Читать книгу - "Разбитое сердце узурпатора. Часть 2 - Ива Лебедева"

— О чем предупредить?

— О том, что вы погибли в результате попытки мятежа. — Где-то впереди слабо забрезжил свет. А я именно в этот момент споткнулась и врезалась в спину своего проводника:

— Что?! Что ты сказал?!

Шэн развернулся и бережно поддержал меня за талию.

— Ваше тело, госпожа, будет найдено и опознано вашим отцом. Чтобы разом убрать любой намек на угрозу вашему дому. Иначе опасно, вы привлекли слишком много внимания. Его величество проявил величайшую милость, согласившись подыграть нам в этом спектакле, тем более это ему самому оказалось выгодно: на приманку клюнуло несколько крупных рыб.

— Да какая из меня приманка?! — Голова кругом пошла в этой темноте.

— Отличная. Все вокруг уверены, что вы были шпионкой его величества еще тогда, во время отбора в императорский гарем. И помогли ему взойти на престол.

— Я?! Да вашу ж… да чтоб его гуй пожрал!

Нет, ну у меня другие слова кончились. И силы тоже! И камень какой-то подвернулся под ноги, снова чуть не упала.

— Не ругайтесь, госпожа, — виновато вздохнула над ухом темнота, и меня подхватили на руки. — Я вас донесу. Ваши родители теперь изобразят глубокий траур и полный отход от любых дел. Ваш отец подаст в отставку и тоже уедет в пригородное поместье. Горевать. Вся семья Ли сразу потеряет любую ценность для любых заговорщиков. А мы пока…

— А мы пока узнаем, что там с генералом Фу? — с надеждой спросила я, оставив всякие попытки вырваться из сильных рук. И подумала еще, что в жизни не признаюсь, насколько мне… нравится в них сидеть?

— Мы узнаем. — Я скорее угадала кивок, вокруг все еще было темно, хотя мы бодро двигались к выходу. — А вы сядете где посажу и будете тихо сидеть!

Я проглотила рвущиеся из груди возмущения этим требованием — не время и не место. Пышные шелка праздничного платья мешались, рубиновые подвески в прическе звякали при каждом его шаге, но Шэн нес меня так легко и уверенно, словно я ничего не весила. Мои же мысли невольно перескочили на императора.

Как же искусно Ван Июй продумал этот ход! Превратил меня в приманку, стравил своих врагов, да еще и моим родителям устроил идеальный предлог уйти в тень. Сын Неба, чтоб тебя…

— Слышите, госпожа? — вырвал меня из мыслей тихий голос Шэна.

Глава 29

Он остановился перед ярким пятном света, пробивающимся сквозь густые заросли плюща на выходе из подземного туннеля. Мы оказались на самом краю заброшенных императорских конюшен за восточной стеной Запретного города. Снаружи доносился тревожный гул: дворцовые колокола били тревогу, где-то вдалеке кричали люди, над золотыми крышами уже поднимались густые столбы черного дыма.

Шэн бережно опустил меня на землю, не выпуская, впрочем, моих плеч, пока не убедился, что я твердо стою на ногах.

— Дальше пешком, — отрывисто проговорил он, вытягивая из-за пазухи темный, пахнущий конским потом плащ с глубоким капюшоном. — Надевайте. Ваше платье видно за версту.

Я быстро накинула плащ, пряча яркий драгоценный шелк и прическу.

— А император? — не удержалась я от вопроса. — Он… он справляется?

— Император изобразил героическое ранение и тоже при смерти, — спокойно пояснил Шэн, отодвигая от одной из стен занавесь плюща, чем-то щелкая и начиная возиться с какой-то конструкцией, которая в полумраке выглядела как много зубчатых колес вперемешку с веревками. — Все, проход закрыт… Так вот. Император будет лежать раненый, и на запах его крови рано или поздно вылезут крупные хищники, поскольку мелких уже покрошили во время первого нападения.

— Думаете, господин Лань лично явится в Запретный город, чтобы захватить власть? — догадалась я.

— Очень надеюсь, — пожал плечами Шэн. — Госпожа, натяните капюшон поглубже. Вот так, хорошо. Нам надо дойти до экипажа, после чего я переправлю вас в другое предместье, где приготовлен дом.

— А почему не домой? Сидела бы тихонько во внутреннем дворе, и внешний траур ничуть не пострадал бы! — Я попыталась вывернуться из странных перспектив и чужих планов. Что-то мне в них смутно не нравилось.

— Уже сейчас к вашему поместью приковано слишком пристальное внимание, — покачал головой варвар, подхватывая меня под локоть и направляя к плавно выехавшему из-за угла экипажу. — Не стоит так рисковать. Ко всему прочему невозможно насквозь просветить каждого слугу в вашем поместье, да и семейство Фу с их людьми все время поблизости.

— Это надолго? — Я влезла в карету, но задавать вопросы не прекратила.

— Пока князь Лань не протянет ноги или не сложит голову на плахе, — глухо отозвался Шэн, залезая следом и затворяя тяжелую дверцу.

Экипаж тут же сорвался с места. Внутри пахло старым деревом, сушеной мятой и тем самым знакомым запахом кочевой полыни, от которого у меня каждый раз почему-то сладко екало в груди.

— День, два, максимум неделя, — продолжал варвар, усаживаясь напротив меня. Его огромная фигура в темном плаще поверх доспехов занимала почти все свободное пространство. — Дороги в столице перекрыты, на всех воротах досмотр. Но если Лань проведает, что вы живы, ваш дом сожгут дотла вместе со всей дворней.

Я судорожно втянула воздух, прижав ладони к горящим щекам. А ведь он прав. Если для всего двора я «погибла», защита семьи держится только на этом призрачном ложном трауре. Появись я на пороге — и на моих близких тут же обрушится весь гнев проигравших или отчаявшихся бунтовщиков.

— А ты? Ты останешься со мной? Или вернешься во дворец помогать своему любимому императору дорезать оставшихся хищников?

В последней фразе против воли проскользнула ядовитая шпилька. Ну не могла я, просто физически не могла говорить о Ван Июе без застарелой боли, смешанной с глупым раздражением!

Шэн на мгновение замер. В полутьме кареты мне показалось, что он едва заметно наклонил голову, разглядывая меня с легкой затаенной грустью.

— Мое место там, где я нужен больше всего, госпожа, — тихо произнес он. И это прозвучало странно интимно, отзываясь вибрацией где-то у меня под ребрами. — У императора есть полки тайной гвардии, армия и весь Запретный город. А у вас только я.

Ван Июй

Платить по счетам всегда неприятно. У меня долгов, увы, накопилось перед Илинь столько, что жизни не хватит по всем расплатиться.

Одна ревность чего стоит. Я ревновал сам к себе. Император — к тупому варвару-охраннику со шрамами на лице, тупой варвар — к недосягаемому Сыну Неба. С ума сойти только от этой путаницы можно, а Илинь ко всему прочему научилась бить без промаха в больное место, даже если сама этого не