Читать книгу - "Взлетная полоса сердца - Айлин Грин"

ней и нагнулся ближе, чувствуя лёгкий аромат её духов. — Может быть, я просто родился таким? Стихийное бедствие. Ураган.

— И тебе нравится всё рушить на своём пути?

Она слегка отодвинулась от меня, увеличивая между нами расстояние.

— И танцевать на обломках — красота же! — я откровенно издевался над ней.

Каролина была красивой девушкой. Умной. Но вечные разговоры моего отца о том, что я должен брать с неё пример, мне надоели за эти годы. Она считала меня несносным — человеком, который портит всё вокруг себя. Вот только ей было слишком легко рассуждать — она шла по тому пути, который ей нравился. А меня толкали на путь, от которого хотелось сбежать.

— Ты всё-таки не выносим, — Каролина отвернулась и уставилась в окно. Её скулы были напряжены — от злости или разочарования, что она проводит время со мной. И я снова не удержался:

— Когда ты злишься, становишься красивой.

— Я не злюсь, — отрезала она. — Я просто не хочу с тобой разговаривать.

— Значит, ты просто красивая, — пожал я плечами и снова сделал музыку громче.

Скучно.

Всё вокруг было скучным.

Работа, которую выбрали родители. Жизнь, которая катилась по рельсам как по расписанию. Люди, которые чего-то от меня ждали.

Нужно было что-то менять. И, смотря украдкой на эту девушку, мне пришла в голову безумная идея, что именно. И я резко развернул машину.

— Что ты делаешь? — процедила она. — Мне нужно в аэропорт, меня ждёт работа, я обещала…

— Мы успеем, — серьёзно пообещал я. — Но прежде, чем ты снова станешь занудой, я хочу тебе кое-что показать.

В её глазах читался испуг, она уже доставала телефон, явно собираясь позвонить кому-то. Я аккуратно взял из рук Каролины трубку:

— Каролина, — медленно проговорил я, — я не причиню тебе вреда. Но у нас есть лишние полчаса. Возможно, это твой шанс узнать меня с другой стороны и перестать относиться ко мне как к несносному мальчишке.

Правда, не факт, что эта сторона понравится ей больше.

Но стоило рискнуть.

Потому что, возможно, она сможет увидеть во мне того, кого я так долго прятал.

Даже от самого себя.

* * *

— И что именно ты хочешь показать мне среди заброшенных зданий? — нахмурилась Каролина. — Что ты шатаешься тут вместо того, чтобы заниматься делом?

— Делом? Каким делом, Вольфманн?

Она, кажется, проигнорировала обращение по фамилии, потому что ответила слишком быстро:

— Полётами, Леон. Ты же понимаешь, что такое отношение к карьере погубит не только твоё будущее, но и тебя самого?

— Считаешь, что знаешь меня настолько хорошо? — прищурился я.

— Не считаю, — надменно отозвалась она, — но знаю, сколько сил и стараний вкладывает мой отец в то, чтобы сделать из тебя…

— Кого, Каролина? Сделать из меня кого? Второго Марка? Второго Тома Нойманна?

— Что плохого, чтобы быть таким, как мой отец или твой? — поинтересовалась она. — Посмотри, сколько всего они смогли пережить и чего смогли добиться.

— И я ни в коей мере не умаляю их достижений, — примирительно поднял я руки. Потому что, действительно, считал, что их достижения — это невероятно. — Но я — не они. Меня зовут Леон. И у меня свои цели. И своё будущее.

— Надоедать окружающим?

— Чем именно я тебе надоел? Когда нужна машина — Леон, помоги. Когда нужно было притвориться твоим парнем…

— Не вспоминай! — она внезапно рассмеялась. — Мне было пятнадцать, и меня обижали девчонки. Я была в отчаянии.

— Представляю, в каком именно, — хмыкнул я. — Раз уж ты обратилась ко мне за помощью. Но на вопрос ты так и не ответила.

— Потому что не хочу.

— Не хочешь или не знаешь как?

— Мы теряем время, — нетерпеливо топнула она ногой. — Я ненавижу опаздывать. Ты привёл меня сюда, чтобы поговорить о том, что не хочешь летать?

Зачем мы здесь… Затея теперь показалась глупой. Меня всего лишь попросили подвезти её до аэропорта, а я почему-то решил, что лучшей идеей будет показать ей, что я не такой, каким все меня считают. Но что именно я докажу, если скажу ей правду? Мы никогда не общались близко, кроме того смешного случая в школе, когда я, действительно, сыграл роль её парня. Мы даже попытались изобразить поцелуй, но это было слишком даже для меня. С тех самых пор мы старались избегать друг друга и общаться только по мере необходимости.

Мера необходимости — это практически каждые выходные, когда собирались наши семьи за ужином или обедом… Так текли дни, недели… И годы. И вот мы опять с ней вдвоём, только не в доме, а рядом с заброшенными зданиями, и я чувствую себя так, как будто собираюсь её поцеловать.

Выбросив странные мысли из головы, я каким-то чужим голосом ответил ей:

— Что ты видишь, смотря на эти здания?

— Господи, Леон! Ну что я могу в них видеть? Стены, грязь, темноту и страх.

— А если закрыть глаза и представить, что здесь чисто?

— То будут те же стены, темнота и чистота. Леон, что ты пытаешься до меня донести? Что и в заброшенных зданиях есть жизнь? Я ценю твой порыв, но искренне не понимаю, чем он вызван.

Нет, определенно она была не готова к тому, чтобы меня понять. Никто не был готов. С чего я взял, что будет готова она?

— В одном из этих зданий — моя жизнь. То, ради чего я дышу, Каролина. То, ради чего просыпаюсь по утрам. Да, это не полёты, но тесно с ними связано.

Её телефон зазвонил.

— Прости, мне… Ой! Леон, пожалуйста, поехали. С работы звонят, мне нужно возвращаться. Обещаю, что однажды проникнусь этими зданиями, но моё будущее с ними явно не связано.

Как знать, Каролина.

Как знать.

Глава 2 Леон

Я прибыл в аэропорт ранним утром, чувствуя себя немного несвободным. Как будто был связан по рукам и ногам. Да ещё и небо было серым, плотным и недовольным — моим приездом? Или моим настроением? Ни единого проблеска солнца. Только шуршание ветра по взлётно-посадочной полосе. И рёв турбин со всех сторон.

Марк уже ждал меня возле самолёта. Он был в лётной форме, но без фуражки. Даже издалека Марк выглядел как человек из другого мира — мира, в который я по-прежнему отчаянно не хотел. Мир полётов, небесной глади и облаков. Его мир, мир моего отца… Но не мой.

— Доброе утро, Леон, — сухо кивнул он мне, едва ли я подошёл к нему. — Ты сегодня рано. Не терпится взлететь?

— Надеялся, что чем быстрее мы начнём, тем быстрее всё