Читать книгу - "Драконова Академия. Книга 5 - Марина Эльденберт"

Глава 17

Соня

– София! Софья! Соня! Проснись!

Она вынырнула из липкого кошмарного сна, в котором Лена звала на помощь, и оказалась в объятиях Сезара. Сначала вообще не могла понять, что происходит: они не спали вместе, как он здесь оказался? И почему так холодно и темно?

Потом зажегся свет, но светлее не стало, Соня по-прежнему чувствовала эту темноту и холод, и красок в комнате тоже не прибавилось. Сезар же, вглядевшись в ее лицо, помрачнел. Сдвинул брови, при этом выглядел невероятно встревоженным.

– Как ты? Что болит?

– Ничего. Ничего, – Соня поежилась. – Только холодно, и… почему все такое серое?

Ни слова не говоря, Сезар дотянулся до настольного зеркальца, которое Соня на ночь ставила себе на тумбочку. С определенных пор это вошло в привычку: беременность, пусть даже в магическом мире, не всегда способствует красоте. Есть хотелось постоянно: соленое, острое, сладкое, частенько все вместе. Потом очень хотелось пить, а по утрам это, как говорила бабушка, папина мама, называлось «утро в китайской деревне». Может быть, звучало не толерантно, но отеки действительно случались. Частенько.

Правда, сейчас дело было не в отеках. Заглянув в зеркало, в собственных глазах Соня увидела черные прожилки и серебро.

Темная магия?! Откуда?!

– Мой ребенок, – все так же хмуро пояснил Сезар. – Видимо, это его влияние. Я позову лекаря…

– Не надо, – Соня коснулась его руки. – Все хорошо. Правда.

– Хорошо?! Ты кричала и металась в постели, меня разбудили слуги, потому что перепугались.

– Я кричала не из-за ребенка. И не от боли. – Соня поежилась, вспоминая сон. – Мне снилась Лена. Ее пожирала тьма, затягивала, убивала, она звала на помощь, а я ничем не могла ей помочь.

Она вернула зеркало на тумбочку и посмотрела на мужа:

– Мне кажется, что я ее предаю. Тем, что ничего не делаю. Тем, что все происходит так медленно…

– Мы делаем все, что можем, – Сезар нахмурился еще сильнее. – Так быстро, как только можем.

Он словно хотел сказать что-то еще, но не стал, и Соня это заметила. В последнее время она замечала гораздо больше, чем раньше. Кажется, за последнюю неделю заметила столько всего, сколько за все предыдущее проведенное в Даррании время. В частности, связанного с Сезаром. Он ничего не говорил, но мрачнел после каждой встречи с Люцианом все сильнее и сильнее.

– Тебе это не нравится, да? – спросила она. – То, что мы делаем? Ты считаешь, что все бесполезно?

Сезар плотно сжал губы, покачал головой.

– Давай не будем сейчас об этом. Не посреди ночи.

– Посреди, не посреди, какая разница. Я все равно проснулась, и ты тоже.

К счастью, холод и темнота отступили, теперь Соня видела свою обычную, залитую мягким теплым светом спальню. Черты лица мужа тоже больше не казались острыми, а кожа холодной.

– Я не хочу ссориться сейчас, София, – произнес он, и тут же поправился. – Прости, Соня. Я в самом деле устал от ссор.

– Считаешь, что мы поссоримся, если ты скажешь мне правду?

– Иногда она обладает таким эффектом.

– Еще таким эффектом обладают ложь и молчание. Сезар, – она коснулась его руки, – если мы решили начать все заново, мне кажется, нам стоит больше доверять друг другу. Потому что если мы не будем… тогда что? Как мы сможем построить отношения?

Сезар молчал долго. Смотрел в сторону двери, потом все-таки произнес:

– Ты знаешь, что я с самого начала был против этой затеи. Да, я считаю ее бессмысленной, потому что если я что-то и знаю о темной магии и Мертвых землях, так это то, что оказавшись в их власти, если зайти так далеко, дороги назад уже нет. А знаешь, что самое страшное? Люциан. Когда я думаю о том, что он пойдет в Мертвые земли, и не вернется.

– Ты настолько не веришь в собственного брата?

Сезар усмехнулся.

– Я не верю в себя. Я не верю, что я бы пошел в Мертвые земли, и вышел оттуда живым…

– Но все же ты бы пошел. За мной, если бы на месте Лены была я. Или нет?

Какое-то время они оба молчали. Соня не знала, почему молчит он, но могла предположить. Он бы пошел. И он не верил, что они бы вернулись. Они оба. К счастью, это не они сейчас стояли перед таким выбором. К несчастью, здесь были замешаны их самые близкие. Его брат. Что же касается Лены… возможно, они и не были сестрами по крови, а в последнее время Соня сама наворотила столько всего, что теперь и не разгрести, но она всегда была ей как сестра. У нее не было никого ближе. Даже маме она не доверяла столько секретов, даже мама не знала ее так, как Лена. А Лену никто не знал так, как она.

До этого межмирового перемещения точно.

– Может, я и не победил бы на конкурсе лучшего брата Даррании, – сказал, наконец, Сезар, – но добровольно отпустить того, кого знал с пеленок, на верную смерть…

– Люциан уже один раз ее сделал, – сказала Соня.

– И это ничему его не научило.

– Да нет. Как раз научило. Что за тех, кого любишь, надо бороться до конца. Так сделала Лена. И я бы не списывала Люциана со счетов только потому, что он пойдет туда один. Мы же не собираемся делать это все прямо сейчас, наскоком. Мы все спланируем, все продумаем…

– Ты хоть представляешь себе, кто такой Адергайн Ниихтарн?

– Нет.

– Нет, – подтвердил Сезар. – Сегодня ты почувствовала в себе тьму. Каково это было?

Соня вздохнула.

– Я не знаю, кто такой Адергайн Ниихтарн. Я не знаю, на что способна тьма, но я знаю, что Люциана ты не остановишь. Ни я, ни ты, ни кто бы ни было еще. Будет гораздо лучше, если мы его