Читать книгу - "Обман на миллион - Елена Грасс"

слегка касаются моей спины — галантно, почтительно.

«Чего-чего, а манеры и умение льстить женщине — этого у него не отнять», — мысленно признаю в очередной раз.

Ну ладно, будем в этот вечер играть по твоим правилам. Так уж и быть!

Глава 11

Ресторан, куда меня привёл Давид, оказался на удивление пустым. Если бы не пара официантов, лениво протирающих бокалы за стойкой, можно было бы подумать, что мы случайно зашли сюда после закрытия. Но нет — двери распахнуты, свет мягко льётся из хрустальных плафонов, а где-то на кухне тихо позвякивает посуда.

«Видимо, сегодня все решили посидеть дома», — мелькает мысль.

Мы никогда раньше не были в этом месте, хотя за последний год обошли, кажется, половину приличных ресторанов города.

Но здесь — совсем другая атмосфера. Нет вычурных люстр, золотых завитушек и картин в тяжёлых рамах, которые так любят вешать, чтобы подчеркнуть «статусность» заведения.

Всё просто, уютно и… мило. Как будто мы пришли не в ресторан, а в гости к кому-то, кто очень любит принимать друзей.

Официанты украдкой поглядывают в мою сторону, перешёптываются и улыбаются. Я напрягаюсь: «Что не так?».

Быстро осматриваю платье: никаких пятен, дырок, торчащих ниток.

Заглядываю в зеркальце из сумочки — макияж на месте, волосы аккуратно уложены, ничего не торчит.

Администратор, едва заметив нас, тут же подходит и почти кланяется Давиду.

«Он что, частый гость здесь? Без меня?».

Мысль колючая, но я тут же отмахиваюсь от неё. Не хочу выяснять. Не хочу портить вечер.

— Что ты будешь? — Давид протягивает мне меню. — Здесь, как мне сказали, очень вкусная рыба. Попробуешь? Смотри, твоя любимая форель на гриле. Заказать?

Я машинально отодвигаю толстую кожаную папку.

— Всё равно. Давай на твой вкус.

Но он не отступает.

— Юль, твоё настроение не изменилось? — настаивает он и снова пододвигает меню. — Отвлекись от всего хоть на минутку. Давай я закажу тебе рыбу? Или всё-таки мясо?

Его взгляд тёплый, настойчивый. Но я пока не готова в него верить.

— Нет, моё настроение не изменилось.

А смысл обманывать его? Вздыхаю и всё-таки беру в руки меню, делая вид, что изучаю блюда, хотя буквы расплываются перед глазами.

— Давид, зачем это внимание? Я не претендую, не переживай.

Тень пробегает по его лицу, и на мгновение мне кажется, что он… расстроился?

— Жаль, что не изменилось, — он отводит взгляд, и в его голосе слышится что-то неуловимо грустное. — А про внимание… оно потому, что мне нравится, когда тебе хорошо.

Глаза сами собой закатываются. Ну и лицемер. Хочу это сказать, слово жжёт на языке, но я сжимаю зубы и проглатываю его. Вместо этого делаю глоток воды, чувствуя, как холодная жидкость обжигает горло.

— Что там твой контракт? — стараюсь звучать заинтересованно, ищу тему для разговора. — Сделка на миллион, или даже на миллиард? Заключил?

— Ещё нет.

— Сорвалась? — поднимаю бровь.

— Нет, — он улыбается, но это какая-то странная, загадочная улыбка. — Но на грани срыва.

— А почему ты улыбаешься? — не понимаю.

— Просто так. А про сделку… всё-таки надеюсь, что скоро заключу её.

Смотрю на него пристально, ловя каждое движение его глаз.

— Главное в погоне за деньгами совместно со своими партнёрами и партнёршами не потерять главное.

— Что? хмурится, будто действительно не понимает.

— Любовь! — выдыхаю почти шёпотом, и голос дрожит.

Глаза предательски наполняются влагой, но я резко моргаю, отгоняя её.

В этот момент раздаётся лёгкая мелодия — звук скрипки, приближающийся к нашему столику.

Не поняла…

Давид улыбается, но теперь это уже не та сдержанная усмешка, а что-то яркое, почти мальчишеское. Он тянется к пиджаку, висящему на спинке стула, и достаёт… кольцо.

Маленькая бархатная коробочка раскрывается в его ладони, и внутри я замечаю кольцо с бриллиантом, который особенно ярко переливается в свете ресторанных люстр.

Замираю. Сердце бьётся так громко, что, кажется, его слышно через весь зал.

— Что за… — выдавливаю из себя, чувствуя, как голос предательски дрожит. — Давид?

Но он только смеётся на мою реакцию.

А дальше слышу, как из ниоткуда появляется человек с камерой, начинает нас снимать, кружа вокруг, словно мы в каком-то дурацком романтическом шоу.

Музыка затихает, последние ноты растворяются в воздухе, оставляя после себя звенящую тишину.

Давид встаёт со стула, медленно опускается на одно колено, его глаза горят. В них смесь надежды, волнения и чего-то ещё, чего я не могу разобрать.

От этого зрелища у меня перехватывает дыхание.

— Юля, милая… — его голос слегка дрожит, но он старается говорить твёрдо. — Я хотел сделать тебе сюрприз, но… — теперь он нервно усмехается, — видимо, не очень удачный. Перестарался и всё испортил.

Хм… Испортил — это очень мягко сказано.

— Но не об этом сейчас, — продолжает он, и его взгляд становится таким тёплым, таким искренним, что у меня выскакивает сердце от волнения. — Любимая, я очень люблю тебя. Ты лучшее, что случилось со мной в жизни. Наша встреча для меня как подарок судьбы. Я хочу, чтобы ты всегда была со мной рядом. Юль, ты выйдешь за меня?

Чувствую, как земля уходит из-под ног. Всё во мне застывает. Я сижу, словно рыба, выброшенная на берег, бессмысленно открываю и закрываю рот, не в силах выдавить ни звука. Со стороны, наверное, выгляжу дико комично.

А внутри меня — ураган. Ненависть, любовь, нежность, злость, обида — всё смешалось в один клубок, который душит меня изнутри.

— Юль! — Давид тянется ко мне, берёт мою руку в свою.

Его ладонь тёплая, и от этого прикосновения мне хочется то оттолкнуть его, то прижаться к нему.

— Посмотри на меня. Ну не молчи. Я и так измучился за эти дни в этих недоговорках и подозрениях с твоей стороны.

Он сжимает мои пальцы сильнее.

— Ты выйдешь за меня?

Я, наконец, поднимаю на него глаза. Вижу его взгляд — полный надежды, страха, любви. И понимаю, что не могу солгать.

— Нет.

Это слово падает между нами, как острый нож.

Музыка сразу же прекращается и теперь, кажется, будто и официанты, и музыканты замерли, перестав дышать. Они, конечно, не понимают русский язык, но слово «нет» — универсальное. Особенно в таком контексте.

— Юль… — Давид теряется, но не встаёт. — Пожалуйста, не надо так. Я уверен, мы сможем объясниться.

— Конечно, сможем, — говорю, и голос мой звучит чужим, холодным. — Ты только встань с колена, и я сразу же тебе всё объясню.

Замечаю, как напряглись окружающие, как музыканты переглядываются.

— Они иностранцы? — киваю в их сторону.

— Да, — медленно отвечает Давид, всё ещё не понимая, к чему я клоню.