Читать книгу - ""Феникс". Номер для Его Высочества - Элиан Вайс"

её накажу. Но я приехал совсем по другой причине. Я… я скучал.

Лилиан уставилась на меня так, будто у меня выросла вторая голова.

— Простите?

— Скучал, — повторил я и, кажется, даже сумел изобразить на лице нечто томное и задумчивое. Я репетировал этот взгляд перед зеркалом. — Понял, что совершил непростительную ошибку. Ты… ты не такая, как все. Ты особенная. Я был слеп и глуп, отпуская тебя. Я хочу, чтобы ты вернулась.

— Ваше высочество, — медленно проговорила Лилиан, и в её голосе послышались нотки, от которых мне стало не по себе. — У вас всё в порядке с головой? Вы вчера перепили настолько, что до сих не протрезвели? Или вы с Вивьен поссорились?

— Ни то, ни другое! — я сделал шаг вперёд, протягивая к ней руку. — Я серьёзен, как никогда! Лилиан, я хочу, чтобы ты вернулась во дворец. Не в какое-то там крыло, а в мои покои! Я озолочу тебя. Ты будешь жить как настоящая принцесса. Я… я даже Вивьен прогоню, если ты захочешь! Вышвырну вон!

Я сказал это и сам на мгновение поверил в свою искренность. В конце концов, разве я не заслуживаю самого лучшего? А этот бриллиант, оказывается, был у меня в руках.

Но Лилиан отдёрнула руку так резко, будто я был прокажённым. В её глазах больше не было колючек — там было что-то похожее на брезгливую жалость. Это было хуже любой пощёчины.

— Вы окончательно сошли с ума, — констатировала она. — Эрик, будь добр, позови кого-нибудь из рабочих. Пусть проводят его высочество до большой дороги, а то он опять заблудится.

— Не надо никого звать, — Вудсток наконец поднялся. Он возвышался надо мной, спокойный, как скала. — Ваше высочество, вы всё сказали? Если да, то карета ждёт. Дорога дальняя.

— Не указывай мне, Вудсток! — взорвался я. — Кто ты такой, чтобы указывать принцу крови? Я приехал к своей бывшей невесте, и это не твоё дело!

— Лилиан больше не твоя невеста, Генри, — голос Вудстока был подчёркнуто спокоен. — Ты сам от неё отказался. Официально. Перед всем двором. А сейчас ты стоишь на её земле, перед её домом. И она ясно дала понять, что твой визит окончен. Уезжай по-хорошему.

— Ты не имеешь права! — заорал я, теряя остатки самообладания. — Она… я… это интрига! Ты окрутил её, старый развратник! Решил молодую жену завести?

Вудсток не изменился в лице, лишь в глазах мелькнуло что-то опасное.

— Генри, ещё одно слово, и я напишу твоему отцу письмо, в котором подробно опишу, как ты мешаешь законному строительству и пристаёшь к женщине, которая от тебя освобождена. Думаю, ему это не понравится. И твоё содержание урежут ещё на полгода.

Я поперхнулся воздухом. Он бы сделал это. Этот старый интриган действительно бы сделал.

Я перевёл взгляд на Лилиан. Она стояла чуть поодаль, скрестив руки на груди. Она смотрела на Вудстока. Смотрела с такой верой, с таким спокойным доверием, что меня захлестнула чёрная, липкая волна отчаяния. На меня она так никогда не смотрела.

— Ты ещё пожалеешь, — бросил я ей, чувствуя, как дрожит голос. — И ты, Вудсток, тоже. Я этого так не оставлю!

— Жду с нетерпением, — усмехнулся Вудсток. — Передавай привет отцу.

Я развернулся и, спотыкаясь о доски, пошёл прочь. Сзади раздался свист и смех — это мальчишки-работяги, человек пять, повылезали из-за штабелей досок и показывали мне вслед рогатки и корчи.

— А ну пошли вон, отродье! — заорал я на них, сжимая кулаки.

Он не испугались, засвистели громче и разбежались кто куда, хохоча.

Я забрался в карету и со всей силы захлопнул дверцу.

— Гони обратно! — рявкнул я кучеру. — Да побыстрее!

Карета тронулась. Меня трясло. Всю дорогу меня трясло от злости, унижения и от чего-то ещё, чему я не находил названия.

Перед глазами стояла Лилиан. Не та, забитая, скучная девушка в сером платье, которую я сослал в восточное крыло. А другая — с горящими глазами, с растрёпанными волосами, с грязным пятном на щеке и счастливым смехом. Бриллиант, который я носил в кармане, не замечая, и выбросил, приняв за стекляшку. А этот старый лис Вудсток пришёл, подобрал, протёр и теперь любуется.

— Чёрт! — я со всей силы ударил кулаком по обитой бархатом стенке кареты. — Чёрт, чёрт, чёрт!

Вивьен, конечно, устроит мне скандал, если узнает, куда я ездил. Но сейчас мне было наплевать на Вивьен. Впервые в жизни мне было на неё наплевать.

Я думал о Лилиан. О её взгляде, обращённом на Вудстока. О том, как она отдёрнула руку от меня, будто от заразы.

И это было больнее, чем если бы она дала мне пощёчину. Больнее, чем насмешки Вудстока. Потому что это значило, что для неё я — пустое место. И ничего уже не исправить.

Глава 19

Выбор между прошлым и будущим

После отъезда Генри я долго сидела на крыльце, глядя на озеро. Вода была неподвижной, как зеркало, отражая бледно-голубое небо с редкими перистыми облаками. Обычно вид успокаивал меня, но сегодня внутри всё бурлило. Мысли путались, как лесные тропинки, по которым я бродила в детстве.

Эрик ушёл по делам ещё утром — сказал, что нужно проверить, как идёт вырубка леса на его землях за северным склоном. Но я знала: он даёт мне время подумать. Умный, чуткий, понимающий. Слишком хороший, чтобы быть правдой. Эта мысль, как заноза, сидела в подсознании. В моём мире хорошие парни часто оказывались или слишком скучными, или с двойным дном. Но Эрик… он был прозрачен, как вода в нашем озере.

— Лилиан, — Мэйбл выскользнула из дома, бесшумно ступая по доскам крыльца, и присела рядом, подобрав под себя ноги. — Вы чего такая задумчивая? Всё вздыхаете? Принц этот дурацкий расстроил?

Я покачала головой, отводя взгляд от горизонта.

— Не в принце дело, — вздохнула я, чувствуя, как комок подступает к горлу. — В себе.

— А что в вас? — Мэйбл наклонила голову, и её глаза, обычно озорные, сейчас смотрели с детской серьёзностью.

— То и в вас, — я усмехнулась, но усмешка вышла горьковатой. — Не знаю, как быть дальше. Всё так сложно, так запутанно. Словно я стою на распутье трёх дорог, и ни одна не ведёт туда, где спокойно.

Мэйбл помолчала, теребя край фартука. В тишине было слышно лишь, как плещется о камыши мелкая рыба.

— Это из-за лорда Эрика? — спросила она осторожно, словно боялась спугнуть мою откровенность.

Я кивнула.

— Он хороший, — сказала Мэйбл твёрдо, как о чём-то само собой разумеющемся. — Очень хороший. И смотрит на вас так… ну прямо