Читать книгу - "Я тебя не забывал - Анелия Чадова"

к чему лукавить, хотелось ей этих обжигающих голодных поцелуев. Её так ещё никто и никогда не целовал. Это пьянило и вызывало восторг. Если бы не врождённое чувство ответственности, она бы предпочла остаться в салоне этого авто ещё минут на двадцать-тридцать. Но внутренние часы настойчиво напоминали о времени. Нехотя прервав их жаркие объятия, она попрощалась и настояла, чтобы он её не провожал.

В магазине её ждал неприятный сюрприз: пожаловало начальство. И, судя по их недовольным лицам, ожидали они её долго.

Натянув на лицо профессиональную улыбку, поздоровалась и чинно прошла к кассе, стараясь унять бешено стучащее сердце: внутреннее предчувствие вопило о том, что простым выговором эта ситуация не закончится.

Оно не ошиблось: стоило ей только встать за прилавок, как оба накинулись на неё как коршуны. Валентина слушала их с каменным выражением лица, и внутренне закипая. Стараясь, чтобы голос звучал как можно ровнее, напомнила об условия своего трудового договора. Те только отмахнулись и продолжили гнуть свою линию. Исходя из их тирады, со всех сторон получилась она плохой.

Солод, поджав губы, продолжила слушать: как назло ни одного покупателя не зашло. Может, ещё на подходе слышали их ор и не решались зайти, а может так просто совпало.

– Что ж вы до этого момента мне не делали замечаний и выговоров? – спросила она с достоинством. Обижать себя и дальше она не позволит им. Не даст вытирать ноги как о коврик. Не на ту напали. С её прежней сменщицей у них получился такой спектакль: они ей даже не заплатили полагающиеся неотгуленные отпускные. Виталина не стала спорить и отстаивать свои права. Зачем? Она благополучно вышла замуж за военного и уехала в дальние края вслед за любимым. Такой самоотверженный поступок удивил, но спорить Валя с приятельницей не стала: её выбор.

Сейчас же она смотрела на начальства, с которым, в принципе, до этого момента проблем не имела, и поняла, что дошла до точки невозврата. Работать здесь и дальше нет ни желания, ни моральных сил. Без работы не останется: продавцы всегда и везде востребованы. Может, что-то другое подберёт. Но этот этап жизни подошёл к финалу. Давно пора было решиться на этот шаг, а она всё тянула и сомневалась, да и надеялась на лучшее. Они же кормили обещаниями, что в скором времени запустят рекламу, подберут другое, более подходящее, помещение и много чего ещё. Ни одно своё обещание они так и не выполнили. Зато ввели систему штрафов и других малоприятных новшеств.

Начальство пошло на новый круг претензий, Солод же предпочла не вслушиваться в их набор слов. Хотя всё равно нет да нет до сознания доносились колкие фразы. Какая же она неблагодарная и ленивая дрянь, оказывается. И штраф за сегодняшний уход ей влепили, и за толстый слой пыли на прилавках тоже влепили, ещё что-то нашли. Она смотрела на них как на инопланетян. Какие бешеные шмели их покусали? Чего они сорвались как с цепи?

Молча достала чистый лист формата А4. Написала заявление на увольнение. Протянула начальнице. Та вырвала листок с такой злость, что показалось: порвёт. Прочитала, хмыкнула.

– Твоё право. Но отработаешь две недели! И обязательно будет проведена ревизия!

Валентина помнила результат ревизии, когда увольнялась Виталина. Тогда выявили огромную недостачу. Вычли из их заработной платы, правда, акты им так и не предоставили. Они со сменщицей тогда долго не могли понять откуда такая сумма, ведь предыдущая ревизия была всего два месяца до увольнения Виталины и результаты её были нормальными.

– Хорошо, – с трудом выдавила из себя Солод, мысленно молясь, чтобы они уже оставили её в покое. Нервы её на пределе – ещё одно оскорбление, и она взорвётся подобно пороховой бочке.

Ушли, предварительно пригрозив ей пристальным вниманием.

Валя медленно опустилась на табуретку. Судорожно выдохнула. Руки дрожали как у заправского алкаша. Сердце гулко стучало в ушах.

Заглянули девочки из парикмахерской.

– Как ты? Чего они такие бешеные сегодня? – спросила тихо одна из них. Валентина даже не поняла, кто именно: перед глазами будто туман. Голова плохо соображала. Она никогда не любила, когда на неё повышали голос. Терялась в таких ситуация почти всегда. Здесь же сама предпочла молча всё вынести. Не хотелось уподобляться им.

– Всё в порядке, – выдавила из себя, чувствуя как дерёт горло от сухости. Откровенничать с этими нельзя: двуличные. Где гарантия, что это не они позвонили её начальству? Нет её. Никому верить нельзя.

Не поверили. По лицам видно, что хотят подробностей. Фиг вам.

Отвлеклась на телефон. Костя. Открыла СМС от него, написала, не читая его послание, что написала заявление увольнение. Он тут же поинтересовался подробностями и предложил вернуться. Отговорила, но на душе на градус потеплело: приятно было получить от него поддержку. Пообещал вечером приехать. На том и попрощались.

Глава 6

Глава 6

Валентина с трудом доработала до конца смены. Впервые за два года работы здесь улыбку приходилось натягивать. Получалось, наверное, плохо, потому что некоторые из постоянных клиенток поглядывали на неё подозрительно. Хорошо хоть с расспросами не лезли. Всё время приходилось сдерживать себя, чтобы не наплевать на всё и не уйти с гордо поднятой головой домой. Пусть сами работают в своём подвале, раз такие умные! Но здравый смысл не давал поддаться злости и обиде. Она выдержит эти две недели. В конце концов, не так уж и много у неё будет смен. Перетерпит как-нибудь.

Вот только никакое самовнушение не помогло поднять настроение. Обидно было до слёз. Ничего же преступного она не сделала!

Закрыла смену на ноутбуке в положенное время по трудовому договору. Убирать помещение не стала: это в её обязанности не входит. Решила быть принципиальной, а у самой кошки на душе заскребли: не привыкла она оставлять пол немытым. Совестно. Почему-то другие о совести не задумываются, когда плюют в душу.

Дурной характер. Нужно быть жёсче. Люди не заслуживают на доброту. От неё они наглеют и борзеют.

Вновь начала закипать. Когда же это закончится-то, а?

На улице её ждал Гладких. Увидев её, шагнул навстречу, наградив умопомрачительной улыбкой. Валя с удовольствием на минуту спряталась в его объятиях. Уткнулась носом в грудь и зажмурилась. На душе стало чуточку спокойнее.

– Поехали? – промолвил он, целуя в макушку. Не хотелось двигаться. Все силы забрал этот непозволительно длинный день. Вернее, вторая его половина.

Она вяло кивнула, нехотя отстраняясь от него. Задрав голову, посмотрела в его