Читать книгу - "Идеальный отец - Alexis Hall"

после самого провального ужина в истории, когда ваша приемная дочь подкинула мясо в его веганское блюдо, разнесла в щепки унитаз, угнала тачку и вынудила его наплевать на профессиональную этику, чтобы спасти ее от колонии?

Я поразмыслил над этим ровно полсекунды. Ровно столько потребовалось, чтобы признать очевидное.

– Ладно, твоя правда. – И добавил: – Но, блин, как-то дико оставаться в стороне.

Бридж вздохнула – как-то взросло и грустно.

– Придется смириться, Люк. Золотые времена, когда мы караулили у постели каждого чихнувшего друга, безвозвратно прошли.

– Отстой.

– Вроде того. – На заднем плане щелкнул замок входной двери. – Но в этом есть и плюсы. Да, тебя не будет рядом, когда Отэм скажет первое слово, а я пропущу выпускные экзамены Джас...

– Если честно, – перебил я, – нас на ее экзаменах тоже, скорее всего, не будет. Сильно сомневаюсь, что соцслужбы оставят ее нам после ночного заезда на угнанном авто.

Но об пуленепробиваемый оптимизм Бридж разбивались любые аргументы.

– Опека все поймет. Злых людей вообще мало, Люк.

– Дело не в злости, – вздохнул я. – Дело в том, что они обычные замотанные клерки внутри огромной бездушной машины.

– Я к тому, – послышался хлопок автомобильной двери, – что даже если ты не делишь со мной, Томом и Отэм каждую минуту, а я не присутствую в вашей жизни с Оливером и Джас, мы все равно вместе. Наши жизни просто стали больше, чем в двадцать лет. Мы выросли, обросли важной работой, семьями, в конце концов, другими друзьями, которых встретили за эти годы. – Раздался щелчок ремня безопасности и заурчал мотор. – Погоди, на громкую переключу.

Я подождал.

– И речь не только о детях, – продолжила она уже чуть глуше. – У Брайана с Амандой сейчас тоже забот выше крыши, не то что десять лет назад. У Прии, у Терезы, у Энди. Ты просто копишь все это по дороге, и если ничего не отпускать, тебя разорвет. Наверное.

В ее изложении это прозвучало даже как-то уютно.

– Наверное, – без особой уверенности повторил я. – Ладно, давай класть трубку. Громкая связь за рулем – то еще удовольствие, не отвлекайся.

Бридж рассмеялась:

– Оливер на тебя влияет, да?

Показывать по телефону жест «совсем чуть-чуть» было бесполезно, поэтому я просто буркнул: «Да. Влияет», и мы распрощались. Едва Бридж отключилась – наверняка для того, чтобы тут же набрать кого-то еще, ведь мы с Оливером оставались последними занудами, соблюдавшими правила дорожного движения, – я поплелся вниз, проверить, как там дела на кухонном фронте.

Ну и заодно узнать, где носит этого чертова сантехника.

В итоге воскресенье доползло до финала в точности так же, как и началось, если не считать визита сантехника. Этот деятель содрал с нас кучу денег, мазнул герметиком по треснувшему фаянсу и обрадовал известием, что унитаз надо менять, причем желательно вчера.

К вечеру мы с Оливером окопались в гостиной в нашей классической позе: я уткнулся в Netflix, он – в ноутбук. От Бридж вестей не было, но групповой чат «В порядке ли гетеросексуалы (Remix)» кто-то деликатно переименовал в «Клуб выживших после званого ужина». Разумный компромисс: ирония на месте, мусор под ковер не замели, но и лишний раз не бередим раны после грандиозного срача о взаимных травмах, угнетении и идентичности.

– Думаю, все обойдется, – лениво обронил я в паузе между сериями дурацкого реалити-шоу.

Оливер оторвался от ноутбука:

– Сильно сомневаюсь. Вообще не понимаю, что Франческа нашла в Дэмиане, его же явно пугает ее бисексуальность.

– Да нет, – фыркнул я. – То есть да, там все глухо. Вообще-то я про наших, настоящих. Из реального мира.

На его лице промелькнула та самая улыбка, означающая: «я тебя подловил, а ты и не заметил».

– А, эти. Тогда конечно. Все утрясется. Они ссорятся не в первый раз и уж точно не в последний.

– Но так, чтобы все разом – по-моему, впервые.

Оливер отставил ноутбук и притянул меня к себе. Сидеть на коленях у собственного парня – зрелище, мягко говоря, не самое солидное для взрослого мужчины, но отказываться от этой привилегии я не собирался.

– Понимаешь, в этом плане обретенная семья ничем не отличается от кровной. Иногда большие праздники заканчиваются грандиозными скандалами.

– Шикарно. Нас ждут веселые сорок лет.

– Я же сказал «иногда». Не постоянно. И пускай это прозвучит до тошноты банально, важно не то, ссоримся мы или нет. Важно, сможем ли мы пройти через это с любовью и состраданием.

– Боже, – вздохнул я, утыкаясь ему в плечо. – Это и правда звучит тошнотворно.

– С правдой так часто бывает. – Оливер грустно улыбнулся и поцеловал меня в макушку. – Зато она настоящая. А это самое лучшее, что есть в реальности.

Глава 40

МНЕ ТААААК ЖАЛЬ ВСЕХ, – написала Бридж на следующее утро, как раз когда я подключался к зум-конференции. Я воспринял это как добрый знак: ее душеспасительные беседы с Питером, Дженнифер и семейством Джеймсов Ройс-Ройсов прошли без человеческих жертв.

Тут же вклинилась Прия: Поверить не могу, что пропустила единственный вечер, когда у нас наконец-то случилось хоть что-то интересное.

ЭТО БЫЛО НЕ ИНТЕРЕСНО ЭТО БЫЛО УЖАСНО ОБИДНО ВОТ ПОЧЕМУ МНЕ ВСЕХ ЖАЛЬ

Мне тоже жаль. Это был Джеймс Ройс-Ройс.

И мне. Другой Джеймс Ройс-Ройс.

На экране кого компьютера возник сияющий Алекс:

– Привет, Люк! Какая все-таки чудо-вещь эти технологии, а?

Мы пользовались ими уже года три как минимум, и это ценное замечание он выдавал стабильно раз в неделю.

– Ага, – буркнул я, – просто фантастика.

Хватит строить из себя взрослых, – строчила в телефоне Прия. – Я, блядь, жажду крови. Полиаморные чайлдфри-лесбиянки на тропе войны, епта!

Мы не чайлдфри, – отозвалась Энди. – У нас приемные дети.

Взрослые дети не считаются.

Еще как, блядь, считаются! – отрезала Тереза.

– Ладно, – обратился я к Алексу, убирая подальше телефон, пока там не начался очередной раунд дискуссии на тему «ваш жизненный выбор – отстой, и сами вы отстой». – Какой сыр любит тяжелую музыку?

– Рокфор.

– О. Ты знал этот прикол?

Алекс озадачился:

– Какой прикол? Просто я силен в анаграммах. У тебя ко мне какое-то дело?

Шутка, как обычно, обернулась против меня.

– Пожалуй, не сегодня.

Появившаяся в кадре двумя секундами позже Барбара Кленч времени