Читать книгу - "Крылья, что связывают нас - Брайер Болейн"

чисто всего после пары уроков с Родригесом. — Он замешкался. — Она думает, тут замешано кое-что еще.

— Оу? И что же?

— Я. — Блейк попытался изобразить скромность. — То есть мы.

Я расхохоталась:

— Что?

— Наша связь, Пендрагон. Ты кое-что от нее получаешь, даже сама того не осознавая.

— Потому что я даю тебе пить мою кровь?

— Не только поэтому, но да. К тому же я делился с тобой своей кровью.

— Это было один раз. Действие давно должно было пройти.

— Возможно, но это могло дать долгосрочный эффект на твою физиологию.

Я смерила его взглядом:

— Очень мило с твоей стороны предупредить об этом заранее.

Он пожал плечами:

— Ну, я не знал точно. То, что между нами… не совсем обычный союз.

— Ну да. Триады — это норма. Не напоминай. — Я внезапно подумала о Риган, бывшей третьей в нашей троице. Высокородные обычно не впускали рождённых мором в свои союзы.

— Мы не будем триадой, — тихо произнес Блейк. — Во всяком случае, пока ты сама этого не захочешь. — Его взгляд остановился на мне, вопросительный и твердый. Я уставилась на него, поняв намек. Существовал лишь один человек, которого я могла бы гипотетически рассмотреть третьим, и Блейк наверняка это знал.

Но Кейдж Танака никогда напрямую не проявлял ко мне интереса — как и я к нему. Мы танцевали, но на этом всё. Он был красив, да. Силен, да. А еще бесяче загадочен, скрытен и упрям.

И это нормально. Я начинала принимать его особенности. В целом нам лучше оставаться друзьями. Наша связь близко не стояла с тем, что я чувствовала рядом с Блейком. Я знала, что Кейдж чувствует ответственность за меня, желание защитить, но сам он вряд ли понимал, что это взаимно. Мы стали союзниками, нравилось это кому-то или нет. Связанные кровью, но совсем иначе, чем мы с Блейком.

Я посмотрела на Блейка. Одной загадки мне хватало с лихвой. Сердце сжалось. Более чем хватало.

— Я хочу вот этого, — просто сказала я. — Давай двигаться шаг за шагом.

Он кивнул, но я заметила облегчение на его лице.

— Главное, чтобы мы уяснили одно, Пендрагон. — Он посмотрел мне в глаза. — Мне нужна только ты.

Я покраснела и отвела взгляд:

— Знаешь, пока я не попала в Санграту, я думала, что не существует места более ебанутого, чем Камелот, — сказала я, бесстыдно меняя тему, как он сделал чуть раньше.

— И каким был Камелот? — спросил Блейк с нескрываемым любопытством. — Расскажи.

Я вкратце рассказала о жизни в Розовом Дворе:

— Я была единственной наследницей короля и королевы Пендрата, но мне не позволили бы унаследовать трон. Когда я… ушла… мы воевали, мой дед со своей армией наступал на наше королевство. Мои тетя и дядя отправились искать его, чтобы покончить с этим. — Мало они знали о том, какую роль в итоге сыграю я.

— А твоя мать? Твой отец? — спросил Блейк. — Где они были во всем этом?

— Мать умерла при родах. Она была фэйри. — Я коснулась пальцем заостренного уха. — Когда-то она была известным генералом. Жила долго… пока мое появление не оборвало ее жизнь.

— То есть ты ее не знала? — Блейк качнул головой. — Мне жаль.

Я не стала поправлять его, говорить, что в итоге мы с матерью связались с того света. Скажи я правду, решит ли он, что я сошла с ума? Или поверит безоговорочно?

Внезапно слова уже готовы были слететь с губ. Блейк был просто тем, кого я хотела в постели, или человеком, которому можно доверить тайны? Но прежде чем я успела выговорить слово, он снова сменил тему.

— А твой отец? Он был королем Камелота?

— Был, да, — ответила я. — Смертным, не фэйри. И умер в ту же ночь, когда я родилась.

— Мне жаль, — повторил Блейк.

— Не стоит, — сухо ответила я. — В свою последнюю ночь он пытался найти меня, чтобы прикончить. Отправил людей на улицы Камелота искать всех новорожденных, потому что не знал, где мать могла меня спрятать. Солдатам приказали вырезать каждого младенца. Это была бойня.

Глаза Блейка расширились:

— Народ наверняка его ненавидел.

— Говорят, под конец он слегка одумался. Когда нашел меня. Но это не отменяет того факта, что он был ебанутым ублюдком, который с радостью прикончил бы и меня, и мать при первой возможности.

— Кровавая Дева, Пендрагон, — медленно проговорил Блейк. — Тут ты меня умыла. А я-то думал, что у меня самая ебанутая семейка.

Я фыркнула:

— У тебя? Твой отец, судя по рассказам, был едва ли не народным героем Санграты. Вампир, которого звали Миротворцем? Звучит как сказка. Совсем не похоже на Санграту, которую знаю я.

— Ну да, но похоже, Виктор с твоим папашей отлично поладили бы, — хмыкнул Блейк с кривой ухмылкой.

Я вздрогнула:

— Тут ты, пожалуй, прав. — Я с любопытством посмотрела на него: — А твоя мать, Дездемона?

Челюсть Блейка сжалась, но он кивнул:

— Да.

— Она жива… так? Вы видитесь?

Блейк посмотрел через комнату в окно, за которым падал снег:

— Жива, да. Во всяком случае, так нам говорят. Когда отец умер, она решила уйти в Святилище. Якобы.

Я вскинула бровь:

— Якобы? — Из того, что я видела в Святилище, оно казалось последним местом, где я захотела бы видеть мать. Но я промолчала.

— Виктор — наш единственный источник информации о ней, — жестко сказал он. — Однажды ночью она просто исчезла. Виктор заявил, что она в Святилище. Оставила записку, написанную на скорую руку. Особой набожностью она никогда не отличалась, но… люди меняются. Особенно в горе.

— Верно, — осторожно произнесла я. — Но разве пребывание в Святилище означает, что она не может уйти? Не может передать весточку детям?

— О, весточки мы получали, — горько отозвался Блейк. — И все через Виктора, разумеется. Женщины, уходящие туда, становятся жрицами. Там жесткий отбор. Стать жрицей Святилища — высшая честь для набожной высокородной. Но обычно туда уходят либо куда старше, либо гораздо моложе.

— Не тогда, когда воспитывают детей, — тихо сказала я.

Блейк сдержанно кивнул.

— Как думаешь, она… — Я прикусила губу. — …в безопасности? Ты веришь Виктору?

Блейк едко расхохотался:

— Ни в малейшей степени, сука, — и в этом вся проблема. У него есть к ней доступ. Он может навредить ей. Да он убить её может! — Он запустил руки в волосы, ссутулившись. — Порой, — он качнул головой, — порой я задумываюсь: а вдруг она давно мертва? — Он посмотрел на меня: — Она ведь была полукровкой.

Мои глаза расширились:

— Наполовину рождённая мором, наполовину высокородная? Как профессор Уиспвуд? Серьезно?

— Я сам узнал недавно. От Виктора. Точнее, он не столько