Читать книгу - "Райан. Гром среди ясного неба - Камеллия Т. Джонсон"

что увижу моего синеглазого дьявола только в местах наименьшего скопления студентов. Ну… и в отсутствие сплетников.

Мы могли говорить в перерывах, если рядом не оказывалось местных «длинных языков», а их знали все ребята. Когда друзья Райана потешались над нами не очень жестоко, я улыбалась и сводила конфликт на нет. После занятий он всегда отвозил меня домой. И это даже не обсуждалось.

Это не казалось мне странным, ведь все парочки поступают так, верно? Они ходят вместе там, где это возможно, порой обедают, проводят время с друзьями… Парень и должен быть таким: внимательным и заботливым.

Но не Райан Слейтер. Помните, он другой! И я слишком поздно заметила это.

В один из вечеров мы с ним сидели в машине прямо перед моим домом (мама думала, что почти каждый вечер в районе шести-семи часов я делаю сложные школьные задания у Мелиссы, а та прикрывала мой зад, каждый раз сообщая мне о звонках матери с проверкой) и говорили в сотый раз о предстоящем выпускном бале у него и его друзей. Точнее сказать, говорила я, а Райан терпеливо слушал о моих планах на ту ночь. Я тараторила о необходимости купить шикарное платье, прикупить к нему туфельки и сумочку. При этом я ни разу не подумала о том, как объясню все маме. Что скажу ей? К кому иду на бал? Сейчас мои мысли были заняты лишь чувствами. Я летала на крыльях любви. Да и кто бы не летал рядом со Слейтером?

В один миг, видимо не выдержав моей болтовни, Райан издал странный вздох, подпирая щеку левой рукой.

– Мне очень жаль, Сладкий, – сообщил он глубоким голосом, – но я должен прервать тебя и поехать на тренировку.

Голос звучал виновато, что привело меня в глубокое изумление. В этот вечер Райан выглядел особенно грустным, так что в голову закрались сомнения, а не в моей ли болтовне дело?

Положив теплую, немного шершавую ладонь свободной руки на мою щеку, он натянуто улыбнулся, погладив скулу большим пальцем. И это была первая фальшь, замеченная мною за прошедшую неделю. Я просто была слепа. Или не хотела замечать ничего.

– Я понимаю.

Хотя ни черта не понимала, но солгала ради своего же блага. Не желая расставаться с ним, отвернулась в сторону и сморгнула влагу с глаз. Так легче было скрыть разочарование. Слабо улыбнувшись в ответ, повернулась к нему и поцеловала в щеку, потом в губы.

Райан обхватил мое лицо. Когда мы отстранилась друг от друга, он вымученно простонал, удерживая мои щеки своими ладонями, словно хотел зачерпнуть воды.

– Проклятие, Сэм!.. Зачем ты это сделала? – Я непонимающе смотрела на парня, о котором грезила, даже находясь рядом с ним. Ну как тут не сходить с ума от счастья? – Теперь только об этом и буду думать всю чертову тренировку, – проворчал он, убирая от меня руки.

Слейтер беззастенчиво поправил штаны, под которыми можно было заметить явное свидетельство его желания остаться со мной, чем вызвал во мне всплеск теплых эмоций. Я готова была расцеловать его всего за такое милое и неожиданное признание своей слабости передо мной. Победно улыбнувшись, снова потянулась и прижалась к его закрытым губам.

– Это моя… – я не успела договорить.

Дверь с моей стороны распахнулась. В образовавшемся пространстве, вопреки моим ожиданиям увидеть кого-то из друзей Райана, возникло перекошенное от злости лицо моей смерти в виде матери.

– Сэм, иди в дом! – приказным тоном сказала она.

У меня не было иного выбора, как послушно выйти из машины, даже не взглянув на Райана, и пойти к крыльцу, ни разу не оглянувшись. Мама не сразу пошла за мной, она задержалась и что-то предостерегающее сказала Райану. Я мало что услышала: в тот момент я думала не о словах, сказанных мамой Райану, и не о том, что он мог ответить, хотя об этом тоже стоило побеспокоиться. Меня волновал лишь предстоящий разговор.

Как только мы оказались в холле, мама накинулась на меня с криками, оскорбляя и обзывая последними словами.

– Ты такая дрянь, Саманта Эрик Фокс! Обманула мать! Разве я не запретила общаться с этим мальчиком? Разве не говорила, что с ним не стоит связываться?

Конечно, она говорила, но в силу моего возраста я решила, что любовь важней родительского запрета, не подозревая, что у всего есть ужасающие причины. И дело вовсе не в прошлой связи отца Слейтера и моей мамы.

Зная, что отчасти виновата перед ней, я молча слушала оскорбления, боясь что-либо возразить. Если задуматься, мама никогда не вела себя так неадекватно, как сейчас. Она всегда умела оставаться мягкой: когда в прошлом я разбила ее любимый китайский сервиз, она меня не наказала; когда я украла у нее довольно крупную сумму денег в третьем классе и потратила все с подругами на наши развлечения, то тоже легко отделалась. Она могла строго посмотреть и сказать, что так делать нельзя. Но отругать, а уж тем более ударить… Этого вообще никогда не случалось.

Мать трясло, как неуравновешенную истеричку. Схватив меня под локоть, она пару раз ткнула в меня пальцем.

– Это будет мое последнее предупреждение, Саманта. Если я еще раз увижу тебя рядом с ним, пеняй на себя. Мы с отцом были слишком добры к тебе, но знай, это легко изменить. Ты немедленно отправишься к своему дяде в Техас, если не прекратишь идти против моих правил.

Мама была серьезна. И надеяться, что ее слова были пустой угрозой, а не обещанием, не стоило.

– Мама, – смогла я заговорить. От чертового волнения голос дрожал, как осиновый лист на ветру. – Почему тебе не нравится Райан? Что он сделал тебе?

Предательские слезы, говорящие о моей любви к этому человеку, потекли по щекам. Мама оттолкнула меня с яростью, не свойственной столь хрупкой женщине. Она же всегда была сдержанной.

– Я не обязана отвечать на этот вопрос, Саманта Фокс! – проорала она, проходя в гостиную, а потом и на кухню. – Помни, – оглянулась она в дверях, – я предупредила, ты меня поняла?

Следуя за ней, я вздрогнула.

– Мам…

– Не возражай мне! Ты меня поняла?

Она ждала только одного ответа – что я безоговорочно соглашусь с ее условиями. Но мои чувства к Слейтеру были слишком сильны, и я рискнула высказать их вслух.

– Ты знаешь, что это невозможно выполнить. Потому что я люблю его, мам! Люблю! Как ты полюбила пап… – Меня заткнула на полуслове звонкая пощечина.

Это случилось второй раз. И жар обиды за такой поступок затопил меня до самых краев всего за секунду. В шоке схватившись за саднящую щеку, что горела огнем, я поглядела на эту женщину безумными глазами. Ничего не говоря, повернулась к лестнице и побежала наверх. Там я хотела скрыться от