Читать книгу - "Вторая жизнь. На этот раз я не ваша, дракон - Майкл Скофилд"

У калитки Илва выронила ключ.

Он упал в траву.

Все трое одновременно замерли.

В доме хлопнула дверь.

Я присела первой. Пальцы задели влажную землю, прошлогодний лист, камешек. Ключ лежал у самого основания стены. Я подняла его, передала Илве.

Она вставила его в замок с первой попытки.

За стеной стояла повозка.

Возчик смотрел прямо перед собой. Когда Рейнар передал ларец, он только откинул рогожу и подвинул пустой ящик. Я помогла Илве забраться, потом села рядом.

Рейнар устроился у заднего борта.

Повозка тронулась.

Я смотрела на калитку, пока ее не закрыл поворот. Мне казалось, сейчас распахнется дверь, выйдет Валент и скажет: «Аделина, не устраивай сцен».

Никто не вышел.

На мостовой мерно стучали колеса.

Илва положила ладонь мне на колено.

— Дыши, — сказала она.

Я попробовала и поняла, что действительно почти не дышала.

В первой жизни в этот день я вышла из дома с мужем, под цветами и поздравлениями, уверенная, что впереди наконец будет спокойная жизнь.

В этой — сидела между прачкой и старым ларцом, в чужом платке, и дрожала так, что звенели зубы.

Я знала, какой из двух уходов был правильным.

В прачечной нас ждали лошади.

Возчик не стал брать плату с Илвы.

— С господином уже рассчитались, — сказал он.

Я посмотрела на Рейнара. Он заметил, но вопрос оставил на потом.

Мы не поехали прямо к Риану. Сначала сменили двор, дали пройти двум обозам и дождались человека, который прошел по соседним улицам, проверяя, нет ли за нами наблюдения. Это заняло почти час.

Мне хотелось открыть ларец немедленно.

Рейнар видел, как я смотрю на застежку.

— Он не исчезнет за полчаса, — сказал он.

— Уже однажды почти исчез.

— Сейчас стоит перед вами.

Я положила ладонь на крышку.

Дерево было теплым от солнца.

Илва сидела на перевернутом ведре и смотрела на нас по очереди. Когда Рейнар отошел к воротам, она негромко спросила:

— Это он?

Я кивнула.

— Которого ты считала…

— Да.

Она долго молчала.

— Я слышала в доме, что он тебя удерживает.

— Я знаю.

— Не удерживает?

— Нет.

— И вчерашнее письмо сама писала?

— Сама.

Илва провела пальцами по узлу передника.

— Тогда скажи мне прямо. Домой ты сегодня не вернешься?

— Сегодня не вернусь. К Валенту — никогда.

Она всмотрелась в мое лицо.

Кажется, впервые увидела там что-то, чего раньше не знала.

— Хорошо, — произнесла она.

Только одно слово.

Мне захотелось снова уткнуться ей в плечо.

Вместо этого я спросила:

— У вас есть куда уехать?

— У племянницы в Нижних садах найдется место. Муж ее давно просит помочь с детьми, да я все считала, что здесь без меня не обойдутся.

— Я заплачу за дорогу.

— С каких денег?

Я замолчала.

Она вздохнула.

— Вот сначала верни свои деньги. Потом будешь распоряжаться.

Рейнар подошел с двумя кружками воды.

— Дорога уже оплачена, — сказал он. — До Риана едем вместе. Оттуда вас встретят, если дадите адрес.

Илва приняла кружку, но не поблагодарила сразу.

— Вы это за нее решаете?

Я едва не поперхнулась.

Рейнар посмотрел на нее. Потом на меня.

— Нет. Предлагаю способ, при котором ей не придется сегодня продавать серьги.

Я машинально коснулась уха. Серег на мне не было; они лежали в сумке.

Илва коротко кивнула.

— Тогда адрес дам.

Когда она отвернулась, я увидела, что Рейнар сдерживает улыбку.

— Не смейтесь, — шепнула я.

— Даже не думаю.

— Именно думаете.

— Немного.

До ночлега мы добрались медленно.

Для Илвы наняли место в хозяйственной повозке. Я ехала рядом на Руте, Рейнар несколько раз менял положение в небольшой группе, проверяя дорогу. Ларец лежал под старым одеялом, закрепленный ремнями. Я смотрела на него чаще, чем следовало.

К вечеру запястье разболелось. На колене снова проступило пятно — старая ссадина разошлась, когда я тащила ларец по лестнице.

Я попыталась спрятать испачканный подол.

Рейнар заметил.

— В следующий раз говорите раньше.

— Я не знала, что там кровь.

— Я не про кровь. Вы уже час держите руку так, будто она чужая.

Я хотела ответить резко, но устала настолько, что смогла только признать:

— Болит.

Он помог мне спешиться, поддержав за здоровую руку. Не поднял как беспомощную вещь. Просто дал опереться, пока я переставляла затекшую ногу.

В комнате постоялого двора Илва заставила меня сесть и принесла холодную воду.

— На собственной свадьбе ты бы выглядела свежее, — проворчала она, снимая повязку.

Я посмотрела на нее.

Она замерла.

— Прости. Глупость сказала.

— Нет, — ответила я. — На собственной свадьбе я тоже очень устала.

Илва подняла глаза.

Я быстро добавила:

— Устала бы. От всех этих приготовлений.

Она ничего не спросила, но взгляд ее стал тревожнее.

После ужина Рейнар принес ларец в нашу с Илвой комнату и поставил на стол. Мы закрыли дверь. За окном зажегся фонарь, оранжевая полоса легла на потемневший лак.

Я вынула ключ.

Замок повернулся легко.

Внутри лежали дорожная чернильница, свернутый кусок промокательной ткани, коробочка с песком и отцовская печатка. Все, как я