Читать книгу - "Соседи. Книга 1 - Катерина Драгомирова"

17:43. От кого: Юлёк [аудиосообщение]: А что я ей сказала, я тебе отвечу только после того, как ты скажешь мне, с кем ты там шатаешься, пока я твою задницу прикрываю! Ясно?! Один раз – ладно, ну, даже сто один раз, тысячу один! Я тебя прикрою! Но, Ильина, поимей совесть, мне бы хоть понимать ситуацию! В одни ворота я играть не собираюсь! Мы с тобой подруги или как? По ходу, уже никак! И не ври! На уровне два плюс два я складывать умею! А еще у меня глаза есть, представь себе! И знаю я тебя двадцать лет, Ильина! Понятно тебе?!

Яростное шипение Новицкой говорило само за себя. От загривка вниз по позвонкам пробежал мороз, ушатом кипятка окатило, а сразу после будто в прорубь бросили. Таких интонаций в голосе подруги, такой ярости Уле еще слышать не доводилось, все было очевидно: она действительно обидела Юлю глухим молчанием, нежеланием поговорить. Обидела… Но… Как делиться наболевшим с тем, кто хоть и сказал, что «рад» налаживающемуся общению, но предупреждений при этом на голову высыпал… пару камазов? Прямо как мать, только выражения выбирает помягче. Выбирала…

А результат-то закономерный и винить в происходящем нужно лишь себя. Раз промолчала – Юлька проглотила, два промолчала – Юлька проглотила. Десять раз промолчала – …

17:45. Кому: Юлёк: Я с Егором, учусь водить мотик. А потом у меня встреча с Томом. Прости, Юль! Последнее время каша в голове.

17:45. От кого: Юлёк: Заметно!

17:46. От кого: Юлёк: Я сказала ей, что у меня прорвало стояк и что пришлось оставаться дома и вызывать сантехника. Успехов в учебе. Пламенный привет Тому.

Ну все, дело труба. «Нормальная» Юля засы'пала бы ее сейчас вопросами, ведь про вождение она впервые услышала вот только что, да и про встречу с Томом тоже. Но это «нормальная» Юля. А Юля, задетая до глубины души, демонстрирует, что раз заслужила к себе такое пренебрежительное отношение, то больше не задаст ни одного… Нет, не простит ее Юлька. В ближайшие лет сто точно. Сама виновата. Не тот это оказался случай, когда молчание – золото. Не тот.

Ульяна покосилась на Егора, который, заключив, что она взяла короткую паузу, решил проверить возможности байка на полигоне, куда более приспособленном для покатушек, чем пустырь на окраине их района. Сегодня они выехали в Тушино, и здесь действительно нашлось где разгуляться: пространство, природа, река Сходня и вообще – свобода! Глаза неотрывно следили за тем, как, оседлав «Ямаху», сосед ударил по газам: уже спустя пару секунд стало понятно, что скорость из байка выжата максимальная, еще через несколько мгновений мотоцикл достиг искусственной горки, установленной здесь ну точно для таких вот идиотских фокусов, взлетел в воздух и, пролетев черт знает сколько, встал на заднее, а затем и переднее колеса. Твою ж…

«Твою мать!!!»

Кажется, какое-то время ее сердце не билось, потому что следующий удар Ульяна ощутила особенно остро – наверное, так чувствуют себя люди, которых возвращают к жизни разрядом тока из дефибриллятора. Какого хрена?!

«…………»

«Так… Юлька…»

Новицкая задета и справедливо обижена, Чернов до инфаркта решил довести, руки трясутся, внутри взрывается тротил, и совладать с клавиатурой нет никаких шансов.

17:49. Кому: Юлёк [аудиосообщение]: Ю-у-уль… Ну прости меня… Я не знаю, что еще сказать, – дрожащим голосом зашептала Уля, неотрывно следя взглядом за приближающейся «Ямахой». – Я с тобой согласна: веду себя как последняя чмошница. Давай поговорим.

