Читать книгу - "Там, где встречаются небо и море - Лина Казак"

займут идеальную позицию для атаки на нашу базу.

Я прищуриваюсь, изучая карту.

Небеса, он прав.

Рядом с базой находится большое озеро — тундрейнцы могут запросто затопить лагерь и утопить всех моих солдат.

Холодная, одеревеневшая кожа под моими ладонями. Мучительный, неразборчивый стон. Невидящие глаза, подернутые инеем.

Он не может ни моргнуть, ни вымолвить даже слова.

Я убью их всех.

Снова запускаю руку в волосы и дергаю их, пока боль не возвращает меня в реальность.

— Мы атакуем, — слышу я собственный голос, уже поднимаясь и застегивая нагрудник.

— Когда, сир?

— Сейчас же.



Тундрейнцы не были готовы к нападению.

Воздух пропитан металлическим смрадом горелой плоти. Раньше меня от него тошнило. Теперь он приносит утешение. Каждый убитый мною маг воды — это на одного врага меньше, способного навредить моим солдатам. На одного меньше тех, кто может силой загнать воду в наши тела и заморозить ее.

Но мои разведчики ошиблись.

Здесь находится лишь горстка магов воды. Я беру их на прицел, пока мои солдаты расправляются с немагами. Маг земли поднимает из-под почвы толстые корни и пронзает ими человека. Я подавляю невольную гримасу боли, готовую исказить мое лицо. Владеют они магией или нет — они тундрейнцы. И наш долг — защитить от них Арбинж. Я отворачиваюсь и вновь сосредотачиваюсь на магах воды.

Поднимаю руку к небу.

Молния откликается.

Душераздирающий крик взрывается над ревом битвы.

Болезненный, захлебывающийся стон.

Распахнутые, ничего не видящие глаза. Невыразимая боль.

Я снова поднимаю руку.

Вода окрашивается в мутно-красный цвет, плескаясь о стенки ржавой металлической бадьи. Мои руки выходят из нее чистыми — без крови и грязи, — но я не тешу себя иллюзиями: они больше никогда не станут по-настоящему чистыми.

Впрочем, я с этим смирился.

Внезапная, ноющая усталость проникает в самые кости и словно сжимает ребра тяжелыми кольцами. Чувство смирения разливается по мышцам, пока я опускаюсь на койку.

Такова моя жизнь. Я — меч Арбинжа. И все, чего я хочу, — это спать.

Спать, чтобы не преследовали воспоминания о битве. Крики. Ужас. Кровь. Все те жизни, что я отнял во имя отца.

Во имя Лева.

Я снимаю доспехи и сапоги, тяжело оседаю на койку, когда вдруг ощущаю энергетический след — тот самый уникальный поток электрических импульсов, окружающий любое живое существо, — приближающийся к моей палатке.

Я узнаю этот след и с трудом сдерживаю стон.

— Сир? — Приглушенный голос зовет из-за полога палатки.

Сулон. Мой заместитель. Я не скрываю гримасы: мысли об этом здоровяке у меня противоречивые. Он искусный маг земли — пожалуй, лучший в армии, — но за ним тянется шлейф мрачных слухов. Злоба, жестокость, насилие.

Особенно к женщинам.

Но всякий раз, когда я припирал его к стенке, он яростно все отрицал. И у меня не бежали мурашки по шее — значит, он не лгал. Сулон никогда мне не лгал — чего не скажешь о большинстве людей. Вот почему, несмотря на слухи, я продолжаю ему доверять.

А вот терплю ли я его — это уже другой вопрос.

— Войди. — Если повезет, он не станет разводить болтовню, и я смогу выспаться, наконец-то избавившись от тяжести в груди.

Потертый брезент шуршит, расходясь в стороны, и входит Сулон.

— Сир, — приветствует он, вытягиваясь по струнке, мускулистые руки сцеплены за спиной. Сложен он как бык. — Сегодня на поле боя вы были подобны грозной стихии.

Сдерживаю желание закатить глаза. Мой заместитель — неисправимый подхалим.

— Тебе что-то нужно, Сулон? — цежу я сквозь зубы.

Он переминается с ноги на ногу, беззвучно открывая и закрывая рот.

— Выкладывай, — бросаю я резко. Петля, сдавливающая легкие, затягивается туже. Боги, мне просто хочется спать.

Он достает из-под плаща помятый пергамент. Я выхватываю его у него из рук.

— Это только что доставили, сир, — говорит он запинаясь, не поднимая глаз от земли. — Мы должны были получить послание еще несколько дней назад, но посыльный задержался. Похоже, что…

Этот трус замолкает на полуслове, но аккуратно выведенные строки словно кричат ​​мне в лицо.

…союз между Арбинжем и Тундрейном…

…помолвка с принцессой Майей…

…немедленное прекращение огня.

Я запускаю пальцы в волосы и резко дергаю.

— Твою мать.

Глава 2

Дворец Арбинжа возвышается передо мной, когда я спешиваюсь. Это крепость из темного камня с мрачными башнями, каждая из которых увенчана металлическими шпилями. В юности я упражнялся, поражая каждый из них молнией: мой рекорд — двадцать семь ударов за шестьдесят три секунды. Правда, после этого я тут же упал в обморок.

Я зеваю, плетясь ко входу. Почти не спал после того, как получил послание о перемирии. Просто колоссальный провал. Но всю дорогу меня мучил один вопрос: с чего бы отцу соглашаться на союз? Он презирает Тундрейн. Год за годом он отправлял меня все дальше в их ледяные земли, чтобы я отнимал все больше жизней.

Массивные деревянные створки распахиваются еще до того, как я успеваю подняться на верхнюю ступень.

— Сир! — приветствует меня слуга в традиционных коричневых штанах и темно-зеленой тунике. Его энергетический след вибрирует вокруг бешеным пульсом. — С возвращением. Ваш отец и брат ждут вас в зале совета. — Худощавый мужчина остается в поклоне, пока я не издаю короткий звук в знак того, что услышал его.

Вокруг меня на разном расстоянии пульсируют слабые энергетические следы, и — Небеса, — как же мне не хватает спокойствия той поездки. Хотелось бы сказать, что приятно вернуться домой, но Арбинж уже много лет не был мне домом.

С тех самых пор, как отец убил мою мать.

На языке появляется горький привкус. Я проглатываю эту горечь, как делал всегда. Сапоги гулко стучат по полированному мраморному полу, пока я иду к залу совета. Не успеваю я сделать и трех шагов, как меня останавливает легкий женский голос.

— Принц Зевейр! Вы вернулись!

Внутри все обрывается. Ко мне спешит стройная женщина с длинными светлыми локонами: ее невероятно высокие каблуки звонко цокают по блестящему полу.

Черт.

Как же ее звали? Лира, кажется. Третья дочь из заурядного рода Ферапилт. Я совершил ошибку, разделив с ней постель несколько месяцев назад, и с тех пор она липнет ко мне, словно потерявшийся щенок. Обычно я избегаю связей с благородными девицами именно по этой причине, но в ту ночь я явно думал не головой. Я выдавливаю из себя сдержанную улыбку, коротко киваю и ускоряю шаг в сторону зала совета. Лира