Читать книгу - "Академия Эвейл. Мечты сбываются, или каждому по чуду - Ринэя Грин"

поднял на неё глаза. В них на мгновение промелькнуло нечто похожее на раскаяние, но он тут же взял себя в руки, сделав вид, что это не он вчера катал ее на санях и не с ней смялась так искренне и беззаботно, и его лицо снова превратилось в ледяную маску.

Он прошел через всю комнату, оставляя на чистом полу грязные, обугленные следы сапог, и начал лихорадочно рыться на полках, сдвигая аккуратно расставленные склянки.

— Осторожнее! — Луана подскочила к нему, пытаясь спасти хрупкое стекло. — Вы сейчас все перебьете! Справа, третья полка, за синим реагентом.

Арно схватил нужный флакон. Он на секунду задержался, глядя на её раскрасневшееся лицо и на то, как она дрожит от едва сдерживаемого гнева.

— Ведро… я не заметил, — буркнул он, направляясь к выходу. — В следующий раз не ставьте его на дороге.

Дверь за ним захлопнулась, оставив Луану одну среди грязных луж и запаха гари. Она посмотрела на свои труды, уничтоженные за пять секунд, и сжала кулаки.

«Ууууу, льдина бесчувственная» — пронеслось у нее в голове.

Она снова опустилась на колени, макая тряпку в лужу. Теперь пришлось торопиться. До обеда осталось всего ничего. Не хотелось подводить месье Оливье.

* * *

Луана как раз заканчивала вытирать последние грязные капли воды, оставленные огневиком, когда в дверях лаборантской появилась крепкая фигура садовника. Он остановился на пороге, заложив руки за спину, и прищурился, оглядывая помещение.

Его взгляд медленно прошелся по сияющим рядам колб, по идеально ровным стопкам тетрадей и учебников, и наконец, остановился на до блеска натертых полках. Теперь здесь было так чисто, что казалось будто даже тени стали светлее.

— Молодец, Лу, — похвалил девушку месье Канова. — Ну что ж, завершай работу и пойдем перекусим. После обеда еще много дел.

Луана вылила грязную воду в раковину, отмыла и ее, убрала инвентарь обратно в шкаф, быстро привела себя в порядок, и подхватив корзинку с волчицей, вышла из посвежевшего помещения.

На обед подсобники отправились, как и вчера, в академическую столовую. Моне достался тыквенный суп-пюре с веточкой кориандра. Мадам Боннет запомнила, что волчице понравилась пряность и решила сделать ей приятное.

Для Луаны же, обед пролетел незаметно, она даже не запомнила, что ела и чем запивала. Все ее мысли были заняты подслушанной лекцией, в теперь уже, сверкающей аудитории. Ее не покидала мысль, что еще не все потеряно, что еще немного и все изменится. Впервые за долгое время, она позволила себе крошечную надежду на то, что ее магия пробудится.

Она ела молча и смотрела на заснеженную территорию академии, на студентов она сегодня не смотрела. Оттого и не заметила пристального, взволнованного взгляда мрачного студента де Эскофье, которого жгла собственная совесть. Арно не хотел обидеть эту открытую и светлую девушку, но все случилось так быстро, что он, не ожидая ее присутствия в лаборантской, не успел спрятаться в вежливой броне. К глубочайшему сожалению Арно чувства, которые пробуждались рядом с ней, бесконтрольно вырвались наружу и превратиться успели лишь грубость.

После обеда садовник отправил Луану в зверинец. После осмотра волчицы, подсобнице следовало поступить в распоряжение Пьера и помочь ему с утеплением жилищ для фамильяров.

— Зима ранняя, холода наступают стремительно, нужно позаботиться и о братьях наших меньших, — произнес напоследок месье Оливье, погладил волчицу, и зашагал в сторону полигонов, наводить порядок после практики огневиков.

Сегодня на территории зверинца снова было пусто. Луана приходила сюда уже в третий раз и никак не могла понять, от чего зависит отсутствие или присутствие во дворе магических животных.

Месье Гринье был в своем кабинете и на осторожный стук в дверь громко сказал:

— Входите, мадмуазель Барош, я вас ждал.

Луана открыла дверь и робко улыбнувшись, вошла в светлый кабинет.

— Ну-ка, маленькая хищница, давай посмотрим, как наши дела, — произнес он, отвлекаясь от бумажной работы.

Он осторожно достал Мону из корзинки и поставил на высокий столик под лампой. Волчица поджала переднюю лапу, на которой все еще белела повязка. Слой за слоем обнажая рану, зоолог аккуратно снял бинты. Лу задержала дыхание: на месте глубокого пореза осталась лишь тонкая розовая полоска, которая на глазах становилась все бледнее.

Месье Гринье осторожно прощупал сустав. Волчица не заскулила и не попыталась вырваться. Она удивительно спокойно сидела на столе и смотрела на зоолога, внимательно наблюдая за движениями его рук.

— Ну вот и славно, — негромко произнес он. — Прогнозы подтвердились. Это, пу-пу-пу, — месье Гринье скомкал бинт и бросил в ведро, стоящее под столом. — Моне больше не нужно.

Внезапно он замолчал, вглядываясь в глаза волчицы. Мона в ответ едва заметно наклонила голову, и в этом жесте было столько осознанности и благодарности, что Луане стало не по себе.

— Знаете, мадмуазель Барош, — мужчина выключил яркую лампу и потрепал волчицу по загривку. — У нее очень осмысленный взгляд. Ваша волчица вполне может быть фамильяром, и вот тут возникает проблема…

Он не договорил, но Лу поняла: он намекает на ее выгоревшую магию. Если Мона — фамильяр, ей для полноценной жизни магического животного нужен маг и привязка, с Луаной же, это невозможно.

— Пу-пу-пу, не будем забегать вперед. Магических потоков я в ней не чувствую, — успокоил девушку зоолог. — Приходите через недельку, взглянем еще раз.

После этих слов Лу немного пришла в себя. Ей не хотелось думать о том, что Мона — фамильяр. Волчица привязалась к подсобнице и нарушать эту связь Лу не хотела. Она не понаслышке знала о боли, которая приходит вместе с потерей близких.

* * *

На улице ее уже ждал Пьер. Она сильнее закуталась в куртку, надела рабочие перчатки и последовала за ним.

— Ты вовремя, Лу, — бросил юный подсобник на ходу. — Нам нужно утеплить вольеры некрупных фамильяров, — Пьер протянул ей легкие деревянные вилы. — Это не сложно, ты быстро научишься.

Здесь действительно было прохладно и девушка прониклась эти поручением, ей казалось будто ей доверили самую важную работу в академии и она, с большим усердием включилась в ритм.

В воздухе стоял аромат сухих трав и пыли, мороз бодрил, а физический труд помогал уложить в голове слова зоолога.

Работа по утеплению оказалась кропотливой и тяжелой. Пьер показал Луане, как создавать многослойную «теплую постель»: сначала они вычищали старую подстилку, а затем плотно набивали углы вольеров и стыки между камнями сухим просмоленным мхом.