Читать книгу - "Тьма, такая сладкая - Эмма Хамм"

Что-то внутри него сжалось. Она несколько раз упоминала своего отца, и никогда в хорошем свете. Этот человек, казалось, был полон решимости сломить её, и очень скоро Рагнар вытянет из неё всю историю целиком. Даже если это заставит его ненавидеть её народ ещё больше.

— Ты бы хотела дойти до нашего нового дома пешком? — спросил он низким голосом. — Или предпочтёшь, чтобы я снова понёс тебя?

— А это достаточно безопасно?

Рагнар обдумал варианты, прежде чем уступить:

— Думаю, с тобой всё будет в порядке.

— Тогда я бы хотела пойти пешком.

Её улыбка осветила всё пространство вокруг них, и на мгновение он мог бы поклясться, что её глаза засветились чуть более ярким зелёным.

Каменные дорожки вели вниз, в город, и вскоре они оказались там. Рагнар шёл впереди, чтобы на неё не так сильно глазели, пока она идёт за ним, но это длилось недолго. Как только они прошли под первым ярко раскрашенным навесом, она уже выскочила из-за его спины и побежала впереди него. Рынки были разбросаны по всему королевству, и этот был одним из самых маленьких.

Не обращая ни малейшего внимания на окружающих её троллей, его маленькая жена поспешила к одному из продуктовых прилавков. Она резко остановилась перед ним, её дикие волосы развевались вокруг головы, пока она разглядывала еду.

— Морковь, сладкий картофель, редис, а это имбирь? — спросила она, указывая на корнеплод и глядя на него снизу вверх.

Он не был уверен. Рагнар не был лучшим поваром и никогда не тратил время на то, чтобы этому научиться. Он предпочитал мясо, и тролли могли питаться одним только мясом всю свою жизнь, если бы захотели. Сырое и ещё кровоточащее всегда было его любимым, но теперь были некоторые тролли, которые предпочитали добавлять в свой рацион немного больше клетчатки. Он этого никогда не понимал.

— Наверное, так, — сказал он, глядя на тролля за прилавком. Женщина закусила губу, чтобы не рассмеяться. Затем он положил руку Майе на плечо. — Идём. Нам нужно добраться до дома.

— Хорошо, — тихо сказала она, но он видел, что её разум работает так быстро, что её мысли отражались на лице. — Как же они растут под землёй?

— Блуждающие огоньки, — сказала торговка. В её глазах всё ещё плясали смешинки. — Огоньки помогают им расти с помощью магии, хотя это требует чуть больше усилий, чем на поверхности.

— Невероятно, — пробормотала Майя. Её рука погладила один из ярко-зелёных стеблей. — Кажется, они были счастливы.

— Никакой магии в присутствии других троллей, — пробормотал он, хватая её за руку и оттаскивая в сторону.

Она отреагировала так, словно он её ударил. Майя сжалась, словно в ужасе от того, что он с ней сделает за малейшее проявление магии.

— Прости. Я… мне так жаль.

Это не то, чего он от неё хотел. Он не хотел, чтобы она боялась его слов ещё больше, но и не ожидал, что она будет трогать чужие вещи. Вздохнув, Рагнар поднял глаза к синим светящимся огонькам и взмолился всем своим богам о терпении.

— Тебе разрешено колдовать здесь, но трогать товары торговца, который, вероятно, использовал магию, чтобы их вырастить, — верный путь к катастрофе. Ты не знаешь, какие заклинания были наложены, чтобы сохранить их свежими, и можешь разрушить эти чары. Или, что ещё хуже, сделать их сильнее.

Майя сглотнула, но не отшатнулась от него, как он ожидал. Вместо этого она глубоко вздохнула и заставила себя посмотреть на него. В её огромных глазах всё ещё плескался страх, но она кивнула.

— Хорошо. Я ничего не буду трогать без спроса.

— Вот и отлично. — Он похлопал её по плечу, прежде чем отпустить. — Идём дальше.

На этот раз она не отбегала от него. Она шла рядом, разглядывая всё, что было выставлено на продажу. Вскоре они покинули рыночную площадь, забитую до отказа продуктами, и вошли в ту часть города, где улицы заполняли ювелиры. Драгоценные камни выстроились в ряд на некоторых прилавках, ещё не вставленные ни в какое изделие, а просто лежащие там, чтобы другие могли на них посмотреть и купить. Чары на них тихо гудели светлой энергией, которая вибрировала во всём его теле.

Было божественно вернуться домой. Он чувствовал, как гора приветствует их обоих, и это ослабило напряжение в его груди. По крайней мере, до тех пор, пока они не прошли мимо прилавка, украшенного самыми потрясающими серьгами. Они покачивались на лёгком ветру, и звон их драгоценных камней наполнил его уши. Сначала его внимание привлекли искры, но затем это стала песня, которую пела пара из них.

Троллям было легко услышать камни. Он слушал их всю свою жизнь и теперь знал, что их тихое гудение можно игнорировать. Но эти зелёные изумруды взывали к нему.

Их песня немного отличалась от других. Иногда драгоценные камни были довольно громкими в своей потребности, чтобы на них смотрели, но эти были тише. Он не мог не обратить на них внимание.

Это не были кольца, которые сейчас были в её ушах. Крошечные гвоздики с маленькими, несовершенными изумрудами, в каждом из которых была едва заметная трещинка. Вот почему их песня была другой. Потому что, когда их добывали, они всё ещё были связаны с горой, в которой жили, и не хотели отпускать её. Из-за этого они слегка надломились, но были не менее прекрасны, чем серьги вокруг них.

Он ничего не мог с собой поделать. То, что она носит чьи-то чужие серьги, мучило его с самого начала. Он остановился возле торговца и указал на гвоздики.

— Вот эти, пожалуйста.

Торговец был его хорошим знакомым. Его дочь болела, и уже довольно давно. В её лёгких скапливалась жидкость, так что Рагнар знал, что очень скоро увидится с ней снова. Торговец даже не упомянул об оплате. Он просто кивнул на серьги и повернулся к другому покупателю, в то время как Майя продолжала идти вперёд, даже не заметив, что он остановился.

Идеально.

Рагнар не был уверен, почему он не хотел, чтобы она знала, что он их купил, только то, что он хотел сделать ей сюрприз. За столь короткое время она начинала ему… нравиться. И это чувство ему совершенно не доставляло удовольствия.

Но затем он посмотрел на покачивание её бёдер и на то, что ей было совершенно всё равно, что она сейчас одета буквально в лохмотья, идя по городу троллей, которые все были прекрасно одеты и увешаны драгоценностями. Она даже не замечала разницы,