Читать книгу - "Академия Эвейл. Мечты сбываются, или каждому по чуду - Ринэя Грин"

меня есть старая шерстяная шаль, она теплая-теплая. Мы её так уложим, что и лежать мягко будет и сверху накрыть хватит. Сделаем ей «гнездо». А корзинку на локоть повесишь, когда работать будешь рядом поставишь, чтобы она слышала тебя и не волновалась.

— Как здорово вы придумали, — искренне сказала Луана и благодарно улыбнулась коллегам.

С помощью мадам Сесиль они быстро соорудили в корзинке уютное и мягкое логово. Лу подтянула бинты на раненой лапке и осторожно опустила Мону на теплую перинку. Волчица сначала насторожилась, но, почувствовав знакомый запах своей спасительницы и мягкость шерсти, тут же успокоилась. Она свернулась калачиком, положив мордочку на край, чтобы видеть хозяйку, а девушка укрыла ее свободным концом шали.

— Вот и славно, — засобиралась мадам Сесиль. — Допивай чай, Лу. А потом — за работу. Снега навалило столько, что без тебя месье Канова будет очень непросто.

Лу быстро опрокинула в себя чуть теплый чай и кивнула. Взяла корзинку за ручку и пошла к себе за верхней одеждой. Месье Канова уже проводил мадам Сесиль на работу и ждал Луану в гостиной, натягивая тяжелые рукавицы. Когда она, одевшись, вышла, он оглядел ее с ног до головы и нахмурился.

— Так дело не пойдет! — его кустистые брови сошлись на переносице, — это не одежда для работы, Лу. Ты быстро замерзнешь.

— Это все что у меня есть, месье Оливье, — тихо ответила Луана.

Он хмыкнул и решительно зашагал к массивному дубовому шкафу в прихожей. Скрипнула тяжелая дверца, пахнуло кедровой стружкой, старой кожей и сушеной полынью. Месье Канова поворошил что-то в недрах шкафа и с видом победителя вытянул тяжелую объемную вещь.

Он протянул ей добротную рабочую куртку из плотной, непромокаемой парусины на густом овечьем меху. Она была темно-коричневого цвета, с глубоким капюшоном и множеством удобных карманов. Вещь выглядела поношенной, но очень крепкой и невероятно теплой.

— Это старая куртка Пьера, он парень некрупный, тебе впору будет, — месье Оливье протянул ей куртку. — Она длинная, почти до колен, зато ноги в тепле будут. И мех внутри настоящий, согреет получше любого магического заклинания.

Лу сняла своё короткое пальто и накинула куртку. Она оказалась тяжелой, надежной и сразу окутала её уютным теплом. Рукава были немного длинноваты, но Лу просто подвернула их.

— Вот, совсем другое дело, — удовлетворенно кивнул садовник, глядя, как Лу застегивает крупные деревянные пуговицы-колышки. — Теперь можно и поработать, — он махнул рукой и отворил дверь, впуская в домик свежий морозный воздух.

Лу взяла корзинку и посмотрела на себя в небольшое зеркало у двери: в этой куртке, брюках и со своей решимостью она выглядела как настоящий работник Академии. И, к её удивлению, это чувство ей очень понравилось.

— Спасибо, месье Канова, — искренне сказала она, выходя за ним в слепящее белое утро. Теперь мороз ей был не страшен.

Лу сделала шаг на крыльцо и зажмурилась. Прохладный воздух лизнул ее щеки и нос волчицы. Мона завозилась в корзинке и поглубже зарылась в шаль.

Под ногами тут же раздался хруст, отчего-то всегда вызывающий ощущение праздника.

«Скоро Новый год» — подумала Луана. Здорово, что его она будет встречать не в одиночестве, как в последние два года. От этих мыслей девушка повеселела.

Пока Лу восторженно оглядывалась, месье Канова сходил в сарайчик примыкающий к домику и вытащил оттуда две легкие лопаты и тяжелый металлический лом, после выкатил большие деревянные сани с широкими ясеневыми полозьями и загрузил два пухлых увесистых мешка. Укрепив на санях весь инвентарь, месье Оливье махнул в сторону главных ворот и потянул за собой сани. Лу, топая меж двумя широкими полосами, которые оставляли сани, последовала за ним.

Они шли и их шаги весело «переговаривались» похрустывая подмерзшим снежным крошевом. На их пути выросла башня провидцев и ее пришлось обходить по дуге через парк.

Это было странное сооружение, совершенно отличное от привычных строений академии, и даже величественного главного корпуса. Башня была узкой и высокой, словно устремленной в самое небо. Здесь не было резных деталей или декоративных элементов, все было сурово, функционально. На самой вершине башни, вместо привычной крыши, возвышался огромный, отполированный до зеркального блеска шар. Сейчас он был покрыт тонким слоем снега и выглядел еще таинственнее, чем раньше.

Ее стены были сложены из темного, почти черного камня, который, казалось, впитывал в себя солнечный свет. На поверхности камня виднелись странные, бледно-голубые прожилки, которые тускло светились даже при дневном свете, словно в них были заключены осколки северного сияния. Было такое ощущение, что эту башню вырвали с корнем из какого-то замка мага-звездочета и перенесли сюда, прилепив к зданию академии здесь, посреди дороги, будто не нашли ей другого места.

Идти становилось тяжелее, за ночь намело не мало снега и ноги стали уставать. Они миновали центральную часть академии и оставив ее по правую руку прошли дальше, завернув во дворик общежитий. Очертаний дорожек здесь не было, ночная метель выровняла двор, стирая все намеки на то, что здесь могла ступать нога человека.

— За дело, Луана! Наперво расчистим тут, а потом уйдем на академический задний двор, цепляя полигоны и зону фонтана, — ввел в курс дела новую работницу садовник.

Луана взяла свою лопату и пошла к общежитию водников. Она была легче, чем у месье Оливье, но оказалась ей в самый раз. С первым же движением она почувствовала, как снег поддаётся. Он был легким, сыпучим, словно мука, и с каждым взмахом лопаты в воздух взлетали облачка белой пыли, которые оседали на рукавах куртки, варежках и волосах.

Месье Канова оставил сани возле стены академии и двинулся расчищать дорожки возле общежития преподавателей.

Хруст, хруст, хруст — садовник работал уверенно, методично, его лопата оставляла за собой широкую, ровную полосу. Лу старалась ему подражать, хоть и не видела его. Она вслушивалась в ритм и пыталась выдерживать скорость с которой работал мужчина. Хоть её движения были менее отточенными, поляна, залитая чистым, холодным светом быстро превратилась в ровную очищенную дорожку.

Мона, уютно устроившись в корзинке, иногда сонно поводила носом, а иногда зевала широко открывая рот, свежий воздух шел волчице на пользу, и она, то и дело проваливалась в дрему.

Они встретились на перекрестке между общежитиями и молча продолжили работу, Лу, переставив корзинку ближе к общежитию магов земли, продолжила рыть тропку уже в их сторону.

Подсобники управились быстро — минут сорок и во дворике общежитий были почищены все