Читать книгу - "Хозяйка брошенного замка. Новая жизнь после развода - Анастасия Пенкина"

Фелисити скрылась за углом. Через минуту выглянула снова, оглянулась на кухню, потом шагнула к двери, ведущей в восточное крыло. Но тут же замерла. Потому что из-за угла вышел Корвин.

Я не слышала, о чем они говорили, но видела, как Фелисити всплеснула руками, как ее лицо стало виноватым, как она что-то быстро заговорила. Корвин ответил что-то коротко и резко и прошел мимо, даже не оглянувшись.

Фелисити осталась стоять, глядя ему вслед.

Я отвернулась от окна. Внутри все неприятно сжалось. Не от ревности. Точно нет. Просто... противно было смотреть, как она стелется перед ним, а он даже не замечает.

Фелисити вернулась на кухню через несколько минут. Вид у нее был расстроенный, но она быстро взяла себя в руки.

— Погода портится, — сказала она, садясь за стол. — Наверное, дождь будет.

Я кивнула, не поднимая головы.

Она помолчала, потом вдруг спросила:

— А генерал... он все время такой, как приехал сюда?

— Какой? — я подняла глаза.

— Ну... холодный. Отстраненный.

— Не знаю. Мы не общаемся, — я пожала плечами.

Фелисити вздохнула. Грусть в ее глазах казалась почти настоящей.

— Я просто спросила, — произнесла она виноватым тоном. — Он мне показался... уставшим. Бледным.

Я не ответила. Она смотрела на меня с таким видом, будто ждала, что я начну жаловаться на бывшего мужа или, наоборот, защищать его. Ни того, ни другого я делать не собиралась.

— Пойду проверю, как там Бенедикт, — сказала я, поднимаясь.

— А я с тобой! — Фелисити вскочила.

— Не надо, — я остановила ее жестом. — Ты отдыхай. Я сама.

Она обиженно села на место.

Я вышла в коридор и прислонилась к стене. Голова шла кругом. Фелисити крутится рядом, пытается выведать что-то про Корвина, про мои дела. Зачем?

Зачем ей знать, что происходит между нами? Может, она ревнует?

К Бенедикту я не пошла. У него было простое задание, которое точно не требовало моего контроля — прибрать в конюшне. Конечно, не ради комфорта генеральского коня. А ради будущего удобрения для моих грядок.

Я вернулась на кухню. Фелисити сидела на том же месте, глядя в окно.

— Я вот подумала, — сказала я, садясь напротив, — как ты вообще добралась сюда? Дорога неблизкая, портал не бесплатный.

Она улыбнулась и защебетала.

— Ой, это было приключение! Я наняла извозчика. Немного страшно было одной, но я справилась.

— Дорого, наверное, — заметила я как бы между делом. — Извозчик, портал...

— Я ведь экономила, — призналась Фелисити и вздохнула. — Собирала понемногу, откладывала с карманных расходов. Ты же знаешь, я скромная, никогда лишнего не тратила.

Я посмотрела на нее. Скромная, конечно. Зачем скромной сироте так отчаянно рваться в опасную глушь, тратить последние сбережения? Просто из любви к кузине и тетушке? Очень сомнительно.

— Молодец, — сказала я флегматично. — Заботливая ты наша.

Фелисити просияла, но я заметила, как она отвела взгляд.

После обеда я решила осмотреть комнаты для Марты. Кларисса должна была вернуться к вечеру, и если все прошло по плану, женщина приедет с ней. Официально Марта будет прислуживать Корвину, значит, и комната ей нужна рядом с его покоями. Но восточное крыло было генеральской территорией, и соваться туда без спроса...

Я вздохнула и пошла к лестнице. Лучше сразу уточнить, где ему удобнее, чем потом гонять женщину с ребенком с места на место.

В коридоре первого этажа было тихо. Фелисити после обеда ушла "отдохнуть", Бенедикт возился на кухне с обедом. Я свернула в сторону восточного крыла и уже почти дошла до двери в гостиную Корвина, когда услышала странный звук. Сдавленный, гортанный, будто кому-то не хватало воздуха.

Я остановилась у двери.

Звук повторился, будто сдерживаемый стон.

Я толкнула дверь.

Корвин стоял посреди комнаты, согнувшись, одной рукой опираясь на спинку кресла, другой прижимая ладонь к груди. Лицо его было бледным, на щеке проступала темная чешуя, а из-под кожаной повязки на глазу бил тусклый, серебристо-серый свет.

Он не слышал, как я вошла, или не обратил внимания.

Я шагнула ближе…

— Корвин?

Он резко выпрямился, обернулся. В его светло-голубом глазу, не скрытом повязкой, мелькнуло что-то дикое, почти звериное.

— Уходи, — сказал он хрипло. — Не трогай меня.

— Что с тобой?

— Уйди, я сказал!

Он сделал шаг назад, наткнулся на кресло и снова схватился за грудь. Боль исказила его лицо, чешуя проступила ярче, на висках вздулись вены.

Я не ушла. Стояла и смотрела, как он борется с болью. Секунда, другая. Потом он выдохнул, и напряжение начало спадать. Чешуя медленно исчезла, свет под повязкой исчез.

Он опустился в кресло, тяжело дыша.

— Неужели не знаешь? — сказал он сквозь зубы. — Думаешь, я просто так сюда приперся? Мне нужна была знахарка.

— Это оказалась я, — тихо сказала я. — Может, расскажешь, что с тобой происходит, без утаивания?

Он поднял на меня недоверчивый, колючий взгляд. Я ждала, не отводя глаз.

— Ранение, — сказал он наконец. — Ты знаешь о нем. На границе с Мглистыми Горами. Бой был жестокий, враги использовали темные артефакты для защиты своих крепостей. Я уничтожил один из таки. Но осколки попали в меня. Целители вытащили их, но темная магия отравила плоть. Магия целителей не помогает.

Он говорил отрывисто, будто каждое слово давалось с трудом.

— Я был у лучших целителей, — продолжил он. — Но никто не смог помочь. А потом дошли слухи, что в Диком Пограничье появилась знахарка, которая лечит иначе, и спасает безнадежных. Я поехал искать ее. И нашел тебя.

Он криво усмехнулся.

— Ирония судьбы, да?

Я молчала, переваривая услышанное. Он сказал, что целители вытащили осколки. Но если боль не проходит, если магия не помогает... может, не все вытащили? Может, что-то осталось в теле, и теперь оно гноится, воспаляется, отравляет кровь? Тогда понятно, почему обычное лечение не берет — инородный предмет внутри, пока его не удалят, ничего не поможет.

Или это действительно темная магия, которая въелась в плоть, отравив ее? Но в это поверить сложнее. Слишком... непонятно.

В любом случае, это было что-то, с чем не справлялись даже лучшие лекари. И он приехал сюда, потому что терять было нечего.

— Почему ты не сказал сразу? — спросила я.

— А что бы это изменило? — он пожал плечами. — Ты бы предложила свою настойку из ивовой коры? Или посоветовала приложить капустный лист? Или мои подозрения верны и лечишь ты черпая силу у темных сущностей?

— Я бы хотя бы знала, что происходит, — ответила я резче, чем хотела.

Он посмотрел на меня с едва заметным удивлением. Или мне показалось?

— Теперь знаешь, — сказал он. — И что это меняет?

Я не ответила. Что я могла