Читать книгу - "Райан. Гром среди ясного неба - Камеллия Т. Джонсон"

боли и обиды, от матери, что снова подняла на меня руку из-за Слейтера. Слезы душили, собравшись в горле огромным комом.

Кажется, мама последовала за мной, крича вслед проклятия. Но, быстро забежав в свою комнату, я закрыла дверь прямо перед ее носом и тут же заперлась на замок.

Миссия изолировать себя от злой ведьмы была выполнена. Но как же мысли, чувства и эмоции? Они никуда не уйдут, какие бы преграды я ни воздвигала между нами. В тот момент меня переполняли злоба и обида, возникла даже капелька ненависти. Но она была и остается моей матерью, нельзя просто отмахнуться от этой тяжелой ситуации.

Возможно, иным в силу их возраста мои проблемы в шестнадцать лет покажутся несущественными, даже пустыми. Только я не могла думать о них так. Райан был для меня всем, что имеет значение.

Мама постучала в дверь несколько раз, а когда я не открыла, крикнула:

– Сэм, открой дверь!

Я дергалась от каждого ее стука, сидя на кровати. А глаза, наполненные слезами, следили за единственной преградой, отделявшей меня от нее.

– Сэм, открой эту чертову дверь, – повторила мать. – Или я выломаю ее.

Как бы не так, мама. Ты не сможешь.

Я знала, что она неспособна выломать такую крепкую дверь.

Через некоторое время она, видимо, выдохлась и, перестав стучать, умолкла. Я сидела в прежнем положении, в диком напряжении, глядя на дверь, словно за ней находился не родной человек, а кучка монстров.

Злость отступила первой, вслед за ней и ненависть, но осталась обида, которая сжирала меня до самого утра.

Оказывается, я заснула. Осознала это, лишь открыв глаза и увидев, что в окна бьет утренний свет. В школу идти не хотелось: я точно знала, что мои веки опухли от слез. Есть у меня такая небольшая проблемка. Мне нельзя плакать больше десяти минут, иначе лицо распухает, как у аллергика, которого покусал рой диких пчел.

Сейчас меня больше не заботили слова или действия матери, не давала покоя лишь одна мысль. Она действительно может отправить меня к своему двоюродному брату в Техас, как обещала вчера. Вполне возможно, что она решит, будто это единственный выход из ситуации.

Встав, подошла к окну и выглянула наружу, где солнечные лучи играли в зелени травы и на листьях куста, в лепестках цветка, название которого не запоминала. Голод дал о себе знать тихим урчанием в животе. Вчера я не поужинала и уснула.

Проверив свой телефон, на котором были два сообщения от Райана и дюжина от Мелиссы, я не стала их читать, а схватила свежую одежду и вышла из спальни. Я все-таки решила, что лучше пойти в школу, чем остаться сидеть в четырех стенах комнаты. Хотя перспектива неплохая, если мама уйдет на работу.

Быстро сходив в душ и переодевшись, я спустилась вниз на разведку. Телевизор работал с утра. Нехороший знак. Значит, папа не лег вчера в своей комнате?

Тихо спустившись по ступеням, я прошла к дивану, стараясь не выдать своего присутствия. Но вместо отца обнаружила плохо выглядящую мать. Она сидела, опустив голову на руки, и тихо рыдала. Эта картина заставила меня ощутить укол в груди, в сердце защемило от боли.

– Мам? – тихо позвала ее и подошла поближе. Но не решилась прикоснуться.

Она не отвечала долгое время и даже не реагировала на меня. Я развернулась, чтобы уйти.

– Стой, – строго обратилась мама, когда я дошла до лестницы. – Нам нужно с тобой поговорить. И это срочно, Саманта.

Остановившись, я стала ждать очередных криков и обвинений, что я непослушная, плохая дочь. Но ничего из этого не последовало. Вместо грубости мама заговорила мягким тоном.

– Саманта, выслушай меня. Ты думаешь, я не понимаю тебя? Думаешь, не знаю, каково это – любить? Я все знаю, милая.

Ее слова причиняли боль. Видимо, потому, что нутром я понимала: такая реакция не могла быть спровоцирована простым нежеланием видеть свою дочь рядом с неподходящим ей парнем. У всего должна иметься веская причина. И я знаю, что сейчас она озвучит ее, и моей прежней жизни придет конец.

– Я должна признаться, – мать говорила не без труда, с большими паузами. – Если ты не послушаешься, я буду вынуждена сообщить тебе тайну, которая причинит боль не только тебе, малышка, но и нам с отцом. Ты же не хочешь разбить нашу семью?

Я держалась из последних сил, дабы не удариться в истерические слезы. Потому что только глупый не поймет, что в ее словах кроется секрет, который способен разрушить наши жизни.

– Слейтер – не тот парень, с которым ты можешь встречаться, девочка. И дело вовсе не в моей антипатии к нему, – она невесело усмехнулась. – Ты же помнишь, я сама беспокоилась о нем, когда ему было одиннадцать лет. Тогда он был при смерти, а мое сердце болело за него вместе с Райдером.

Слова стали складываться в единую картину. Райдер. Райан и я, которые не могут быть вместе. Все настолько очевидно, что ей не надо озвучивать это вслух. Боже… Упав на колени прямо у подножия лестницы, я закрыла лицо ладонями и заплакала. Мама быстро оказалась возле меня, попыталась поднять меня на ноги, а когда ничего не вышло, тоже села и обняла меня. И мы заплакали вместе.

– Малышка, боже! Прости меня за все. За вчерашнее, за прошлое, но от этого никуда не деться, родная.

Не надо, мама. Не озвучивай это, прошу. Я и так все поняла!

Поглаживая меня по голове, она говорила теперь нежным шепотом. Выплакивала свою боль и недоговоренные мысли, что терзали ее все эти годы. Но я не слушала.

– Держись от него подальше, Сэм. Просто перебори себя. Постарайся забыть.

– Я не могу, мама! – говорила я ей в ответ, не понимая, как справиться с этой болью.

– Детка, я не сказала главного.

Мои мучения были схожи с адской пыткой: меня медленно опускали в котел с кипящим маслом и вынимали на несколько секунд. Жизнь безвозвратно теряла краски.

– Не говори, прошу!

– Я бы молчала, Саманта. Но ты же спала с этим мальчиком, детка. Так нельзя. Это… Ты же не будешь противиться, думая, что это моя прихоть.

О боже, нет. Мама!..

– Саманта, я тебя не воспитывала такой. Этого нельзя допускать. Ты…

Решив, что с меня хватит и пора прекратить говорить загадками, я подняла голову и заявила:

– Почему? Что в этом такого? Вы были любовниками с его отцом, да? Райдер может оказаться моим отцом, этого ты боишься? А папа знает о твоих грехах?

Мама растерянно посмотрела на меня.

– Детка, поверь… Все не так просто.

Мне осточертели эти намеки. Вскочив на ноги, я зло посмотрела на мать сверху вниз.

– Ты должна была рассказать раньше, если хотела, чтобы тебя поняли. Мам, я прошу, скажи, чего ты хочешь от меня сейчас?

Вмиг переключив