Читать книгу - "Наша мачеха – злодейка, или Развод с драконом - Ольга Ивановна Коротаева"

Орк действительно выглядел так, будто только что увидел налоговую инспекцию, присланную из самой бездны. Он прижал тяпку к груди, будто в соломинку вцепился, и заверещал, указывая пальцем другой руки куда-то в сторону векового дуба, под которым земля как-то странно почернела:

— Пустота! Она идёт! Слышать? Оракул разбудить Вершителя! Все мы — трупы! И вы, и я, и даже этот крылатый ящер! Если не объединить силы, здесь быть лишь пепел и тишина! Мы все умирать!

Я опасливо посмотрела на дуб. У его корней начал клубиться иссиня-чёрный дым. Он коснулся травы, и та мгновенно обуглилась и рассыпалась в серую пыль. У меня от увиденного по коже пробежал морозец.

— Рейгар, опусти меч, — скомандовала я, медленно гася купол, но не убирая рук с плеч мальчиков. — Кажется, у нас возникла проблема, которую нельзя решить обычной прополкой.

Орк Грок рухнул на колени, всё ещё сжимая тяпку, и посмотрел на меня с такой надеждой, будто я была его единственным шансом на выживание.

— Леди Баба! — пролепетал он. — Умолять… Спасать Грока!

— Ну что, соколики? — вздохнула я, глядя на просыпающееся древнее зло. — Похоже, нам предстоит битва с самым главным боссом этого мира.

Глава 36

Когда пламя бессильно

— В дом! Все в дом, живо! — мой тон, закалённый десятилетиями команд в процедурном кабинете, не терпел возражений.

Я подтолкнула притихших мальчишек к тяжёлым дубовым дверям. Орк Грок, забавно подпрыгивая и прижимая к груди мою любимую тяпку, обогнал нас и просочился внутрь первым. Фенрикс, бледный как больничная простыня, буквально потащил за собой Аврору-Гардею, чьи новые формы сейчас только мешали ей быстро бежать. Грудь постоянно перевешивала!

Я замерла на пороге, вцепившись пальцами в холодную каменную кладку косяка.

Воздух в одно мгновение стал тяжёлым, как мокрое одеяло. Запахло озоном, горелой листвой и чем-то приторно-сладким, напоминающим запах старой аптечки, которую не открывали лет сорок.

Солнечные лучи, ещё минуту назад ласкавшие мою кожу, теперь пробивались сквозь набежавшую хмарь тонкими, болезненно-жёлтыми иглами. В небе истошно закричала одинокая птица — какая-то серая птаха стремительно улетала прочь от чернеющего дуба.

— Рейгар! — с ужасом выдохнула я, и сердце пропустило удар.

Мой генерал остался во дворе. Стоя спиной ко мне, он решительно развёл руки в стороны, и на миг полыхнуло ослепляющей магией. А когда я проморгалась, мужчина исчез. Вместо него, заполняя собой всё пространство перед крыльцом, развернулся дракон.

Золотая чешуя вспыхнула под тусклым солнцем, как тысячи начищенных золотых монет. Громадные крылья подняли вихрь пыли, заставив тяжёлые бархатные портьеры на окнах первого этажа яростно забиться.

Дракон взревел, и звук был такой силы, что в буфете жалобно звякнуло серебро и оловянные кубки.

Чёрный дым у корней дуба оформился в нечто… никакое. Это был не монстр с зубами, вопреки моим ожиданиям. Сама пустота в форме человека. Без лица, без объёма, просто прореха в реальности.

Рейгар выгнул шею. Я увидела, как в его горле зарождается сияние — ярко-оранжевое, переходящее в ослепительно белое.

«Сгори!» — казалось, кричало само пространство.

Струя пламени, толщиной с вековой ствол, ударила в Вершителя. Жар был такой, что лак на дубовой двери начал пузыриться. Я прикрыла лицо рукой, чувствуя, как кожа щёк натягивается от сухости.

