Читать книгу - "Да кто тебе нужен, генерал! - Екатерина Жданович"

Я заблудилась. Все тоннели выглядели одинаково: мокрые стены, скрипучие балки, рельсы, уходящие в никуда. Я пыталась свернуть в проход, который показался мне более протоптанным, но через десяток шагов наткнулась на завал из камней и бревен. Сердце заколотилось в панике. Я побежала назад, но другой поворот привел меня в тупик.

Я остановилась, пытаясь перевести дыхание. Воздух стал спертым. Свет фонаря дрожал, и от этого тени на стенах оживали, превращаясь в чудовищные, изломанные силуэты. Мне почудился шорох где-то сзади. Я резко обернулась, подняв фонарь. Никого. Только мой собственный, искаженный страхом силуэт метнулся по стене.

«Глупая Ирен. Здесь никого нет. Надо найти Даррена», — попыталась я успокоить себя.

Я пошла дальше, уже не зная, в какую сторону двигаться. Ноги подкашивались, тяжелый плащ цеплялся за острые выступы камней. Я споткнулась о рельсы и чуть не упала. И в этот момент я его услышала. Слабый, едва различимый звук. Не крик. Скорее… всхлип.

Чарли!

Я бросилась на звук, забыв о всякой осторожности. Он доносился из бокового тоннеля, узкого и низкого. Я почти бежала, согнувшись, свет фонаря прыгал по стенам.

— Чарли! Я здесь! — кричала я, и в голосе моем была уже не только надежда, но и истерика.

И тут земля ушла у меня из-под ног.

Раздался оглушительный грохот, и я провалилась. Вниз. В кромешную тьму. Падение было коротким, но страшным. Я ударилась обо что-то твердое, фонарь вылетел из рук и с глухим стуком разбился, погрузив все в абсолютную, слепящую черноту.

Тишина наступила оглушительная. Я лежала на холодном, мокром камне, не в силах пошевелиться от боли и ужаса. Все тело ныло, особенно плечо и бок, которыми я ударилась при падении. Я пыталась дышать, но воздух был пыльным.

Я была в ловушке. Где-то глубоко под землей. Одна. В полной темноте. Над головой зияла дыра, через которую я провалилась, но до нее было не дотянуться. Я слышала, как сверху сыплется земля и мелкие камешки.

Сначала я просто лежала, не в силах осознать произошедшее. Потом тихий, жалобный звук снова донесся до меня. Теперь он был совсем рядом. Прямо здесь, в этой яме.

— Чарли? — прошептала я, и голос мой сорвался, смытый слезами. — Это ты?

В ответ послышался слабый стон. Он был тут. Со мной. Но это знание не принесло облегчения. Теперь мы были в ловушке вдвоем. И никто не знал, где мы.

Темнота давила на глаза, на мозг. Она была физической, осязаемой. Я зажмурилась, но от этого не становилось светлее. Тело била дрожь. Слезы текли по лицу, но я даже не пыталась их смахнуть.

Я была абсолютно одна. И тишина вокруг была такой громкой, что в ушах начинало звенеть. Я обхватила себя руками, пытаясь согреться, но холод исходил изнутри. Из самой глубины души, парализованной животным, первобытным страхом. Он сжимал горло ледяным кольцом, сковывал мышцы, вытеснял из головы все мысли, кроме одной: «Я умру здесь. В темноте. В одиночестве».

Но потом снова раздался стон. Тихий, прерывистый, полный боли. Это был не призрак, не плод моего воображения. Это был Чарли. И он был здесь, совсем рядом, и ему было так же страшно, как и мне.

Что-то будто щелкнуло внутри. Я сделала глубокий вдох, втягивая спертый воздух. Слезы еще текли по щекам, но я смахнула их тыльной стороной ладони, наверняка оставив на коже грязные разводы.

«Соберись, Ирен, — приказала я себе. — Он не может ждать».

Я осторожно пошевелила руками и ногами. Все болело, но, кажется, ничего не было сломано. Медленно, ползком, начала двигаться на звук. Каждый сантиметр давался с трудом. Руки натыкались на острые камни, влажную глину, обломки дерева.

— Чарли, — шептала я, протягивая руку перед собой. — Я здесь. Тетя Ирен здесь.

Его стон стал чуть громче. Он был прямо передо мной. Пальцы наткнулись сначала на грубую ткань куртки, а затем на холодную кожу щеки. Чарли вздрогнул от прикосновения.

— Чарли, милый, — голос мой сорвался. Я снова поползла вперед, нащупала его плечо, и тут же почувствовала на своей руке что-то липкое и теплое.

Кровь.

Паника снова попыталась поднять голову, но я ее подавила. Сдернула с себя тяжелый плащ, нащупала его край и закутала мальчика, стараясь делать это как можно нежнее.

— Все будет хорошо, солнышко, все будет хорошо, — бормотала я, сама не веря своим словам, но зная, что он должен слышать мой голос. — Мы сейчас выберемся. Нас найдут.

Я прижалась к Чарли, пытаясь согреть своим телом. Он слабо постанывал, но, казалось, мое присутствие немного успокоило его. Теперь он был не один. И это было единственное, что я могла ему дать.

Но этого было мало. Слишком мало. Мы замерзнем. Или задохнемся. Или… Нет. Нас найдут.

Я отползла от Чарли на пару шагов, подняла голову к черному провалу над нами и крикнула изо всех сил:

— Помогите! Даррен! Мистер Рид, мы здесь!

Мой голос разбивался о каменные стены, возвращаясь ко мне жалким, глухим эхом. Я замолчала прислушиваясь. Ничего. Только звенящая тишина и прерывистое дыхание Чарли.

Отчаяние снова накатило волной. Но я сжала кулаки, вонзив ногти в ладони. Боль помогла сосредоточиться.

Я снова закричала. И снова. И еще. Я кричала до хрипоты, до боли в горле. Кричала имя Даррена, мистера Рида, просто в пустоту, в надежде, что кто-то услышит. Кричала, пока голос не превратился в шепот, а силы почти не оставили меня.

Я рухнула на камни рядом с Чарли, обессиленная. Темнота снова сомкнулась вокруг, давящая и бесконечная. Обняв мальчика, я прижалась к его холодной щеке и зашептала, уже не зная, для кого эти слова для него или для себя:

— Они найдут нас. Они обязаны найти. Даррен найдет. Он обещал.

И в этот момент, сквозь гул в собственных ушах, мне почудился какой-то звук. Не эхо моего крика. Что-то другое. Приглушенный, далекий. Как будто скрежет? Или шаги?

Я замерла, не смея дышать, вслушиваясь в звенящую тишину, а потом снова крикнула.

Глава 40

Даррен

— Ирен! — взревел я, перебрав все доступные ругательства.

Никак не ожидал от этой женщины такого! Куда она ушла? Зачем? Почему, проклятье?! Где ее теперь искать?

Мистер Рид смотрел с сочувствием, но при этом не спешил мне помогать.

Я обежал все доступное пространство, но найти следов в темноте не смог. У телеги да, в мягкой земле осталось несколько отпечатков, но, к сожалению, дальше земля была гораздо плотнее и почти