17:49. От кого: Юлёк: С мужиками своими разговаривай. Явно поважнее будут.

«Боже… Ты ведь не поймешь… Я не смогу объяснить тебе так, чтобы ты меня поняла…»

17:49. Кому: Юлёк [аудиосообщение]: Разговаривать сейчас у меня только с Коржиком выходит…

«Он молчит…»

17:49. От кого: Юлёк: Ильина, знаешь что? Катись ты… с такими заявлениями!

Приплыли, все. Двадцать лет общения, но до такого у них еще не доходило. Неужели это конец? Не может быть… И что ей теперь делать? Дать Юле время остыть?

Меж тем Егор благополучно вернулся на точку, поднял визор и будничным тоном поинтересовался:

– Попробуешь?

И без того тошно: внезапная и болезненная ссора с Новицкой в считаные мгновения выбила почву из-под ног, а тут еще и этот! Они все сегодня решили ее довести?

– Егор, ты че творишь?! Жить надоело?! – накинулась Ульяна на соседа. Если бы маленькой была, поколотила бы кулачками, а так только и оставалось, что пялиться на него глазами навыкате, гневно раздувать ноздри, вспоминать про себя трехэтажный матерный, чувствовать, как сердце проламывает стенки, проклинать его любовь к экстриму и… Похоже, начинать вспоминать молитвы. Уже пора.

– Малая, очень мило, что ты волнуешься, но опыт в мотокроссе у меня неплохой, так что истерику прекращай, – стягивая шлем, беззаботно усмехнулся Егор. – Этот байк, конечно, для полетов не приспособлен, тяжеловат. Но должен же я был проверить.

«Иди в пень, ясно тебе?!»

На этот мысленный посыл он лишь хмыкнул и, поджав губы, головой помотал, показывая, что по данному адресу отправляться не намерен. Как и по всем другим адресам, точные координаты которых прямо сейчас светились на ее лбу. Ему и тут хорошо, мол.

– Ладно, больше не буду. По крайней мере, при тебе. Буду ползать раненой улиточкой. Только лицо попроще сделай, – задористо подмигнул он ей.

Вот зачем он так подмигивает? Он вообще отдает себе хоть малейший отчет, что с ней делает?! Кипяток, лаву по венам пускает, дурманит сознание! Имея при этом самый безгрешный вид! А ведь только что прибить его хотелось… А теперь…

«„Лицо попроще“… Боже, как вынести?.. Дай мне сил…»

Закатив глаза к розовеющему небу, безоблачному и ко всему равнодушному, Уля рвано вздохнула:

– Кажется, на сегодня впечатлений мне хватит. Как отсюда добраться до метро?

– Всего-то километров пять-шесть, – склонив голову к груди, уставился на нее Егор исподлобья. В голосе слышалось неподдельное удивление. – Держи курс на горизонт. На закатное солнышко.

– Очень смешно…

Ей не смешно. Ей вообще не смешно, когда он так пристально смотрит. Душа плавится, как от огня плавится воск. И все, о чем в эти моменты способна думать ее голова, – это… Ни о чем. Ни. О. Чем. Заставлять себя спокойно стоять на месте, не сделать шаг вперед – то еще испытание. Точно не для ее нервной системы.

Егор вскинул подбородок, недоуменно поднял брови и усмехнулся:

– Не, малая, ты серьезно? Довезу я тебя до метро, без проблем. Куда намылилась на ночь глядя?

– Да так… – спрятала она глаза. Невозможно выдержать! Вата в голове! Эта пытка уже вечность длится! – У меня встреча с одним товарищем. Надо еще где-то переодеться успеть, не ехать же в таком виде…

Сосед окинул ее оценивающим взглядом и снова хмыкнул. Вот что он постоянно ухмыляется? Она кажется ему смешной? Ну да, так и есть… Маленькой