Читать книгу - "Машка Попова. Первый курс - Ирина Ульяненко"

Машка добралась до своей комнаты. Разгром никуда не исчез: блузка висела на люстре, одинокий носок лежал на столе, а шкаф выглядел так, будто пытался сбежать, но застрял в проёме.

Она оглядела это великолепие, сгребла одежду с кровати на пол и улеглась.

— Завтра уберу.

Это была одна из самых древних и наглых человеческих лжей.

Телефон пискнул.

Денис: «Ты дома?»

Маша: «Нет. Угнала трамвай, еду в Мексику».

Денис: «Я серьёзно».

Маша: «Дома».

Денис: «Завтра не опаздывай. Профессор Громов тебя запомнил».

Маша: «Я незабываема».

Денис: «Это точно».

Через несколько секунд пришло ещё одно сообщение.

Денис: «Кстати, ты мне понравилась».

Машка замерла. Перечитала. Потом ещё раз. Ого. Вот это поворот.

Она прикусила губу и напечатала:

Маша: «Спасибо. Ты мне тоже. Особенно когда молчишь».

Денис: «Романтика».

Маша: «Привыкай».

Она выключила экран. Закрыла глаза и почувствовала, что улыбается.

День был сумасшедший. Но хороший. Очень даже хороший.

Правда, Машка ещё не знала, что завтра её ждёт первая практика по анатомии — и что Лера, мечтавшая стать пластическим хирургом, при виде учебного препарата устроит такое представление, что профессор Громов впервые за тридцать семь лет преподавания задумается о пенсии.

А одним обмороком дело не ограничится.

Потому что когда в одной группе учатся Маша Попова, Денис Волков и Лера Соколова, медицина превращается в экстремальный вид спорта.

Конец третьей главы.

—

МАШКА ПОПОВА · ПЕРВЫЙ КУРС

Глава 4. Лера в отключке, или Трупы нервно курят

Утро началось с трагедии. Машка проспала. Опять.

Будильник звонил семь раз, телефон дважды свалился с кровати, а мама трижды заглядывала в комнату. Ничего не помогало. Мария Попова спала с таким упорством, словно ей за это начисляли стипендию.

— Мария! — раздался материнский вопль. — Семь часов сорок минут!

Из-под одеяла показалась растрёпанная голова.

— Мам, не ори. Я ещё не умерла.

— А я сейчас помогу!

Машка открыла один глаз, посмотрела на часы, закрыла. Потом резко села:

— Твою мать!

— Мария!

— Мам, это не тебе!

— А кому?!

— Времени!

Она выскочила из кровати, наступила на собственный лифчик, поскользнулась и с грохотом приземлилась на пол.

— А-а-а!

Мама ворвалась в комнату:

— Что случилось?!

Машка сидела, обнимая колено.

— Производственная травма.

— Какая ещё производственная?!

— При подготовке к трудовой деятельности!

Мама посмотрела на дочь, потом на лифчик, затем на люстру, где всё ещё висела белая блузка.

— Маша, убери ты наконец эту тряпку с потолка!

— Мам, не трогай! Это инсталляция!

— Какая ещё инсталляция?!

— «Последний день здравого смысла». Современное искусство.

— Я тебе сейчас такое искусство устрою!

Машка вскочила и бросилась в ванную.

Через десять минут она стояла перед зеркалом: волосы собраны в высокий хвост, джинсы натянуты, футболка почти чистая. На груди красовалось: «Я не спорю. Я объясняю, почему вы неправы».

— Идеально, — одобрила Машка.

Она схватила сумку и выбежала на кухню.

За столом сидел старший брат Андрей. Ел яичницу, читал новости и выглядел подозрительно счастливым.

— О, — сказал он. — Наша будущая мясницкая династия проснулась.

— Патологоанатом, придурок.

— Какая разница? Всё равно мясо разделывать.

— Андрюша, а ты знаешь, что мозг после смерти тоже можно исследовать?

— Знаю.

— Отлично. С тебя начинать не будем. Там нечего исследовать.

Отец подавился чаем.

Андрей поднял глаза:

— Маш, тебя в университете ещё не отчислили?

— Нет.

— Странно.

— Сам удивляюсь.

Мама поставила перед дочерью тарелку с бутербродами.

— Садись, поешь нормально!

— Не могу! Опаздываю!

