Читать книгу - "Ведьмы Шервудского леса - Ксения Шкуренко"

Барнс на секунду задумалась, а потом искренне удивилась собственной находке:

— Да, на каждом дневнике отца есть замок с магической печатью, но я из рода Барнс, первое колено отца. Большинство его зачарованных вещей всегда были доступными мне и Тео.

— Вот и ответ на твой вопрос, Шон. Мистер Барнс писал в дневнике до того, как заключил договор о неразглашении. Думаю, он хотел сохранить записи, поэтому наложил на дневник магическую печать. Либо он не подумал, что на родных детей печать не сработает, либо намеренно оставил им лазейку. Мистер Барнс позаботился о том, чтобы его записи не самоуничтожились после подписания договора.

Договор на крови — это не просто бумажка. Это магия, связывающая человека до самой смерти. Элеонора действительно не могла рассказать об этом ни отцу, ни мне.

Но почему тогда она вообще согласилась на этот эксперимент? Она была такой же студенткой, как Принц. У нее были те же амбиции, то же желание быть лучшей. Но зачем она выбрала такой опасный и жестокий способ самоутверждения? Мог ли кто-то подтолкнуть ее к этому? Могла ли она пытаться так кого-то впечатлить? Или же мать просто хотела доказать самой себе, что она чего-то стоит? Или она просто верила в Дункан? Верила в то, что директор сможет создать что-то великое, и не заметила, как переступила черту?

Может, «Резонанс» — это именно то, что связывало мою мать с Джереми Принц?

Так или иначе теперь я знаю истину. Я стал посвященным. А значит, вполне могу поговорить при случае со своей матерью обо всем, что она скрывает. И на этот раз ей не удастся отделаться улыбкой и несколькими красиво подобранными словами.

Я заставлю ее рассказать правду.

Глава 9.

ЛЮСИЛЬДА ПРИНЦ

В Институте было затишье, многие еще не успели вернуться с осенних каникул. Учителя активно готовились встречать гостей из других учебных заведений, которые должны были прибыть сегодня вечером.

В библиотеке сидели только мы — я и Киллиан Кавальере. Наш стол был завален картами Шервудского леса и старыми хрониками турниров прошлых лет. Мои ладони то и дело потели, а в желудке штормило. Мы не оставались наедине с того вечера, когда Кавальере нес меня на руках. Но сейчас было не до неловкости.

— Ты проверила хроники? — спросил он, откидываясь на спинку стула.

— Да, — я развернула перед ним архивный журнал и ткнула пальцем в пометки. — Последние пять турниров проводились в Ирландии. Они выиграли четыре из них. Какой из этого следует вывод?

— Преимущество у того, кто знает территорию.

Я кивнула, стараясь не задерживать взгляд на Киллиане, и продолжила:

— Мы в Шервудском лесу. Это мой дом. Я знаю, где опасно, где излюбленные полтергейстами лощины, где можно от них спрятаться. У нас есть это преимущество. Но не стоит недооценивать остальных. Ведьмы сильны магией. Мы не зависим от времени суток или фаз луны. Мы — самые стабильные участники. И мы знаем, как работать с духами.

— Оборотни — физическая сила, скорость, чутье, — добавил Киллиан. — Они могут превращаться в разных зверей. Это делает их непредсказуемыми. Но я проверил фазу луны.

— И? — я подняла бровь.

— Тридцать первого октября — растущая луна. Турнир длится три дня, так? Значит к третьему ноября луна будет почти полной.

— С каждым испытанием оборотни будут становиться лишь сильнее, — я закусила губу, пытаясь придумать что-то, что поможет нам против оборотней, но единственным решением, которое вертелось в голове было избегать встречи с ними. — Что насчет вампиров? Ты ведь читал о них?

Губы Кавальере растянулись в самодовольной улыбке.

— За кого ты меня принимаешь? Разумеется, я читал. Вампиры устойчивы к психическому урону. Полтергейсты не будут на них действовать, но днем вампиры слабы — солнце вытягивает их силы.

Асмодей милостивый! Это же отлично! Да!

— Вампиры сильные противники только в ночное время, — возбужденно выпалила я. — Но днем они бессильны против нас, словно смертные!

Я случайно посмотрела на Кавальере. На его лице все еще сияла улыбка, будто я только что отвесила комплимент его прекрасным волосам или новой рубашке.

— Чего это ты так ухмыляешься? — осмелилась спросить я и тут же пожалела.

Киллиан пожал плечами и придвинул свой стул ближе ко мне.

— Да так, — тихо произнес он, когда между нами осталось всего несколько дюймов. — Радуюсь тому, что твой депрессивный эпизод наконец-то прошел.

Я поняла, о чем он. Вот только Киллиан заблуждался. У меня не было никакой депрессии. Я вполне осознанно игнорировала его почти две с половиной недели, прилагая к этому все доступные мне усилия.

Присутствие Кавальере дурно на меня влияет. Оно сродни бешенству — поначалу чувствуешь легкое недомогание, а затем оно поражает мозг и нервную систему, путает мысли и меняет поведение. В конечном итоге бешенство приводит к смерти, как только начинаются клинические проявления.

Я все еще не забыла слова Присциллы о том, что некто, носящий горделивый венец, может стать моей погибелью. Киллиан Кавальере начал вызывать во мне слишком много чувств, которых рядом с ним вообще не должно было возникать. И самое отвратительное заключалось в том, что в глубине души я понемногу начала осознавать, что по какой-то абсурдной и немыслимой причине он уже поселился у меня голове.

Поздно для вакцинации.

— У нас есть неплохие шансы выиграть, если мы не будем мешать друг другу, — ровно продолжила я, решив проигнорировать слова Кавальере.

***

Институт Кроули преобразился. Шатры и палатки были разбиты по всей территории, и теперь все вокруг больше напоминало огромный магический фестиваль, чем учебное заведение. Между ними сновали ведьмы, оборотни и вампиры, преподаватели и гости из Ирландии. Наши студенты толпились во дворе, с нескрываемым любопытством разглядывая прибывших участников.

Ближе к забору возвышалась большая сцена. На ней уже суетились организаторы, проверяя оборудование и последние приготовления.

Несмотря на то, что рядом стояли Силли и Шон, меня все равно жутко мутило и трясло.

Когда наступил полдень, Дункан поднялась на сцену. Ее голос разнесся по всей территории, отразился от стен Института и жилого кампуса и постепенно заглушил гул толпы.

— Добро пожаловать на «Тринадцатый перекресток»! — объявила она. — Турнир, который проводится раз в тринадцать лет между магическими школами Великобритании и Ирландии. Я рада приветствовать участников,