Читать книгу - "Я тебя не забывал - Анелия Чадова"

провела в одиночестве, если не считать того, что утром состоялось её знакомство с Денисом. Она маялась, не зная, куда себя деть, и всё прокручивала в голове события прошлого дня. Всё пыталась понять поведение и претензии начальства — ничего не получалось. Отвлёк телефонный звонок мамы. Валентина с радостью ей ответила, поделилась проблемами с работой, пожаловалась, что трудно найти хорошего работодателя. Именно тогда и пришла идея поехать в село на несколько дней. Всё равно внимание Константина в ближайшие дни будет сосредоточено на сыне.

Вечером, во время совместного ужина, Валя рассказала о своих планах мужчине. Костя её идею поддержал, но внёс небольшую (по его словам) поправку: они едут вместе. Объяснения Кости заняли совсем немного времени. Спорить она не стала, посчитав это бесполезным, но не смогла не уточнить насчёт Дениса: точно ли он не обидится на отца и на неё заодно?

Несмотря на переживания и сомнения, Солод была рада услышать, что им предстоит совместная поездка. Да, она не планировала пока посвящать родных в изменения в её личной жизни, но раз уж так получается, пусть будет.

И вот они едут в её родительский дом. Маму она предупредила только о своём приезде. Родители будут ждать её только к обеду, а она явится намного раньше — вот такой сюрприз.

Родной край встретил их ярким солнцем и сочной зеленью. Повернув с трассы на нужном повороте, Константин даже сбавил скорость. Он смотрел на окружающее с ностальгической улыбкой. Валя же всё больше наблюдала за ним, чем любовалась пейзажами, хотя в последние годы приезжала сюда нечасто.

– М‑да, здесь время будто остановилось, – задумчиво протянул Гладких, когда они пересекли черту села.

– Ничего не поменялось? – с удивлением уточнила Валя, приподняв бровь.

– Нет… Не знаю, как описать свои ощущения. Не ожидал, что село настолько пришло в упадок, – покачал он головой. На миг он отвлёкся на бывший участок своего деда, затем затормозил возле нужного двора. – А вот ваш двор только ещё лучше стал, – улыбнулся Константин, выходя и бегло оглядываясь по сторонам. Он помог выйти и Вале, сразу же привлёк её к своему боку, машинально поцеловав в висок. – Пошли знакомиться? Ты же расхвалила меня перед своими родителями? – лукаво поинтересовался он.

Валентина пристыжённо улыбнулась и отрицательно мотнула головой.

— Твой приезд будет для них сюрпризом, — выдавила из себя она, невольно сжимая пальцы.

Костя изогнул бровь и устремил взгляд вперёд. Её родители торопливо шагали к ним навстречу, в изумлении переглядываясь между собой.

— Неожиданность, однако, кареглазка, — нервно хмыкнул он, но тут же собрался и выпрямился. — Здравствуйте! — поздоровался с её родителями громко и учтиво, стараясь скрыть волнение за широкой улыбкой.

— И вам не хворать, мил человек, — прищурившись, протянула Евгения Викторовна, мама Валентины, внимательно изучая гостя.

Её отец, молча и важно кивнув, протянул руку в знак приветствия. В его взгляде читалось сдержанное любопытство.

— Дочь, не представишь нас? — посмотрел на родное чадо пытливо.

— Не узнали, Сергей Юльевич? — добродушно усмехнулся незваный гость. — Гладких Константин, внук Александра Игнатовича Ведова, — представился сам, выдерживая взгляд главы семейства.

Супруги переглянулись и ещё заинтересованнее посмотрели на него.

— Что‑то я вас совсем не припомню, — призналась Евгения Викторовна, слегка нахмурившись.

— Значит, у меня есть огромный шанс произвести наилучшее впечатление, — не растерялся Костя, обезоруживающе улыбнувшись.

— Даже так? И зачем это вам? — менторским тоном спросил глава семейства Солод, но его добродушный и болезненный вид не позволил вопросу прозвучать строго.

Годы, когда он злоупотреблял алкоголем, оставили на его внешности и здоровье заметный след. Последние десять лет он вёл здоровый образ жизни, даже курить бросил. Вот только сердце всё чаще тревожило, да и другие болячки напоминали о себе.

— С будущими родственниками надо дружить, — обаятельно улыбнулся Константин, глядя прямо в глаза Сергею Юльевичу.

— С кем? — синхронно переспросили супруги, на мгновение потеряв самообладание.

— Я мечу в зятья, — спокойно, но твёрдо произнёс Костя.

Валя локтем пихнула его в бок, метнув на него укоризненный взгляд. Гладких лишь снисходительно глянул на неё, едва заметно подмигнув.

— Так, — твёрдо вернула себе инициативу Евгения Викторовна, окинув всех строгим взглядом. — Обсуждать всё будем потом. Не будем соседям устраивать бесплатный спектакль. Берите вещи, если есть что брать, и милости прошу в дом.

— Есть! — спохватилась Валентина. — Пап, там, на заднем сиденье, Мурка. Возьми её, пожалуйста.

— Зачем ты это животное привезла? — возмутился родитель, но в глазах мелькнула теплота.

— Не оставлю же я её одну!

— Не погибла бы за несколько дней. Ей полезно на диете посидеть, — проворчал Сергей Юльевич, но уже направился к машине.

— А кто бы её кормил? — парировала Валя, не сдаваясь.

— Сама бы справилась! На то она и кошка, — не зло буркнул отец, открывая заднюю дверь автомобиля.

* * *

— Прогуляемся? — предложила Валя после ужина и шумных посиделок, невольно улыбаясь. Ей было приятно, что родители так хорошо приняли Константина. Да и не могло быть по‑другому — с его‑то харизмой. Вот только вспомнить его так и не смогли. Как сказала мама с лёгкой досадой: “Кто‑то белобрысый бегал по улице в детстве, а кто именно — в памяти не отложилось”…

— Согласен, — кивнул Гладких, бросив взгляд на вечернее небо.

Машину он сразу загнал во двор. Сумки с их одеждой тоже перенесли в Валину комнату — ту самую, где она росла, где на стене до сих пор висели постеры её любимых групп юности. Им предстояло спать здесь вместе. Это немного нервировало. Как‑то не подумала она об этой стороне поездки. Нет, она была готова к близости, но не в родительском же доме! И почему раньше Константин не заговорил с ней о подобных вещах?..

Взявшись за руки, они неспешно пошагали вверх по улице. Тёплый ветерок играл прядями волос Вали, а Константин время от времени поглядывал на неё с мягкой улыбкой. Вскоре они подошли к заброшенному двору Ведовых.

Костя замер, растерянно оглядывая заросли вишняка. Забор покосился, ворот как таковых уже не было, лавочки тоже. Дом из‑за деревьев почти не просматривался — лишь краешек крыши проглядывал сквозь густую листву.

— М‑да, видел бы дед, во что превратилась его любимая дача, — с лёгкой горечью протянул Гладких и шагнул ближе, осторожно