Читать книгу - "Когда небо обращается в пепел - Нин Горман"

в моей жизни. Сибилл сказала, что ее дверь всегда открыта для «дяди Эша», но не для человека, который хочет умереть. Этого Эша она не знает, не хочет знать и тем более не хочет, чтобы его знал ее сын.

Вот почему сегодня утром я блуждаю по Кирквуду в поисках бара, чтобы напиться. Но на этой улице меня встречает только неоновая вывеска «Вилладж Дели». Местечко слишком теплое и яркое – обычно я предпочитаю мутные бары, в которых можно заказать алкоголь, не боясь, что у тебя спросят документы. Но сейчас и оно сгодится. Какая разница, где…

Я толкаю дверь, задевая старинный колокольчик. Приятно уйти с ветреных улиц Блумингтона. Я устраиваюсь со своей сумкой за свободным столиком – в столь ранний час мне есть из чего выбрать. Повар как раз занялся блинчиками, но плывущего по ресторану приятного запаха недостаточно, чтобы развязать тугой узел в моем желудке. За кассой стоит официантка, которой самое место в доме престарелых. Она не сводит с меня сурового взгляда. Потом смотрит на мою сумку. Если потребует сперва оплатить заказ, значит, приняла меня за бродягу.

– Что тебе принести, мой мальчик? – спрашивает она, наконец подойдя к моему столику.

– Кофе… и два пива, пожалуйста.

– Полагаю, я могу не проверять твои документы.

По ее глазам я вижу: что бы я ей ни сказал, она мне не поверит.

– А вы сомневаетесь в том, сколько мне лет?

– Татуировка и кожаная куртка не скрывают твое детское личико.

Тяжело вздохнув, я достаю из бумажника фальшивое удостоверение личности. Мы с Заком в старшей школе использовали его направо и налево.

– Вот возьмите.

Официантка не удосуживается даже взглянуть на протянутую карточку – только выгибает бровь и уходит.

Через несколько минут она возвращается с чашкой черного кофе и двумя бутылками пива, которые ставит на стол.

– Спасибо.

– Не спеши благодарить, я не уверена, что оказываю тебе услугу. Заказ твой я принесла, но только тебе решать, что с ним делать. Еще есть время спросить себя: неужели ты хочешь быть человеком, который начинает свой день с двух бутылок пива.

Она что мне, мораль читает? Что эта старуха о себе возомнила? У меня вырывается горький смешок.

– Увы, но я уже им стал.

– В твоем возрасте ты еще можешь стать кем хочешь, Эшли Уокер.

Звук собственного имени действует как холодный душ. После смерти бабушки никто не называл меня «Эшли». Никто не удивлял меня подобной проницательностью. Эта старая дама даже не взяла мое удостоверение в руки, но, несмотря на свои преклонные года, сумела разглядеть, что в нем написано.

Выдержав внушительную паузу, официантка все-таки оставляет меня наедине с моим отвратительным настроением. Я выстраиваю три напитка в ряд. Вот к чему свелась моя жизнь, вот мои возможные варианты: слева стоит кофе, который поможет мне проснуться и взять себя в руки. Справа – пиво, которое поможет забыться и сделает боль терпимой. Именно это мне и нужно…

На то, чтобы принять решение, у меня уходит несколько долгих минут. Наконец я иду к кассе:

– Сколько я вам должен?

– Ты не притронулся к пиву?

Я оборачиваюсь к столику, на котором стоят две бутылки. По-прежнему закрытые.

– Нет…

Это не мешает старушке включить их в счет.

– С тебя двенадцать сорок.

Я расплачиваюсь, и она что-то быстро карябает на чеке: «Возвращайся, если тебе нужна работа».

Я машинально убираю чек в бумажник и ухожу. Сегодня мне еще нужно найти крышу над головой.

И поскольку, отказавшись от алкоголя, я взял на себя ответственность за свою жизнь – невзирая на боль, которая никуда не делась, – через несколько дней я возвращаюсь в «Вилладж Дели», чтобы воспользоваться предложением мисс Паркс.

– Скай – Что скрывает молчание

You don't want to hurt me,

But see how deep the bullet lies[29].

Running Up that Hill, Placebo

Блумингтон…

Когда я приехала сюда в прошлом году, мне и в голову не могло прийти, что я останусь здесь после окончания учебы. Что я буду здесь жить.

И уж тем более я не думала, что стану владелицей ресторана, беременной от мужчины, который помог мне вновь ощутить вкус к жизни, научил дышать полной грудью, без оглядки, – мужчины, в которого я влюбилась и которого потеряла.

Мне не стоило искать с ним встречи и пытаться его переубедить. От этого стало только хуже. Но я не могла позволить ему отречься от мисс Паркс и ее наследства, это было выше моих сил.

Нет, конечно, я не ждала, что последняя воля владелицы «Дели» поможет нам сблизиться. И что «Вилладж Дели» станет причиной, которая побудит его остаться, обратиться к своим воспоминаниям – и к нашим общим.

Но, может, в глубине души, за маской, которую я заставляю себя носить, чтобы не сломаться, я все-таки надеялась, что он вернется?

Когда Эш напомнил, что теперь его жизнь не здесь, а в Нью-Йорке, я испытала такую боль… Теперь Сибилл и Элиас его семья. Но разве они не были ею всегда?

Хотя я много раз говорила об этом мисс Паркс, слова, произнесенные Эшем, обладали куда большей силой, чем те, что произносила я. Сегодня я чувствую себя одинокой и беспомощной: я сижу за столом моей покойной начальницы, передо мной лежат бухгалтерские книги, и я не понимаю ни слова, будто они написаны на незнакомом языке. К счастью, Вероника готова подставить мне плечо.

– Судя по всему, управлять рестораном – та еще задачка… Уверена, что не хочешь кого-нибудь нанять?

Ладно, Вероника совсем мне не помогает.

В кабинете мисс Паркс не повернуться, он забит документами, счетами и подшивками, содержание которых для меня – тайна, покрытая мраком. Про дизайн интерьера тут и не слышали, если не считать украшениями желтые пятна от табака и характерный запах, который недвусмысленно намекает, что мисс Паркс далеко не всегда утруждала себя тем, чтобы выходить на улицу, когда ей хотелось курить.

– Ты надеялась, что он объяснит свое решение?

– Эш? Он не горел желанием со мной общаться. Видела бы ты его вчера, он вообще не хотел обсуждать «Дели».

– А что насчет другого вопроса?

– Какого?

– Вы что, даже не поговорили о… об этом?! – восклицает Вероника, обводя рукой мой живот.

– Нет.

В глазах моей подруги – растерянность и ужас, и я снова утыкаюсь в документы, чтобы спрятаться от ее взгляда.

– Веро, не надо так на меня смотреть. Эш понял, что я беременна, но