Читать книгу - "Полуночные признания - Дж. Л. Кенна"

— Пока, Дилан.

Он уходит, ровно секунду провожаю взглядом его широкую спину, прежде чем вернуться в номер.

Только что согласилась на свидание с горячим барменом спустя несколько секунд после того, как Алек втирал в мою вагину свою эрекцию?

И, хоть я и не эксперт по кинесике53, но Алек, кажется, был в бешенстве. Я всё испортила?

Джейн Остин, помоги!

Глава 16

Весь остаток дня мы с Алеком двигались вокруг друг друга, как вода и масло. Делили одно пространство, но не смешивались. Отталкивались, не успев заговорить. Я заходила в комнату – он выходил.

Услышала, как он выходит из своей спальни, и решила, что с меня хватит. Выйдя в коридор, увидела, как дверь номера закрывается за ним.

Через час он вернулся. Я сидела за барной стойкой и обедала. Алек разговаривал по телефону, поэтому подождала, улыбнулась ему, надеясь, что он закончит разговор и мы сможем поговорить. Но его ледяной, деловой взгляд скользнул по моей улыбке, он усмехнулся мне в лицо, развернулся и ушел.

Дотти и Кит зашли с бутылкой вина и зависли у меня в комнате, пока я собиралась на свидание с Диланом. Алек поздоровался с ними, полностью игнорируя мое существование. Его обращение было холоднее моего имени, и мне это не нравилось. От этого чувствовала себя… мерзко.

Две вещи были кристально ясны:

Первая – Алек злится. Злится, что иду на свидание. Могу ли его винить? Серьезно, это реальный вопрос – могу ли я? Мы с ним не встречаемся. Он, черт возьми, вообще не знакомится с девушками! Не один раз говорил мне, что не верит в отношения, в любовь. Да и вообще в жизнь, если она не вписывается в его аккуратно организованные рамки.

Признаю, появление Дилана было некстати. Но что я должна была сделать? Он приехал специально, чтобы пригласить меня. Неужели должна была сказать: «Нет, не могу, понимаешь, вроде как пытаюсь переспать с шафером»?

Вторая – Алек Фокс превращается в огромного ребенка, когда не получает желаемого.

И это несексуально.

Дилан, конечно же, приехал за мной раньше назначенного времени и снова с цветами. На этот раз лавандовые и желтые розы. Я специально пригласила его в номер, чтобы поставить их в воду. Раз Алек исчез несколько часов назад, не видела ничего плохого в том, чтобы показать Дилану апартаменты.

И на этот раз на нем были не шорты и майка. Нет, теперь он был в темно-синих узких брюках, белой рубашке с закатанными до локтей рукавами, черном галстуке и коричневых оксфордах. Потрясающий.

Дилан – серфингист и бармен – знает толк в соблазнении. Серьезно. И сейчас отработал на все сто.

— Как тебе это место? — спрашивает, сидя за нашим столиком в углу затемненного итальянского ресторана «Bello Italiano».

— Очаровательно. Ты здесь бывал?

— Да. Те ребята, о которых говорил, мои лучшие друзья, живут неподалеку. Мы вместе росли, катались на волнах. Когда они переехали сюда, часто гостил у них. Мы приходили сюда после серфинга. У них отличный мясной суп на ланч. А лазанья, думаю, лучшая в городе.

— Возможно, соглашусь, она восхитительна, — улыбаюсь, промокнув уголки губ.

«Bello Italiano» такой милый, уютный и романтичный, что его можно описать, как в одном из моих любовных романов. Сам ресторан, наверное, размером с мою квартиру, с ограниченной рассадкой и барной стойкой. Но то, чего ему не хватает в пространстве, он компенсирует шармом. Открытая терраса, где мы сидим, вдвое больше внутреннего зала, с гирляндами, протянутыми над головами. Столики стоят достаточно далеко друг от друга, чтобы не чувствовать рядом присутствия соседей, несмотря на то что все места заняты. А по бокам террасы горят две напольные огненные лампы, наполняя пространство теплом и мерцающим светом.

Алек говорил, что его любимая кухня – итальянская…

Господи. Да кому какое дело?

Тебе есть дело, идиотка.

Дилан задавал вопросы. Много вопросов. Обо мне, работе, интересах. Он идеален, даже когда пыталась найти хоть один красный флаг, хоть намек на то, что он скрытый маньяк или, на худой конец, зануда. Но ничего такого. Внимательный, добрый и скромный. По сути, полная противоположность Алеку.

Так почему ты не можешь перестать думать о нем?

Заткнись.

— Хочу привести сюда Кита и девочек, когда приедет Сондра, — говорю, выгоняя Алека из головы. — Им точно понравится.

— Рад, что тебе нравится. Ну так, расскажи о своих друзьях…

— Они замечательные. Сондра – моя подруга с рождения, потому что наши мамы лучшие подруги. А Дотти и Кита я встретила, когда работала бариста в «Джава Хауз».

— Обожаю «Джава Хауз».

— Держу пари, угадаю, что ты заказываешь, — ухмыляюсь, зная, что в этом вопросе я эксперт. Дилан улыбается во весь рот, принимая вызов.

— Ну давай, Уинтер-бариста…

Я уже поняла. Он просыпается рано, сразу нагружает тело и разум; серфинг для него как деловые встречи. Сладкое и лишние калории его не интересуют. Он прямолинеен, честен, без изысков, но харизматичен и брутален…

— Американо с молоком. Нет! С миндальным молоком.

Улыбка Дилана становится шире, обнажая ямочки на щеках, от чего мои бедра непроизвольно сжамаются.

— Почти угадала. Американо, черный.

Смеюсь. — Ну конечно.

Черный и резкий, как душа Алека.

Прекрати!

Я отмахиваюсь от внутреннего голоса, как от назойливого комара, и откидываюсь на спинку стула.

— Почти угадала, — говорю, когда официант забрал наши тарелки.

— Спасибо, — кивает ему Дилан. — Вы с друзьями – идеальная компания. Такие, к которым тянутся люди.

— Я их очень люблю. Сондра всегда была рядом, а Дотти и Кита встретила, когда нуждалась в семье. Мы сразу сошлись. Мы разные, и это нас притягивает, но в главном похожи, поэтому мы так близки.

— Например?

— Ну, Сондра – нарушительница правил, любительница риска. Она могла бы убедить охрану Белого дома, что забыла приглашение, и нас бы пустили на обед к самому президенту. Дотти – бесстрашная авантюристка. Нет такого, чего бы она не попробовала хотя бы раз. Вечно тащит нас на какие-то безумные мероприятия, которые нам не нравятся, но в итоге мы отрываемся по полной.

— Например? — Дилан наклоняется вперед, его глаза искрятся в свете камина.

— Ну, скалолазание. Это был ад, — смеюсь, отхлебнув вина. — И ужасно страшно. Зимой – сноуборд, летом и осенью –