Но когда огонь иссяк, осев искрами на почерневшую траву, моё сердце упало в пятки.

Существо стояло на том же месте. Оно даже не шелохнулось. На его «груди» не осталось ни опалины, ни следа. Более того — чёрная дымка, казалось, стала только гуще, впитывая в себя остатки магического тепла, как губка впитывает пролитый чай.

Демон медленно поднял руку-тень, указывая на замершего в недоумении дракона. На улице мгновенно смолкли все звуки — ни ветра, ни стрекота цикад. Только мёртвая, ватная тишина.

Моё сердце бухнулось о рёбра.

Беда!

— Рейгар, назад! — закричала я, понимая, что наш «кэшбэк» может закончиться, так и не начавшись. — Оно сожрёт тебя на обед!

Чёрная тень Вершителя качнулась вперёд, и от этого движения по оконным стёклам поползли тонкие, как паутина, трещины. Звук лопающегося стекла напомнил мне хруст сухого печенья в тишине процедурной.

— Рейгар! — мой крик перекрыл шипение бездны. — Детям живой отец нужен, а не генерал прожарки «медиум»! Назад, я сказала!

Дракон замер. Огромный золотой глаз, размером с хорошее медное блюдо, уставился на меня с недоумением.

Но дисциплина — великая вещь. Со страшным шелестом, будто сто старых льняных простыней рвали одновременно, чешуя начала втягиваться. Секунда — и на траве, тяжело дыша и пошатываясь, стоял мой мужчина. Пахло от него сейчас не только мускусом, но и палёной шерстью — видать, опалил-таки края своего шикарного плаща.

— Быстро в дом! — скомандовала я, хватая за шкирку пролетавшего мимо перепуганного скунсофея, который отчаянно попытался оросить Вершителя волшебной струёй. Метнула Сарга в проём двери. — И русалку прихвати!

Водяной втёк в дом, и Рейгар захлопнул дверь, запирая её магией изнутри.

Я же схватилась за магический перстень с зелёным камнем, открывая зев моего личного убежища — магической кладовки, доставшейся по наследству от настоящей злодейки. И скомандовала:

— Прячьтесь!

Грок, сверкая пятками, влетел первым, едва не выбив тяпкой керамическую вазу с сушёной лавандой. За ним потянулись остальные. Я же метнулась к платяному шкафу — массивному монстру с резными ножками в виде львиных лап. Дёрнула дверцу, распахивая её, и начала копаться в одежде, приговаривая:

— Вылезай, чудо в перьях! Я видела, куда ты залез!

Скунсофей, забившийся между моими запасными корсетами и шерстяными шалями, выглядел жалко. Хвост поджат, крылышки мелко дрожат, а воняет от страха так, что в носу зачесалось.

— Цыц, не газуй! — я сгребла его в охапку. — Пошли, там безопаснее.

Мы оказались в той самой небольшой кладовке, где стены были завешаны сушёными растениями, а пол уставлен сундучками разных размеров. Здесь царил идеальный бардак: на стеллажах врассыпную валялись баночки, мешочки с лягушачьими лапками и сушёными глазами змей. В воздухе витал густой, успокаивающий аромат сушёной мяты, чабреца и старой бумаги.

Снаружи бумкнуло. Наверное, Вершитель разрушил дом поместья. Но до нас не добрался. Пока. Потолок слегка вздрогнул, и сверху посыпалась пыль.

— Лирику в сторону, — едва сдерживая панику, выдохнула я. — Мы в осаде, магии у меня — ноль с хвостиком, а этот чёрт снаружи явно не на чай пришёл. Если пламя дракона не берёт эту дрянь, значит, придётся действовать методами народной медицины и жёсткой дезинфекции.

Я повернулась к Гардее-Авроре. Та как раз пыталась поправить свой «тюнингованный» бюст, который тянул её к