Читать книгу - "Измена императора драконов. Месть злодейки - Настя Ильина"

Рабочие сновали туда-сюда с досками и инструментами. Сироты - их было уже семеро, от пяти до двенадцати лет - помогали, как могли: подметали полы, носили воду, сортировали припасы. Я проверяла каждый угол, каждую стену, каждую кровать.

- Здесь будет спальня для девочек, - сказала я, обводя рукой самую светлую комнату. - Поставьте кровати у окон, чтобы утреннее солнце будило их своими нежными лучами.

- А здесь? - спросила Мэй, прибежавшая следом.

- Здесь - учебный класс, - ответила я. - Вы будете учиться читать, писать, считать. Я найду учителя.

- И магии?

- И магии, - согласилась я. - Если захочешь.

Мэй радостно запищала и побежала рассказывать другим детям.

Я смотрела ей вслед и чувствовала, как внутри разгорается что-то тёплое. Не то пламя, что жгло меня в моменты гнева. Другое. Живительное.

Я чувствовала себя счастливой вопреки всему. Не так важно, какие слухи обо мне распускали за спиной. Я не могла не радоваться тому, что делала добро.

Я вернулась во дворец поздно. Уставшая, но счастливая, я не могла не улыбаться. Работа с детьми заряжала меня позитивной энергией, и мне подумалось, что я хотела бы как можно скорее стать матерью. Взъерошенная Лин встретила меня. Она выглядела испуганной, молчаливо сжимала губы в тонкую полоску.

- Что случилось? - спросила я, насторожившись.

- Госпожа... - служанка замялась. - Сегодня дворец посетили послы от восточного племени.

Я замерла.

Восточное племя – наши соседи, с которыми империя воевала последние три года. Дикие, жестокие, необузданные. Временное перемирие было заключено с ними, но договор пока так и не подписали. Его подписание состоялось после восстания Дамиана в прошлом, когда он согласился уступить часть земель империи. Но Шэн на такое не пойдёт. Он точно не отдаст земли империи врагу. Или я слишком хорошо о нём думала?

- И?

- Они решили заключить мирное соглашение, - Лин говорила быстро, словно боялась, что я ударю её за эти слова. - Условие - император должен взять их принцессу в наложницы.

Внутри меня всё оборвалось.

Шэн обещал.

Он сказал, что не заведёт вторую жену. Что у него не будет наложниц. Только я.

Я же помнила.

Помнила каждое его слово, которое он шептал мне в ту ночь...

«Я не заведу вторую жену. У меня не будет наложниц. Только ты».

- И что ответил император? - спросила я ледяным тоном.

Лин опустила голову.

- Говорят, служанки, которые обслуживали гостей, слышали... император был вынужден согласиться. Чтобы избежать столкновения на границе. Восточное племя сильное, а наши войска ещё не оправились после прошлого столкновения.

Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.

Вынужден.

Конечно.

Ради империи. Ради мира. Ради сотен тысяч жизней.

Одна часть меня понимала - так правильно. Это то, что должен делать император.

Но другая часть - та, которой я запрещала существовать, которую топтала и душила каждый день - выла от боли.

Он обещал.

И нарушил обещание.

- Госпожа, - Лин смотрела на меня с ужасом, словно ожидая, что я взорвусь огнём и испепелю дворец. - Вам плохо?

Я заставила себя выдохнуть.

Заставила лицо разгладиться.

На губах появилась улыбка - ледяная, прекрасная, как зимний сад.

- Мне хорошо, - ответила я. - Лучше не бывает.

- Но...

- Пусть император делает то, что считает нужным, - я поправила причёску, стряхнула пыль с платья. - Наложница - всего лишь наложница. Ей никогда не сравниться с императрицей.

Я повернулась к зеркалу.

Из отражения на меня смотрела незнакомка - красивая, холодная, с горящими глазами и стальным взглядом. Та, которую боялись слуги. Та, которую ненавидели министры. Та, которую называли злодейкой.

- У императора будет гарем, - сказала я своему отражению. - Пусть. Но главной буду я. Посмотрим, как долго его восточная принцесса выдержит жизнь в клетке.

Лин сглотнула и опустила голову ещё ниже.

- Как скажете, госпожа.

- Ступай, - приказала я. - Я хочу побыть одна.

Служанка поклонилась и выскользнула за дверь.

Я осталась одна.

Стояла посреди роскошных покоев, смотрела на своё ледяное отражение и чувствовала, как внутри всё полыхает.

Не от гнева.

От боли.

От ревности.

От той самой, запретной, душащей боли, которую я так старательно загоняла вглубь.

«Ты не должна ревновать, - твердила я себе. - Вы заключили договор. Титул императрицы - вот чего ты хотела. А не его сердце. Не его тело. Не его верность».

Но сердцу было всё равно.

Оно билось где-то в горле, мешая дышать, и требовало выть, плакать, устроить Шэну скандал.

Я прижала ладонь ко рту, чтобы сдержать рвущееся наружу рыдание.

- Дура, - прошептала я. - Слабая, глупая дура.

Я велела себе не чувствовать. Я поклялась, что больше никогда не позволю сердцу взять верх. А сама... сама уже полюбила его.

Глава 16

Я проглотила новость о наложнице Шэна. Проглотила, как горькую пилюлю, не запивая водой. Не разжёвывая. Просто проглотила, чувствуя, как она царапает горло и оседает где-то в груди тяжёлым, холодным камнем.

Шэн так и не пришёл ко мне.

Ни в тот вечер. Ни на следующий день. Ни через два.

Он не объяснил. Не оправдался. Даже не прислал записку с парой слов. Просто исчез из моей жизни на несколько дней, словно нас никогда и не связывало ничего, кроме той самой договорённости, которую я сама же и придумала.

«Так даже лучше», - убеждала я себя, сидя перед зеркалом и глядя на своё отражение. - «Я не хочу слышать его оправданий. Не хочу видеть его виноватое лицо. Мы - союзники. А союзники не обязаны отчитываться друг перед другом о своих политических решениях».

Лин молча расчёсывала мои волосы, и я видела в зеркале, как дрожат её руки. Она боялась меня. Боялась той ледяной тишины, что воцарилась в моих покоях. Боялась моего спокойного голоса, которым я отдавала приказы. Боялась моей улыбки - вежливой, отстранённой, ничего не значащей.

Раньше мы были близки, но сейчас я ни с кем не желала сближаться. Лучше было держаться особняком, чтобы никто не пострадал из-за меня, как это было в прошлом. Я не желала снова видеть смерти тех, кто был мне близок.

- Сегодня званый ужин, - напомнила служанка. - Какое платье прикажете подготовить?

- То, что шили к помолвке, - ответила я. - Золотое.

Лин