Читать книгу - "Отвергнутая на Земле избранная в космосе - Таруна Поддубная"

Все его внимание снова на мне.

— Подойди, Ольга. Здесь тебе не придется выбирать вслепую. Ты увидишь все.

— Я уже увидела достаточно.

— Нет. Пока только крошки.

Валериан делает шаг вперед, и я чувствую, как от него волной идет сила. Меньше, чем раньше, но все еще страшная.

— Если тебе нужна она, — говорит он, — вначале поговори со мной.

Неизвестный наконец поворачивает голову к нему.

— С тобой я и так слишком долго говорю, племянник.

От этого слова воздух между ними становится ледяным.

— Не называй меня так.

— Почему? Стыдно за кровь? Или за то, что твой отец убил мою сестру?

— Нет, — говорит Валериан совсем тихо. — Мне стыдно только за то, что в ней была и твоя кровь.

Я даже не успеваю понять, кто из них срывается первым. Просто в следующую секунду свет на полу взбесивается, Валериан бьет как я понимаю магической силой в центр контура, а неизвестный отвечает ему не ударом, а открытием контура .

Контур вспыхивает.

И я сразу понимаю: это было ловушкой.

Неизвестный не отбивает силу Валериана. Он принимает ее в себя. Втягивает. Переплавляет. Уводит куда-то вниз, в сам узор, в этот черно-золотой рисунок под ногами. Валериан резко бледнеет, пошатывается, но все равно не отступает. Наоборот, рвет контур дальше, как будто надеется пробить его до конца голой яростью.

— Нет! — кричу я.

Раэль уже хватает его за плечо, но поздно. Еще одна волна силы уходит в пол, и на этот раз я вижу это почти физически: будто из Валериана выдернули кусок.

Неизвестный смеется.

— Вот так, — произносит он почти счастливо. — Именно так. Как только прекратится жизнь вампира, их жизни будут следующими, и контур откроет проход.

Он кивает в сторону заложников.

У меня внутри все падает.

Раэль отпускает Валериана и бросается вперед сам, пытаясь обойти край рисунка, но его сразу встречает вспышка. Не удар, а глухая стена. Его отбрасывает назад так резко, что он едва удерживается на ногах.

— Не пройти! — рявкает он.

— Я вижу! — огрызается Урих на связи. — Я пытаюсь свернуть слой, но он уходит! Он не фиксирован! Он тут может пользоваться их магией, а мы нет.

В следующую секунду я вижу, как по одной из боковых арок в зал врываются Урих с двумя бойцами их группы. И почти сразу понимаю, что и они ничего не успевают. Урих бросает вперед волосы, те уходят в светящийся узор, но тут же вспыхивают на концах, как будто наткнулись не на технику, а на саму чертову стену времени.

— Нет, — зло шипит он. — Нет, нет, нет…

Он дергает еще раз, пытается с другой стороны, но узор только меняется, уходит, живет своей логикой. Раэль снова ищет проход. Валериан, несмотря на бледность, опять рвется вперед. А неизвестный стоит в центре всего этого и смотрит только на меня.

Ждет.

И я понимаю: если они будут ломать этот контур еще минуту, он просто выпьет из Валериана все, что осталось.

Я делаю шаг вперед.

— Ольга! — одновременно кричат сразу три голоса.

Но я уже чувствую. Узор под ногами для них стена. Для меня нет. Он не отталкивает. Наоборот. Узнает.

— Не смей! — рычит Валериан, и голос у него уже срывается на что-то почти звериное.

Я поворачиваю голову всего на секунду.

Он смотрит на меня так, будто в этот миг действительно боится сильнее, чем тогда, на операционном столе. И мне хочется остановиться. Очень.

Но потом я вижу заложников за мутной преградой. Вижу, как один из них прижимает к себе ребенка. И делаю еще шаг.

Контур пропускает меня сразу.

Без сопротивления.

А потом бьет.

Током.

Не по коже изнутри. По костям. По нервам. По сердцу. Такой болью, что я мгновенно кричу и теряю под ногами опору. Колени подгибаются. Воздух вылетает из легких. Мир белеет, потом становится черным, потом вдруг рассыпается мутными пятнами света.

Меня швыряет на пол уже по ту сторону контура.

Я даже не сразу понимаю, что лежу. Только чувствую, как все тело сводит, как мышцы дергаются сами, как ладони жжет до слез. Пахнет озоном, и чем-то еще чужим.

— Как интересно, — почти ласково говорит неизвестный. — Ты перекинула контур.

Я заставляю себя поднять голову.

Он стоит совсем рядом.

За его спиной пространство дрожит, как мутное стекло, и сквозь него я вдруг вижу не зал станции, не заложников и не своды. Вижу что-то другое.

Черную планету.

Огромную. Мертвую. Почти без света. И вокруг нее движется что-то салатовое кольцами, спиралями, медленными потоками, будто туман, раскаты молнии смешали в одну дрянь и пустили кружить по орбите.

У меня сбивается дыхание.

— Что… это?..

Он улыбается, и в этой улыбке уже нет ничего человеческого.

— Дом, — говорит он. — Тот, который ты поможешь мне вернуть.

Глава 101

Я стою на коленях по ту сторону контура, едва дышу, чувствую, как под кожей все еще бегают остаточные разряды, и не могу отвести взгляд от черной планеты за мутной, дрожащей пленкой пространства.

Она уже не кажется далекой.

Это страшнее всего.

В конце прошлой секунды она была видением, чужим миром, бредом фанатика. Сейчас она выглядит ближе. Реальнее. Словно то, что я вижу, не просто картинка, а уже почти затянутая к нам реальность. Черная, мертвая, с обожженной корой и тем, что движется вокруг нее медленными салатовыми кольцами. Что-то живое и вместе с тем давно мертвое.

— Нет, — выдыхаю я, сама не сразу понимая, что говорю это вслух.

Он смотрит на меня почти ласково.

— Да.

За моей спиной, по ту сторону светящегося узора, что-то кричит Раэль. Голос Уриха в эфире помехами, но я слышу как срывается на такой поток ругательств, что половины я даже не успеваю разобрать. Валериан… я поворачиваю голову и чувствую, как у меня внутри все будто отрывается.

Он все еще на ногах.

Но это уже почти чудо.

Контур пьет его не так, как кровь пьет вампир. Хуже.. Тянет из него саму силу, ту темную, древнюю мощь, которой он привык дышать и держаться. Лицо у него белое до серости, губы плотно сжаты, а в глазах такая ярость, что она одна еще не дает ему рухнуть.

— Не смей! — рявкает он мне, и в его голосе