Читать книгу - "Надеюсь, это письмо найдет тебя в аду - Маккензи Рид"

да, я могу вернуться в свою квартиру площадью шестьсот квадратных футов. Но это не дом. Он никогда им не станет. У меня больше никогда не будет дома. Это чувство, которого я не пожелала бы никому, но особенно — двум маленьким девочкам, которым нужна их мама. Обеим. Прости, если я надоедаю, настаиваю на своем или рушу какой-то план, который ты, по-видимому, вынашивал. Но у нас с тобой, судя по всему, есть кое-что общее, помимо работы под одной крышей — по нам никто не заплачет, если мы не вернемся. И самое меньшее, что мы можем сделать — это убедиться, что у людей, у которых есть такая роскошь, действительно останется шанс.

— С чего ты взяла, что у меня нет никого, кто бы по мне скучал? — спрашивает он, и его взгляд теплеет, пока он вглядывается в мои блестящие от слез глаза.

Мне хочется отвести взгляд, но я не могу.

— Потому что ты проработал в «Сurated Care» почти месяц, и никто о тебе ничего не знает. Ты вежлив, но отстранен. Загадочен и холоден. Поверь, я знаю, потому что…

Я осекаюсь, тяжело дыша. Он приподнимает бровь, изучая меня.

— Потому что?

— Потому что я сделала это первой. Я занималась этим еще до того, как ты здесь появился. Так что ты меня не проведешь своим маскарадом в офисе. Теперь я вижу тебя насквозь.

Он вздрагивает, словно эти слова прозвучали как пощечина.

— Мне положены ответы. Настоящие, — продолжаю я. — Так что давай начнем сначала: откуда ты знаешь, как попасть в ад и что он существует? Кто ты такой?

Он хмурится.

— Такой же, как ты. Человек, по которому точно никто не будет скучать. И человек.

Я подавляю истерический смешок. Я не чувствовала себя человеком с той ночи, когда погибли мои родители. Скорее, я просто пустая оболочка, которой управляет кукловод.

— Конечно. Ведь все люди знают, как сжигать серу, чтобы приманивать демонов, как проводить экзорцизмы и где искать ад.

— Я человек с особым набором навыков, — поправляет он.

— Чушь собачья.

Это ругательство застает его врасплох. Его тщательно выстроенная маска трескается, и его взгляд падает на мои губы, словно он мысленно заставляет меня повторить это слово. Мне нравится эта оговорка больше, чем следовало бы. Мне хочется расколоть его панцирь и выложить мозаику из осколков.

Я тыкаю указательным пальцем в его крепкую грудь.

— У тебя есть книги о монстрах и демонах. Ты живешь на отшибе. Ты готов отправиться в место, откуда можешь не вернуться. Все это не описывает обычного человека. Это свойственно только…

Я замолкаю, чувствуя себя слишком глупо, чтобы произнести это вслух. Он приподнимает густую темную бровь, отталкивается от моей машины и сокращает расстояние между нами. Мой локоть сгибается от неожиданной близости, а палец распрямляется, так что ладонь ложится на его тонкую рубашку, чувствуя под ней бешеный стук сердца.

— Только что — что? — подначивает он меня. — Давай, Бри. Не время стесняться.

Мягкий баритон его голоса пускает по моему телу искры. Я игнорирую их, выдавливая единственные слова, которые имеют смысл.

— Ты охотник на монстров.

— Если бы это было так, ты бы меня боялась?

Я уже немного его боюсь, хотя, наверное, совсем не так, как следовало бы.

— Меня мало что пугает в последнее время, — отвечаю я.

— Только темнота?

Этот удар бьет точно в цель, осознает он это или нет. Я отступаю назад, увеличивая расстояние между нами, убираю руку с его груди и скрещиваю руки.

— С чего ты это взял?

— Ты не садишься за руль после захода солнца, — замечает он. — Я был бы плохим коллегой, если бы этого не заметил.

Он не спрашивает, откуда у меня этот страх, а я и не собираюсь ему рассказывать. — Похоже, я действительно права, опасаясь того, что прячется в темноте.

— Вот в этом ты ошибаешься. Худшие из них без проблем разгуливают при свете дня.

— Значит, ты всё-таки охотник на монстров.

Он откидывается назад, словно эти слова прозвучали слишком горячо и пьяняще, а не шепотом.

— Между прочим, я вообще-то на пенсии.

Из меня вырывается смешок, выдавая сдерживаемые нервы слишком звонким звуком.

— Охотник на монстров на пенсии. Прости. Твоя работа с восьми до четырех в качестве большого босса — это чтобы не раствориться на диване за просмотром мыльных опер?

— Большой босс? Ты сильно переоцениваешь мою роль.

— Отвечай на вопрос.

— Хочешь верь, хочешь нет, но охота на монстров не особо оплачивает счета. Я там по той же причине, что и ты, — чтобы получать зарплату.

— Почему ты ушел на пенсию? Тебе ведь еще и шестидесяти нет.

— Потому что это опасно. — Его слова звучат как лезвие косы, рассекающее осенний воздух. Он глубоко вздыхает, возвращая голосу напускное спокойствие. — Это не игра, Бри. Я знаю, как попасть в ад, потому что уже бывал там раньше. Я всю жизнь изучал то, что там таится, и тренировался сражаться с ними. Но там всё по-другому. Когда я говорю тебе бросить это и жить своей жизнью, я не проявляю доброту. Я говорю серьезно. Даже великодушно. Существует вполне реальная вероятность, что я не вернусь, и если я прав насчет того, что Кристал там, ее шансы вернуться тают с каждой часом. Все, что ты делаешь, — это просто задерживаешь меня.

— Я не считаю это игрой, — говорю я. Но у меня больше ничего не осталось. Я исчерпала все аргументы.

— Я уезжаю сегодня ночью, — произносит он с ноткой окончательности в голосе. — И ты со мной не едешь.

• • •

Когда я возвращаюсь в свою квартиру, трудно поверить, что сейчас всего лишь начало дня. Я с трудом поднимаюсь на три пролета лестницы и, оказавшись внутри, бросаю ключи на журнальный столик. Быстрый взгляд на телефон показывает отсутствие новых сообщений от Амелии.

Моя злость на Люка выдохлась еще по дороге назад. Ее место занимает беспомощность, словно одеяло, которое с каждым разом затягивается все туже и туже, пока я не перестаю мочь дышать. Я должна что-то сделать. Лежать на диване и чахнуть больше не вариант.

В резком дневном свете становится очевидно, до какого запустения я довела это место. Я начинаю с кухни, горстями выбрасывая протухшие контейнеры из-под еды на вынос. К тому моменту, как я заканчиваю, холодильник выглядит так, будто он принадлежит какому-то студенту, впервые живущему самостоятельно. Ничего, кроме йогурта, палочек сыра и соусов.

Я протираю столешницу вокруг раковины, постепенно входя в ритм. Возможно, мне не нужно ехать с Люком, я могу помочь