Читать книгу - "Игра на камеру - Челси Курто"

спрашивает Лейси, и я слышу в трубке ее ехидную ухмылку. — Ты выставляешь меня в плохом свете. Все, что я могу ей предложить, — это леденцы и наклейки из офиса.

— Кто-то скажет, что это самые лучшие подарки в мире. — Я беру свой чемодан из кучи сумок и протягиваю водителю автобуса пятидесятидолларовую купюру. — Как там округ Колумбия?

— Неплохо. Мы с Мэгги собираемся сегодня вечером выпить вина, — говорит она, и волнение в ее голосе заставляет меня улыбнуться. Если я что-то и знаю о Лейси, так это то, что она любит проводить время со своими друзьями.

— Звучит весело. К тебе никто не пристает?

— Нет. Самая большая активность здесь — это мама одного из пациентов, которая спрашивает, могу ли я попросить тебя подписать кепку для ее мужа на Рождество. Никто не присылает мне жуткие письма и не преследует меня на улице. Видимо, я не настолько интересна.

— Ты очень интересна, и я могу подписать для нее кепку. Без проблем. — Я открываю тяжелую стеклянную дверь в вестибюль отеля и киваю семье, стоящей позади меня, чтобы она шла вперед. Отец теряет дар речи, когда проходит мимо, и я сдерживаю смех. — Может быть, я подпишу несколько кепок, чтобы ты могла хранить их у себя в кабинете.

— Правда? Вот это да. Это было бы потрясающе. Спасибо. — Она делает паузу и прочищает горло. — Мне пора идти. У меня сегодня еще пара приемов, а я еще не обедала.

Я проверяю часы и мысленно пересчитываю часовые пояса. Моя улыбка сменяется хмурым взглядом.

— Обед? Сейчас почти три часа дня.

— Я знаю. В расписании произошла путаница, и теперь у меня двойная нагрузка. Мы все уладили, но я была занята все утро. Возможно, я смогу продержаться до обеда. В том месте, куда мы едем, есть вкусный бургер, — говорит она.

Мои пальцы сжимают дверную ручку, а позвоночник напрягается. На улице почти семьдесят градусов, но холодное чувство раздражения поднимается по спине.

Прим. 70° по Фаренгейту ≈ 21° по Цельсию.

— Пожалуйста, съешь что-нибудь, прежде чем идти пить, Лейси.

— Я в порядке, — говорит она, и если бы она была сейчас передо мной, то точно бы отмахнулась от меня. — Я напишу тебе позже.

— Пришлешь мне местоположение места, куда идешь сегодня вечером? — Я пробурчал, а потом хлопнул себя по лбу. — На всякий случай.

— Волнуешься за меня, Холмс? — поддразнивает она, и я сглатываю комок в горле.

— Я твой парень, Лейси, — говорю я негромко.

— Фальшивый парень, — шепчет она так тихо, что мне приходится прижать телефон к уху, чтобы услышать ее.

— Неважно. Фальшивый. Настоящий. Мне плевать. Я забочусь о том, что принадлежит мне, и прямо сейчас ты моя.

Меня встречает молчание. Никто из нас больше ничего не говорит, и я думаю, не зашел ли я слишком далеко. Это правда: я действительно беспокоюсь о ней. В наши дни люди сошли с ума, а связь с профессиональным спортсменом сопряжена с определенным риском. Я сделаю все возможное, чтобы защитить ее от любых безумств, связанных со мной.

Она моя — не в прямом смысле. Она мне не принадлежит. Она может делать то, что хочет, и она это знает. Эта женщина независима и яростна.

Но до тех пор, пока она будет связана со мной, я буду заботиться о ее благополучии. Я буду следить за тем, чтобы она была сыта, в безопасности и счастлива. Я буду покупать ей все, что она захочет, и баловать ее до усрачки.

Когда все это закончится через месяц, я все равно буду заботиться о ней, но уже на расстоянии.

Так просто она от меня не избавится. Я больше никогда не выпущу Лейси Дэниелс из виду.

— Хорошо, — наконец говорит она. — Хорошо, я пришлю тебе свое местоположение.

— Хорошо. Спасибо. Надеюсь, тебе будет весело с Мэгги.

— Спасибо, Шон Ён. Повеселись в Кали. Поймай пару волн, братишка, — говорит она, и я смеюсь. Мы снова становимся похожими друг на друга.

— Увидимся, Лейс Фейс.

Я вешаю трубку и направляюсь в холл. Команда толпится там, хватая ключи от номеров и бутылки с водой. Прохожие достают свои телефоны и делают снимки. Несколько человек шепчутся и показывают пальцем. Еще один окликает парней, и Даллас отвечает ему восторженной улыбкой и предложением подписать его футболку.

Рад видеть, что наши тренинги общения с публикой приносят свои плоды.

Я замечаю Дарси, ассистентку команды, сидящую в углу на диване. Прилизанная прическа, с идеально завитыми волосами и накрашенными красным ногтями, она не обращает внимания на хаос. За четыре года работы в этой должности она привыкла к рутине, связанной с заселением и выселением нас из отелей.

В прошлом сезоне была выездная игра, когда просмотр порнографии записали на чей-то номер. Ей пришлось воспользоваться кредитной картой команды, чтобы оплатить баланс за три видео под названием «Погружение в мои складки», и, когда она подписывала чек, с ее лица не сходила гримаса ужаса.

Я никогда в жизни так сильно не смеялся.

— Привет, тренер, — говорит она, улыбаясь мне. — Как дела?

— Не могла бы ты оказать мне услугу?

— Это из-за футболок? Я уже отдала их в химчистку.

— Нет. — Я качаю головой и потираю затылок. — Это личное одолжение.

— О. — Ее глаза расширяются, и она садится прямо. — Что случилось?

— Не могла бы ты заказать еды в офис Лейси в Вашингтоне? Она еще не ела, и я знаю, что сама она ничего не купит.

Лицо Дарси смягчается, и она достает свой телефон. Ее пальцы бегают по экрану, и я вижу, как открывается приложение с дюжиной вариантов. — Конечно. Что она любит?

— Суши, кажется?

— Похоже, ты не слишком уверен.

— Да. — Я киваю и вспоминаю, как мы ходили в ресторан, где можно было есть все подряд. Лейси поглотила десять тарелок острых роллов с тунцом, словно это была прогулка по парку. Она откинулась за столиком с сонной ухмылкой на лице после того, как наелась. — Суши — точно. Воспользуйся моей кредиткой.

— Конечно. Я закажу и отправлю ей в течение получаса.

— Спасибо, Дарси. Я ценю тебя.

— Я знаю. Эй. — Она останавливает меня прикосновением к запястью. — Я хотела сказать, что рада за тебя. Я знаю, как много ты работаешь, и я рада, что ты нашел кого-то, кто помогает тебе сбавить обороты. Лейси тоже замечательная. Я все думала, когда же это случится, и так рада, что это произошло.

— Когда случится? — Мои брови морщатся, и я пристально смотрю на нее. — Что ты имеешь в виду?

— Она всегда рядом с тобой, и,