится, когда ей что-то запихивают в глотку до удушья.

С низким рычанием я отпускаю свой твердый член и выхожу из душа. Лелантос нашел восемь человек, которых нужно убрать из нашего штата, и работа со списком имен отвлечет меня от этой психованной искусительницы. К сожалению, мы были небрежны и позволили нашим сотрудникам воспользоваться ситуацией.

Вытеревшись, я одеваюсь и беру ключи от машины, отправляя Атласу сообщение о своих намерениях. Через несколько секунд он отвечает, подтверждая, что к моей одиночной миссии присоединится напарник. Похоже, не я один отчаянно ищу, чем бы отвлечься.

Пока я еду к первому пункту назначения, в воздухе висит густое напряжение. Атлас молчит, и его холодность действует мне на нервы. Я уже задал стандартные вопросы в надежде выяснить, в чем его проблема. Как прошел день? Ты в порядке? Какого хрена ты такой мудак?

Последний я еще не задал, но уже собираюсь это сделать.

Его ответы были отрывистыми. Он не хочет разговаривать и всю дорогу сидит, напряженный как струна, а на его челюсти подрагивает мускул. Я уже подумываю включить радио, как он прерывает мои мысли.

— Ты трахнул ее на кухне.

Я поворачиваюсь и вижу, что он смотрит прямо на меня, поэтому понимаю, что его гнев направлен на меня.

Неужели он беспокоится о гигиене?

— Кухня — одно из лучших мест для секса. Тебе стоит как-нибудь попробовать.

Я ухмыляюсь, не до конца понимая его враждебность. Я трахал кучу парней и девушек. Каллиопа — не особенная. Атлас это знает.

— Она с нами меньше семидесяти двух часов, а ты уже успел засунуть в нее свой член. Кажется, я говорил тебе прекратить совать свой член в персонал.

— То, что её заставляют работать на кухне, ещё не делает её персоналом. Я поспорил с Лелантосом, что смогу…

— Дай-ка я уточню, — Атлас закрывает глаза, сжимая переносицу. — Пока я работаю, чтобы обеспечить наше дальнейшее выживание, вы с Лелантосом делаете ставки на то, кто трахнет Каллиопу на кухне?

— Нет. Спор был на то, кто первым засунет в нее свой член. Лелантос выиграл, получив минет в спортзале, хитрожопый ублюдок.

Моя ухмылка сползает с лица, когда я перевожу взгляд на Атласа. Его глаза сузились до щелочек, а желвак на челюсти заходил с удвоенной силой.

— Просто чтобы убедиться, что мы на одной волне: ты злишься из-за пари или потому, что не поучаствовал в нём? — спрашиваю я.

— Из-за спора, — выдавливает он, и я сглатываю, возвращая взгляд на дорогу.

У Атласа невероятный талант заставлять меня чувствовать себя капризным ребенком, особенно когда он явно в стрессе. В свои тридцать четыре он всего на год старше нас с Лелантосом, так что мы не далеко ушли. Но он взвалил на себя всю ответственность, обеспечивая процветание нашей империи.

Ирония.

— Что угрожает нашему выживанию?

— Ничего, — отрезает он.

— Но ты только что сказал…

— Неважно, что я сказал. К кому, блядь, мы едем?

С такими резкими сменами тем я выйду из машины с травмой шеи. Не могу сказать, что не благодарен за то, что тема Каллиопы закрыта. Ведь единственная причина, по которой я сегодня выбрался из дома, — это забыть о психопатке, живущей у нас под крышей.

— Карли Синклер. Она работает в твоем здании, но Лелантос нашел очень подозрительные медицинские карты двоих ее детей. Либо они чрезвычайно часто попадают в несчастные случаи, либо…

Я замолкаю, и Атлас кивает.

— Значит, это визит на дом?

— Абсо-блядь-лютно.

— Еще один, и на сегодня закругляемся, — подтверждает Атлас, отправляя наш предыдущий адрес команде уборщиков.

Четыре визита и три трупа. Ночка выдалась чертовски продуктивной.

Атлас успокоился после нашей первой поездки. Крики жертв развеяли напряжение и помогли ему расслабиться. Он снял пиджак, закатал рукава и