— Ты вчера тоже не завтракала!

— Мам, я в медицинском учусь. Мы там и без еды выживем.

— Кто вам такое сказал?!

— Никто. Но я решила проверить.

Андрей ухмыльнулся:

— Маш, правда, что ты вчера нашла себе мужика?

Она медленно повернула голову.

— Кто тебе сказал?

— Мама.

— Мам!

— А что? Ты сама сказала, что была на свидании!

— Ну и как зовут счастливчика? — оживился брат.

— Денис.

— Бедный Денис. Он знает, что ты ненормальная?

— Узнает.

— Может, родителей предупредить? Они ещё успеют сына спасти.

Машка схватила бутерброд:

— Всё, я ушла!

— Машенька! — крикнула мама. — Халат взяла?!

Машка остановилась. Посмотрела на сумку и закрыла глаза.

— Блин.

— Я тебе его вчера погладила! Лежит на стуле!

— Мамочка, обожаю тебя!

Она сунула халат в пакет и пулей вылетела за дверь.

Из кухни донёсся голос Андрея:

— Мам, а может, её уже поздно спасать?

В автобусе Машка обнаружила сообщение от Леры.

Лера: «Машкаааа! Я боюсь!!!»

Маша: «Чего?»

Лера: «Сегодня практика по анатомии!»

Маша: «И?»

Лера: «Там будут настоящие препараты!»

Маша: «Ты думала, нам покажут плюшевых зайчиков?»

Лера: «Я думала, сначала хотя бы картинки!»

Маша: «Закрой глаза и представляй картинки».

Лера: «Ты ужасная подруга!»

Маша: «Зато красивая».

Следом написал Денис.

Денис: «Ты уже едешь?»

Маша: «Да».

Денис: «Надеюсь, сегодня без приключений».

Маша: «Не порть настроение».

Денис: «Громов сегодня будет показывать анатомические препараты».

Маша: «Ура!»

Денис: «Почему я не удивлён?»

Вот ради чего она сюда поступала. Не ради бессонных ночей, экзаменов или Кристины с бровями, похожими на архитектурное сооружение. А ради настоящей медицины.

Возле кафедры анатомии царила атмосфера лёгкой паники. Некоторые первокурсники выглядели бледными. Другие — возбуждёнными. Один парень даже принёс нашатырный спирт.

— Грамотный подход, — одобрила Машка. — Сразу аптечку организовал.

— Это для себя, — признался парень.

— А-а-а. Тогда удачи.

Лера стояла возле окна в идеально выглаженном халате. Волосы спрятаны под шапочку, лицо выражало такую скорбь, будто она пришла не на практику, а на собственные похороны.

— Машка! Я сейчас умру!

— Не сегодня. Сегодня у нас только знакомство.

— С кем?!

— С внутренним миром человека.

— Ты можешь хоть раз нормально ответить?!

— Могу. Но зачем лишать тебя радости?

Подошёл Денис. В белом халате он выглядел подозрительно хорошо: высокий, плечистый, тёмноволосый. И эта улыбка. Зараза. Красивая улыбка.

— Доброе утро, девушки.

— Волков, ты чего такой довольный? — прищурилась Машка.

— Выспался.

— Ненавижу тебя.

— Взаимно.

Он протянул ей бумажный стаканчик:

— Держи.

— Что это?

— Кофе.

— Мне?

— Нет, Геннадию Аркадьевичу. Но он сегодня не пьёт.

Машка улыбнулась:

— Ой, какой заботливый!

— Просто хочу предотвратить новую катастрофу.

— Если будешь меня каждое утро кофе поить, я, возможно, даже перестану тебя ненавидеть.

— Вот это стимул.

Дверь распахнулась. На пороге появился Громов.

— Заходим, будущие светила медицины! Халаты надеть, волосы убрать, телефоны выключить. И предупреждаю: никаких фотографий!

Машка спрятала телефон. В этот раз она твёрдо решила вести себя прилично. Хотя бы первые десять минут.

На столах стояли закрытые контейнеры с учебными анатомическими препаратами.

— Сегодня мы начинаем знакомство с анатомическим материалом, — произнёс профессор. — В нашей профессии необходимо прежде всего уважение к человеку. Даже если перед вами уже не живой пациент. Каждый препарат — не игрушка и не повод для развлечений. Работать только в перчатках