Читать книгу - "Княжна-попаданка. Между Русью и Степью - Александра Каплунова"

ответить ничего. Только кивнула. Он притянул меня к колену, поцеловал в висок и отпустил.

— Иди спать, доченька. Утром свадьба.

Я была благодарна этому разговору. Ежели прежде меня немало смущал вопрос этичности моего попаданчества. И того, как близкие станут горевать об утрате юной княжны, то теперь чувство это будто бы отступило. Князь принял меня. Принял как есть. И это дорогого стоило.

Точно груз с плеч спустила. Больше не стану я об этом тревожиться.

А утром меня ждет собственная свадьба.

Глава 46

Спать я толком и не легла. Полежала на постели поверх покрывала, постояла у окна. В степи одна за другой загорались бледные звезды, их мерцание странным образом меня успокаивало, насылало какого-то ощущения покоя и правильности происходящего.

Небо стало совсем темным, и на его фоне они выглядели, точно все те далекие миры, что могли хранить в себе такие, как и здесь, человеческие жизни.

Я не считала времени, просто глядела на них, думала о том, что будет после, но ни единая мысль не оседала в моей голове. Они все как-то ускользали от меня, точно все были намазаны маслом и не желали держаться в моей хватке.

И только-только небо тронуло первой серой полосою, как в дверь мою тихо постучали.

— Княжна, — это была Любава. — Светлый оглан просит.

Я мягко кивнула ей, повела рукой, дозволяя ей и помощницам ее пройти в комнату.

Меня одели наскоро, косу заплели, как положено, покрыли голову. Еды не предлагали, воды тоже — надобно было чистой быть перед обрядом.

Любава повела по темному коридору. Я думала, что мы отправимся через двор, может задний, но служаночка моя повела меня наверх, на гульбище.

Арслан стоял у перил спиной к двери. Услышав мои шаги, обернулся.

— Княжна… — выдохнул, осматривая мой наряд.

Я чуть улыбнулась, хотя и понимала, что вид у меня скорее усталый, чем праздничный и уж тем более свадебный.

Он тоже не спал — это видно было по теням под глазами и по взору, что пришлось с усилием сосредотачивать.

— Прежде, чем отправимся, я хочу тебя выспросить.

Я кивнула, давая ему слово.

— Что Айгуль тебе вчера рассказала, когда приходила?

Я улыбнулась, но на сей раз чуть грустно. В такой час хотелось не о чужих женщинах говорить. Но я понимала, почему он о том спрашивает.

Потому рассказала, что Бату взял ее силой из дома мурзы Ахмета. О долге Ахмета, которым Бату держал ее за горло. О двух ее сыновьях, еще малых, про которых бедняжка говорила едва не со слезами на глазах. И о том, что Айгуль сама ко мне пришла и слово дала: в постель к оглану она не пойдет, как ни заставляй. Верна она своему мужу и единожды данной клятве. Пусть бы Бату хоть как ее из дома забрал.

Арслан слушал, не перебивая. К концу лицо у него потемнело сильнее. То ли от ярости, то ли от тяжести принятых, наконец, решений.

— Сегодня же поутру, как обвенчаемся, я пошлю людей. И к Ахмету, и за сыновьями ее. Под мою руку их возьму. Не гоже это, когда простых и верных людей под таким гнетом держат. Бату еще пожалеет, что ввязал ее в эту историю. И развод их отменит.

— А он отменит?

— Отменит. Бату всегда был сильным сыном, — Арслан чуть дернул уголком губ, и я сама уже додумала, что он имел в виду. Бату был сильным, зато Арслан умным. — Да только я своего брата знаю. И грехи его с прошлого тоже. Я думал, не понадобятся мне эти знания. Но, похоже, пришел час.

Я кивнула. Один камень с души упал. По крайней мере, Айгуль теперь у нас была, а не у Бату.

— А второе, — Арслан не дал мне выдохнуть. — Слушай внимательно, княжна. У меня было время подумать и вот, что я решил.

Я подобралась.

— Свадьба у нас сегодня будет, но не такая, как ладили к твоему приезду. Никаких степных обрядов, никаких пиров на полдня, никаких посланников от ставки. Сейчас, на рассвете, в малой часовне в углу подворья мы обвенчаемся. По русскому чину, перед твоим попом, по православному закону. И прежде того я приму крещение. А отец твой будет тому свидетелем. С моей стороны верный человек тоже найдется…

Я не смогла вдохнуть. Стояла и смотрела на него.

— Ты понимаешь, что говоришь? — наконец выдавила.

— Понимаю, — спокойно. — Ежели я тебя возьму по нашему обряду, Бату ту запись хану свезет, и хан ее при случае разорвет. Возьму по русскому, а сам останусь, кто я есть, Тэмир скажет, что брак силы не имеет. А ежели я приму твою веру, и мы повенчаемся по ней — тогда уж ни Бату, ни Тэмир, ни хан без войны меня от тебя не оторвут. Это будет дело не семейное и не земельное. Тогда им придется идти против церкви русской и против князя Ярослава разом.

Да, мы уже говорили о том, и я понимала, что вернее всего этот вариант, но…

— Но с тем ты теряешь и ставку, и покровительство хана. Даже свое место в Орде. Почти все.

— Но не все, — он покачал головой. — Граница останется, народ останется, земля и место мое на ней — тоже. Смена веры того не отменит, как и крови моей. А прежнего места я и так уж не сохраню в том виде, как оно было. После того-то, что мы сегодня узнали. Тэмир мне его до конца года не оставил бы. А так — мы хоть на полшага его обогнали.

Я подняла руку и коснулась его щеки легко и ласково.

— Арслан, — я в его глаза смотрела и видела человека. Живого и дышащего. Он хочет поступить правильно, по чести и совести. И это меня подкупало.

Он накрыл мою ладонь своей.

— Мы со всем справимся, — твердо произнес он. — Особенно если ты встанешь подле меня.

— Встану.

— Но если нужно будет, позволь тебя укрывать.

Он спрашивал это заранее. Дозволения меня защищать, дать ему быть мужчиной, и я невольно на то улыбалась. Вот ведь… застращала своим норовом.

— Хорошо. Но и ты разреши тоже.

Арслан улыбнулся широко на сей раз. Усмехнулся.

— Потому и прошу встать подле меня,