Читать книгу - "Развод. Одинока. Свободна. Ничья? - Ксюша Иванова"

Даже, кажется, и без того острые скулы заостряются сильнее, а чуть удлинненные клыки, как у вампирши, чуть вырастают. Это, естественно, зрительная иллюзия, но на мгновение мне мерещится такая ерунда.

— Будь осторожна, — цедит она. — Он не выносит, когда ему отказывают в чем-либо.

И уходит, гордо задрав подбородок.

Да ему откажи попробуй! Он умеет обставить всё так, что выбора не остаётся.

— Ксения, — меня тут же ловит под локоть Арам Дворновский, с которым мы познакомились на входе в ресторан. — Нам с вами не удалось пообщаться, но...

Ловко дотягивается до клатча, висящего на тонкой цепочке на моем запястье. И одним движением пальцев раскрывает его. Я успеваю увидеть, как внутрь засовывается визитка, чёрная с тиснеными золотом буквами.

— Если вдруг у вас случится какая-то проблема с... моим дорогим другом Русланом, или просто вдруг понадобится помощь, то можете смело набрать меня в любое время дня или ночи.

Его отвлекает какая-то женщина, а я с удивлением смотрю вслед.

Что это было?

По привычке оглядываюсь, пытаясь отыскать взглядом Темнейшество, но не вижу его нигде.

— Я смотрю, ты прямо-таки идеально вписалась в этот гадюшник, — передо мной откуда-то вырастает Борис. — Пошли. Поговорить надо.

Растерянно осматриваюсь еще раз.

Темнейшество, ты куда подевался?

— Он с губером вышел. Видимо, серьезный разговор. Так что давай, топай в сторону выхода...

22 глава. Фурор

— Нет-нет, я, пожалуй, ещё побуду в этом... как ты сказал? Гадюшнике! Здесь всяко безопаснее, чем с тобой.

— Быстро же ты утешилась! И недели не прошло, как под Алиева легла! Или, может, ты и раньше с ним потрахивалась в тайне от меня? — шипит, наклонившись к моему уху.

Я прямо-таки всей своей кожей чувствую исходящую от моего мужа злость! Кажется, будь мы одни сейчас, он бы меня разорвал на кусочки!

— А ты по себе людей не суди!

Но он, конечно, меня не слышит.

Продолжает:

— Вырядилась! Он уже и шмотки тебе покупает? Наверное, приходится потрудиться за это ночью?

Такое ощущение дикое, что Борис ревнует! Это вообще смешно в нашей ситуации!

— Покупает! Покупает всё, что я захочу! — усмехаюсь. — И даже тебе денег отвалил, чтобы ты отстал. Видишь, как твою жену другие мужики ценят? А ты вот не ценил такой бриллиант. И даже деньги взял. Считай, что продал меня.

Я осторожно оглядываюсь вокруг. На нас уже посматривают многие.

И с одной стороны, собственно, особой разницы нет, что они там подумают, потому что я здесь совсем никого не знаю. Но с другой, я себя сейчас чувствую, как актриса, которая прямо во время спектакля забыла свою роль. Когда весь зал уставился на неё и ловит каждый звук.

Темнейшество, где же ты?

Вот ведь удивительная история! Все тут мне говорят, что Алиев — страшный человек, а я жду, что именно он меня спасет от собственного мужа!

— Ксюша, не устраивай представления! Давай выйдем и поговорим! — как-то вдруг скисает Борис, словно ему становится немного стыдно за то, какой он мудак.

Ага! Неприятно слышать правду?

— Борис, о чем нам разговаривать? О чем? Всё и так ясно. Нам осталось только развестись, да и дело с концом.

— Развестись? — мне кажется, у него даже челюсть отвисает от удивления.

— Нет, а ты думал, я внезапно потеряю память о том, как ты в нашем доме спал с какой-то пошлой бабой, всё прощу и вернусь?

— Я думал, ты в курсе.... А у тебя, оказывается, даже права голоса нет! Ты, Ксюша, ещё очень сильно пожалеешь, поверь мне! Очень сильно, что связалась с этим человеком! Борис тебя и пальцем не трогал!

Ага, не трогал!

Он продолжает, говоря о себе в третьем лице:

— Да, Борис немного сбился с пути! Да, загулял. С кем не бывает. Но разве тебе плохо жилось со мной? А вот этот... Он же баб за людей не считает! Скоро дышать по команде будешь. В хиджаб оденешься. Если он уже, не ставя тебя в известность, просто взял и развёл нас, то что дальше?

В каком смысле "развёл"?

В том, что я теперь не жена Борису? А как так? Без моего ведома?

А может, я уже по тем документам замужем за самим Алиевым? А я и не в курсе.

Обалдеть новости...

— Ладно, будем считать, что мы с тобой поговорили! — решаю не продолжать этот бессмысленный разговор и, отсалютовав ему бокалом шампанского, делаю шаг в сторону.

Краем глаза замечаю, как его лицо перекашивает от ярости.

— Куда собралась? Я не договорил!

Хватает за локоть, дергая на себя.

Мой бокал падает на пол, разбиваясь вдребезги.

Я сама едва удерживаюсь на ногах.

А в следующее мгновение Бориса сносит куда-то в сторону. Я даже не сразу понимаю, что это Темнейшество! Просто вот, как в фильмах показывают — ударная волна, и человек улетает в стену, попутно сбивая стол с едой!

Алиев начинает методично лупить Бориса кулаками по лицу. У него это так получается, словно он — робот-убийца какой-нибудь! Ритмично и с расстановкой!

А ещё у него такое выражение лица страшное, что хочется просто убежать подальше и спрятаться куда-нибудь под стол! Такой запросто убить может.

Ресторан наполняется звуками ударов, криками, звоном посуды, женским визгом.

— Разнимите их, пожалуйста! — прошу, растерянно глядя по сторонам.

Но никто не решается.

Холёные мужчины, большей частью обладатели немаленьких животов, прячутся друг за друга, видимо, боясь огрести сами. Замечаю, что многие женщины снимают происходящее на телефоны.

— Помогите кто-нибудь! Ну, что вы за люди!

Но никто даже шага не делает.

Встречаюсь глазами с Дворновским. Ну? Ты же, кажется, помощь предлагал? Давай, помоги!

— Охрана! Охрана! — кричит он.

Ага, что-то и не видно охрану вашу! Где она вообще? Почему до сих пор не явилась?

Делаю пару неуверенных шагов в сторону дерущихся.

— Руслан! Руслан, пожалуйста! Прекрати! Хватит!

Его кулак неожиданно зависает в воздухе. Он медленно оборачивается и невменяемым взглядом смотрит на меня.

И нет, я пока не лишилась чувства самосохранения и не преисполнилась любовью к бедному избитому Борису. Просто... Словно кто-то толкает в спину! И откуда-то появляется необъяснимая уверенность в том, что он мне ничего не сделает. И я иду к нему!

— Руслан, пойдём! — протягиваю руку, но не решаюсь его коснуться.

Мне видно с такого близкого расстояния, как он медленно расслабляется. Как разжимаются пальцы. Как в глаза возвращается осмысленность.

Отпускает пиджак Бориса. Тот оседает на пол.

Бросаю только один короткий взгляд на... бывшего мужа. Лицо в крови, голова повисла, как будто