Читать книгу - "Принцесса Ардена - Софи Анри (российский автор)"

– Вириан не соврал. Он разочарован и опечален твоим отказом, но в его сердце нет боли. Либо он слишком силен, либо слабак я.

– Что ты имеешь в виду?

– Он знает тебя целый год, а его сердце до сих пор не пало к твоим ногам. – Изану сокрушительно нежно провел большим пальцем по ее скуле, отчего у нее вмиг перехватило дыхание. – А мое сердце разбивается и собирается по осколкам вновь и вновь от каждой твоей улыбки.

* * *

Кабинет короля Рэндалла был обставлен скромно, даже аскетично. Напротив окна громоздился старинный стол на резных ножках, который, сколько себя помнил Изану, всегда был завален кипой бумаг, и лишь Единый знал, как король находил в таком хаосе нужные записи и документы. Две стены от пола до потолка полностью занимали книжные полки, заполненные томами и свитками на разных наречиях. Из украшений на стенах были только портреты Райнера Корвина, дедушки короля Рэндалла, и Виктории Корвин – его матери.

Изану рассматривал изображение красивой молодой женщины с печальным взглядом, пока король Рэндалл задумчиво постукивал указательным пальцем по поверхности стола, переваривая его слова. Изану пришел к нему поутру и прямо заявил о своих намерениях в отношении его дочери, не забыв упомянуть о том, что она расторгла помолвку с северным князем. Король Рэндалл, если и был шокирован его неслыханной дерзостью, то виду не подал.

После длительного молчания, которое тянулось для Изану целую вечность, он наконец заговорил:

– Изану, я знаю твоего отца с самого детства, и за эти годы он стал мне названым братом. Он находился рядом с моей семьей в самые сложные для нас периоды и не раз спасал мне жизнь. А твоя мать – самая близкая подруга моей жены. То, что она когда-то сделала для Авроры… – Король Рэндалл на мгновение прикрыл веки и покачал головой. – Не каждая мать осмелится на такой подвиг ради своего дитя, что уж говорить о друзьях. Поэтому я очень дорожу твоими родителями. Я готов был одарить их титулом, богатствами и землями, если бы твой отец не был таким упрямцем.

Изану усмехнулся, хотя смешок вышел печальным. Скольких проблем удалось бы избежать, если бы много лет назад отец согласился принять титул лорда.

– Что касается тебя, Изану, – продолжил Рэндалл. – Ты рос на моих глазах, и я всегда относился к тебе как к собственному сыну. Но раз речь идет о моей дочери, я не могу не спросить. – Его взгляд стал суровым. – Почему я должен дать тебе свое благословение? С чего ты взял, что достоин моей дочери?

Изану ждал этого вопроса. Он с малых лет изучал дипломатию и знал, что к каждому можно найти подход. Прежде чем получить желаемое от того или иного человека, он всегда досконально изучал его характер, сильные стороны и слабости, страхи и надежды, потаенные желания и самые низменные страсти. Потом дергал за нужные ниточки, как искусный кукловод, и люди открывались ему и делали все, о чем бы он ни попросил.

Но были люди-исключения.

Короля Рэндалла Изану знал с самого детства. Он прекрасно понимал, что никакие манипуляции не сработают. Помочь добиться одобрения могла лишь искренность.

– Потому что я люблю вашу дочь так, как никто никогда больше не полюбит, Ваше Величество.

– Вот как? – Он недоверчиво скривил уголок рта.

– Да, – не колеблясь, ответил Изану. – В моем сердце и мыслях нет и не было никогда места никому, кроме принцессы Роксаны. Я готов на все, чтобы она была счастлива. И это не пустые слова. Вы знаете, что я унаследовал от отца часть его способностей. – Тут Изану слукавил. Как и отец, он продолжал держать в тайне то, что его способности во сто крат превосходят силы любого адепта теней. – Вы даже не заметите, что вашей дочери плохо, а я уже буду рядом и заберу ее боль себе. Мне не нужны ее откровения – я пойму все ее чаяния и страхи без слов. Вы спросите, готов ли я отдать за нее жизнь, а я уже приставлю кинжал к собственному горлу, если это потребуется для ее благополучия. Я всегда буду рядом, стану для нее верным слугой и надежным защитником, а для ее врагов – беспощадным палачом. Я буду для нее кем угодно, потому что она для меня стала всем.

Король Рэндалл поднялся из-за стола и направился к окну. Когда его терзали сомнения, он всегда так делал – смотрел вдаль на горизонт, где Мглистые горы утопали в туманной дымке.

Соблазн прочесть его эмоции и мысли был как никогда велик, и Изану с трудом сдерживал магию, которая желала вырваться наружу. Он волновался, поэтому контролировать силу было сложно. Виски сдавила знакомая боль.

«Чего ты ждешь? Ты сильнее его, он даже ничего не заметит», – прошептал низкий старческий голос.

«К чему унижаться, когда ты можешь забрать то, что и так твое?» – вторил ему юношеский.

Изану тряхнул головой и прикусил язык, отчего рот наполнился солоноватым привкусом. Это привело его в чувства.

Король Рэндалл обернулся.

– Я верю тебе, – сказал он, но его тон Изану не понравился. – Более того, я давно догадался, что ты любишь мою дочь. Ты так молод, но уже сумел вернуть себе титул предков, заручиться поддержкой короля Востока и уважением при дворе Ардена. Думаю, я смог бы убедить членов Королевского совета, что ваш брак с Роксаной не бросит тень на корону.

Изану напрягся.

«Не слушай его! Подчини! Для тебя это легче легкого. Подчини его!» – злобно роптали голоса, но он мысленно велел им заткнуться.

– Смогли бы, но не станете? – Единый свидетель, каких усилий стоило Изану, чтобы вопрос прозвучал без упрека и разочарования.

Король Рэндалл вернулся к столу, сел и посмотрел на него с неприкрытым сожалением.

– Не стану. И дело не в тебе, Изану.

– А в чем же тогда?

– В Роксане. Я очень люблю свою дочь. Но она слишком юна, а еще избалованна, в чем, конечно же, винить нужно только меня. Сейчас она твердо убеждена, что никто, кроме тебя, ей не нужен. Возможно, после нашего разговора она закатит истерику или перестанет разговаривать со мной, а, может быть, снова попытается сбежать из замка, как в прошлый раз. Но я боюсь, что это очередной каприз моей принцессы. – Рэндалл сочувственно улыбнулся. – Сейчас она даже согласится отказаться от титула ради тебя, но что, если через год она поймет, что ты – лишь временное увлечение?

В груди Изану что-то болезненно дрогнуло,