Читать книгу - "Попаданка в беременную. Бывшая жена дракона - Анжелика Янчевская"

я подошла совсем близко. Я протянула ему полотенце, и наши взгляды встретились. В его темных глазах на долю секунды я увидела отражение огня из камина. Воздух между нами затрещал от напряжения, стал густым, тяжелым. Я чувствовала тепло, исходящее от его тела, запах дождя, озона и кожи. Меня неудержимо тянуло сделать еще один шаг, коснуться его руки, убрать мокрую прядь с его лба. Этот порыв был таким сильным и иррациональным, что у меня перехватило дыхание.

Он медленно, словно нехотя, взял у меня полотенце. Наши пальцы не соприкоснулись, но я почувствовала разряд, прошедший по коже. Он тут же отвел взгляд и, не сказав ни слова, резко отвернулся и пошел наверх, в свою комнату. А я осталась стоять посреди комнаты с бешено колотящимся сердцем, глядя на мокрые следы, оставленные им на моем чистом полу.

Напряжение после этого вечера стало почти невыносимым. Мы старались не пересекаться, но в маленьком доме это было невозможно. Мы были как два зверя в одной клетке, остро осознающие присутствие друг друга.

Однажды вечером, чтобы хоть как-то разрушить эту гнетущую тишину, я, сама не зная зачем, спросила его, когда он в очередной раз молча смотрел в огонь:

— Кого ты отправил на поиски пожирателя?

Я не ожидала ответа. Думала, он проигнорирует меня или бросит что-то вроде «не лезь женщина в мужские дела». Но он, помолчав, ответил. Его голос был ровным и отстраненным, будто он читал лекцию в военной академии.

— Мой личный отряд. Лучшие из лучших. Они не оставляют следов и не издают звуков. Их обучают годами. Они могут выследить зверя по сломанной травинке и пройти через лагерь противника незамеченными..

Он рассказал мне короткую, сухую историю о том, как несколько лет назад во время пограничного конфликта с дикими кланами гор его отряд, всего из трех человек, в течение ночи без единого звука ликвидировали весь вражеский лагерь. В его рассказе не было ни бахвальства, ни эмоций. Только сухие факты. Но за этими фактами я впервые увидела не просто высокомерного лорда, а полководца. Человека, на чьих плечах лежит ответственность за сотни жизней, который видел смерть и знает цену победы.

И мое странное, нелогичное влечение к нему обрело новый оттенок. Это была уже не просто реакция на его силу. Это было уважение..

В ту ночь я долго не могла уснуть. Ворочалась, перебирая в голове события последних дней. Наконец, мучимая жаждой, я спустилась вниз, попив воды, прошла в гостиную. В гостиной было темно, лишь в камине тлели красные угли, отбрасывая на пол кровавые отсветы. Он был там. Сидел в большом кресле, но не с картами. Он просто смотрел на утихающий огонь.

Я замерла в тени дверного проема, не в силах ни уйти, ни подойти. И в этот момент я почувствовала это снова. Эту тягу. Неудержимое, почти болезненное желание подойти к нему, положить руку ему на плечо, сказать что-то глупое и утешающее. Разделить с ним это молчание, эту ночную тоску. Мне пришлось вцепиться пальцами в дверной косяк, чтобы не сдвинуться с места.

Он почувствовал меня. Медленно повернул голову. Его лицо в отсветах углей было высечено из теней.

— Ты не спишь, — это была не вопрос, а констатация факта.

Я смогла лишь молча покачать головой, чувствуя, как ком подкатывает к горлу.

Он смотрел на меня долгую, бесконечную секунду. И в его взгляде не было ни гнева, ни приказа. Лишь глубокая, темная печаль.

— Иди спать, Оливия, — тихо сказал он, и от того, как он произнес мое имя, у меня по спине пробежали мурашки. — Ночь — не время для сражений.

Он отвернулся, снова устремив взгляд на угли. Я развернулась и почти бегом бросилась наверх, в свою спальню. Рухнув на кровать, я прижала ладони к пылающим щекам.

— Не только тебе сложно, дракон. — тихо прошептала я.

25

Наши завтраки проходили в полном молчании. Я ставила на стол еду, он садился, ел, не поднимая глаз от тарелки, затем так же молча вставал и уходил к своим картам, которые теперь занимали стол в главной комнате. Но я чувствовала его взгляд. Когда я ухаживала за огородом или сидела на крыльце, когда играла с мраком, я физически ощущала, как он наблюдает за мной из окна.

Однажды утром, когда я была на кухне, Мрак, дремавший у очага, вдруг поднял голову. Через мгновение один из воинов Дарека показался в дверном проеме.

— Лорд, — прошелестел он, обращаясь к Дареку, который как раз вошел в кухню. — К леди гость. Мастер Клин из Теневого клана.

Дарек, наливавший себе воды, замер. Его плечи напряглись

— Пропустить, — бросил он, не оборачиваясь.

Тень кивнула и исчезла. Вскоре на дорожке показалась внушительная фигура Клина. Он выглядел иначе. Был серьезен, и в его ястребиных глазах, когда он посмотрел на меня, я увидела тень печали. В руках он держал не цветы, а тяжелую плетеную корзину, из которой пахло копченой рыбой и грибами.

— Леди Оливия, — он вошел и сдержанно кивнул мне. Его голос звучал ровно и уважительно. Затем он повернулся к Дареку. — Лорд.

Он произнес титул без тени издевки или вызова. Дарек удостоил его лишь коротким, ледяным кивком.

— Проходи, Клин, садись, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее. — Я как раз заварила чай.

Мы сели за стол. Атмосфера была такой густой, что, казалось, ее можно резать ножом. Дарек занял место во главе стола по праву хозяина, всем своим видом демонстрируя, кто здесь главный. Клин сел напротив меня, поставив корзину на пол. Он больше не играл в наглого изгоя. Он вел себя как посол, прибывший на важные переговоры на вражескую территорию.

— Я пришел с официальными бумагами от Совета моего Клана, — начал он без предисловий, обращаясь в первую очередь ко мне.

Он полез во внутренний карман своей кожаной куртки и достал тугой свиток пергамента, скрепленный сургучной печатью с оттиском в виде тени дракона. Он положил его на стол.

Дарек, до этого делавший вид, что его совершенно не интересует визит гостя, медленно перевел на свиток взгляд. Его лицо окаменело.

— Совет официально принял твое предложение, леди, — продолжил Клин. Надо заключить договор.

— Договор? — голос Дарека был подобен скрежету льдин. — О каком договоре идет речь?

Он смотрел на меня в упор, требуя ответа, его глаза потемнели от гнева и подозрения. Он не понимал, что происходит, и это бесило его.

Клин промолчал, предоставляя слово мне. Я глубоко вздохнула. Момент