Читать книгу - "Игра Олимпа: Освобождение - Хейзел Райли"

class="p">— В общем, скоро мы расстанемся с Аресом, который уедет в Йель. Надо воспользоваться этим временем, побыть вместе, всей семьёй, и разделить…

Арес вскидывает бровь.

— Ты сейчас ждёшь, что кто-нибудь тебя перебьёт, потому что сам не знаешь, как продолжить ту херню, которую начал?

— Нет, — защищаюсь я.

— Да, — хором отвечают Нис, Гера и Зевс.

После нескольких секунд тишины мы все разражаемся смехом.

Я люблю своих братьев и сестру, даже когда они лезут не в своё дело и тычут меня носом в правду. Но больше всего люблю их за то, что, что бы ни случилось, они всегда на моей стороне.

То, что я годами вытворяю с Хэ-Рин, — глупость в самом буквальном смысле. Я тупой, и, хотя именно это слово ранит меня сильнее всего, признаться самому себе в нём почему-то проще всего.

Мне нравится моя лучшая подруга.

И я никогда ей в этом не признавался.

Невероятно.

Я правда тупой.

Арес выхватывает хот-дог прямо из руки девушки, сидящей позади нас, оставляя её с открытым ртом, и протягивает его мне.

— Съешь ещё один и иди к Хэ-Рин. Мне вообще похуй на то, проведёшь ли ты со мной какое-то там качественное время перед моим отъездом.

Я никогда не отказываюсь от еды. Даже когда уже сыт. Даже когда знаю, что она просрочена.

Я запихиваю в рот половину хот-дога и спрашиваю, продолжая жевать:

— Нет?

— Нет. В Йеле я отлично повеселюсь. Хейвен симпатичная, я хочу затащить её в постель.

— Мама с папой отправляют тебя туда не для этого! — восклицает Зевс. — Ты должен серьёзно отнестись к этой ситуации, Арес. Она может оказаться даже опасной, папа говорит, что наш дядя совсем не…

— Я пошутил, просто хотел тебя поддеть. Успокойся, — перебивает он. — То есть не совсем. Я бы правда с ней переспал, если честно, но сверхсекретную миссию поставлю на первое место и заставлю маму с папой мной гордиться.

Он сопровождает это совершенно фальшивой улыбкой. К сожалению, я снова начинаю смеяться, но рот у меня настолько забит, что кусочки хлеба разлетаются во все стороны. Я не подбираю их с песка только потому, что слишком темно и я ничего не вижу, иначе не раздумывал бы ни секунды.

— Ты настоящий идиот, — огрызается Зевс, хотя на этот раз даже он не может скрыть улыбку.

Моё внимание снова переключается на Хэ-Рин. Слава богу, они перестали пожирать языки друг друга, но к ним подошли какие-то друзья Донни, которых я раньше не видел. Я опускаю взгляд ниже — на открытые ноги Хэ-Рин под джинсовыми шортами и на ладонь Донни, спокойно лежащую у неё на бедре.

Ладно. Самое время провести немного времени с моей лучшей подругой.

Я пытаюсь подняться, но из-за алкогольного головокружения тут же валюсь обратно на землю. Ни Арес, ни Нис не помогают мне и даже не пытаются как-то смягчить падение.

Зевс наклоняется вперёд и прищуривается.

— Ты пьяный?

— Нет.

— Господи, я оставил вас одних на двадцать минут и вернулся к компании бухих в хлам?

Арес фыркает.

— Началось. Опять нотации.

— Да, серьёзно, — вмешиваюсь я. — Оставь нас в покое хотя бы сегодня. Я, между прочим, и сам не в восторге от того, что напился.

Зевс что-то недовольно ворчит.

— Трава гораздо лучше, — заключаю я.

Он распахивает глаза.

— Ты куришь косяки?

— Ты до сих пор не понял? — Нис разражается смехом. — Бывают вечера, когда он возвращается домой и вместо нас здоровается с вешалкой.

Зевс вскидывает бровь, явно рассматривая эту информацию с новой стороны.

— Я видел, как он делал вещи и постраннее.

Прежде чем он успевает начать длинный список сомнительных поступков из моего прошлого, я снова пытаюсь встать. Гера приходит на помощь и с большим трудом удерживает меня за предплечья. Сёрфинг и все водные виды спорта заметно изменили моё тело — не только внешне, но и в плане физической формы и силы.

Моё героическое вставание встречают одобрительными возгласами и аплодисментами братьев и сестры, привлекая внимание студентов вокруг. Я их игнорирую — за столько лет уже привык — и иду с высоко поднятой головой.

Донни и его друзья меня не замечают, зато Хэ-Рин замечает. Я почти уверен, она видела и то, как я поднимался, пока моя семья болела за меня.

— …она много о тебе рассказывала. Эйвери? — говорит один из незнакомых парней.

— Хэ-Рин, — автоматически поправляю я.

Все поворачиваются ко мне.

— Что?

— Хэ-Рин, — медленно повторяю я. — Не Эйвери. Хэ-Рин.

Донни улыбается и слегка похлопывает её по щеке.

— Эйвери — это наше шуточное прозвище, правда, малышка? Иногда я по привычке так её представляю. Но да, её зовут Хэ-Рин.

Не знаю почему, но для меня это всё равно звучит неправильно. Его голос царапает кожу, как бирка на футболке, которую я забыл срезать.

Донни — огромная бирка, пришитая в самом неудобном месте из всех возможных.

— Пройдёмся? — предлагаю Хэ-Рин, делая вид, будто рядом с нами вообще никого нет.

Я знаю, Донни хотел бы возразить, но тут же передумывает, когда его девушка встаёт и переключает всё внимание на меня. Жест, который говорит больше тысячи слов.

Мы молча отходим, ступни проваливаются в песок. Вокруг вечеринка достигает пика: музыка становится всё громче, кто-то танцует, кто-то поёт, кто-то пьёт и фотографируется. Я ненавижу весь этот шум, потому что он заглушает плеск моря и грохот разбивающихся волн.

Я замечаю стакан в маленькой руке Хэ-Рин.

— Теперь Донни ещё и пить тебя приучил, Синяя Голова?

Хотя её волосы снова чёрные, моё прозвище для неё не изменилось.

— Сказал человек, который сам явно навеселе.

По крайней мере, она не поняла, что я пьян в хлам…

— И вообще, это лимонный чай.

— Ещё хуже алкоголя.

Я заставляю её рассмеяться.

— Он самый лучший.

— Лучший — персиковый.

— Ты лимонный даже никогда не пробовал! — восклицает она, всё сильнее веселясь. — Я уже несколько лет пытаюсь заставить тебя его попробовать.

Правда. Я даже не знаю, сколько раз получал дёрганье за волосы или какие-нибудь безумные наказания только потому, что в её игре «Что бы ты предпочёл?» вторым вариантом было выпить целую бутылку лимонного чая. Просто он меня не привлекает, ладно? Не понимаю, как что-то с кислым вкусом лимона вообще может быть вкусным. И уж тем более вкуснее персика. Очень мало фруктов лучше персиков.

— И никогда не попробую, — заключаю я.

Хэ-Рин толкает меня плечом.

— Ладно. Ты бы предпочёл попробовать мой лимонный чай или проглотить горсть песка?

Я закатываю глаза.

— Ненавижу эту игру.

— И всё равно подыгрываешь мне уже восемь лет.