Читать книгу - "Машка Попова. Первый курс - Ирина Ульяненко"

Господи… Машка прищурилась. — Чего? Брат осторожно подошёл к столу. Провёл пальцем по поверхности. Посмотрел на палец. Потом на сестру. — Пыли нет. — Андрей… Он испуганно повернулся к маме. — Вызывай врача. Это не наша Машка. — АНДРЕЙ! — НАША БЫ УЖЕ ПОЛОЖИЛА СЮДА ТРИ КРУЖКИ И НОСОК! Мама расхохоталась. Машка схватила со стола учебник. Брат мгновенно отступил. — ТОЛЬКО НЕ АНАТОМИЕЙ! ОНА ТЯЖЁЛАЯ! На самом деле Машка действительно готовилась серьёзно. Перед ней была открыта презентация. На первом слайде красовалось название: «Морфологические артефакты: когда микроскоп показывает не то, что кажется». Ниже стояло её имя. Мария Сергеевна Попова. Студентка первого курса. Она уже минут десять рассматривала эти строки. И испытывала странное чувство. С одной стороны — гордость. С другой — ужас. Потому что одно дело отвечать на вопрос преподавателя. И совершенно другое — стоять перед аудиторией, где будут старшекурсники, преподаватели и настоящие специалисты. Машка вздохнула. Посмотрела на фотографию гистологического препарата. Потом на собственное имя. И пробормотала: — Господи, Мария Сергеевна… Куда же ты полезла? Из-за спины раздался голос Андрея: — В науку! Она подпрыгнула. — АНДРЕЙ! ТЫ ЧЕГО ПОДКРАДЫВАЕШЬСЯ?! Брат рассмеялся. — А ты чего разговариваешь с ноутбуком? Машка задумалась. — Репетирую. — С ноутбуком? — Да. Андрей довольно кивнул. — Хорошо. Значит, бутерброды наконец получили выходной. В понедельник Аркадий Семёнович Беляев устроил первую репетицию. Неофициальную. Для своих. В небольшой аудитории собрались Машка, Денис, Лера, Кристина, Стас и несколько участников научного кружка. Беляев поставил ноутбук на кафедру. Проверил изображения. Потом повернулся к Машке. — Мария Сергеевна, готовы? Она выпрямилась. — Да. Преподаватель улыбнулся. — Тогда начинайте. Машка подошла к кафедре. Посмотрела на аудиторию. Увидела Дениса. Он улыбался. Лера подняла большой палец. Кристина приготовила блокнот. Стас сидел в третьем ряду. И ел пирожок. Машка глубоко вдохнула. — Добрый день, уважаемые… Она замолчала. Посмотрела на экран. Потом снова на слушателей. И вдруг поняла, что совершенно забыла первое предложение. Вообще. Словно кто-то аккуратно вынул его из головы. Беляев терпеливо ждал. Денис ободряюще улыбался. Стас продолжал жевать. Машка сглотнула. — Сегодня я хотела бы… Пауза. — Рассказать… Ещё пауза. И наконец совершенно честно закончила: — О том, что я сейчас забыла, как начинается моя собственная презентация. Наступила тишина. Потом Лера прыснула. Кристина закрыла рот ладонью. Денис улыбнулся. А Стас, не переставая жевать, торжественно поднял руку. — Попова, можно предложение? Машка обречённо посмотрела на него. — Давай. — Начни со слов: «Здравствуйте, меня зовут Маша, и я уже пять минут не употребляла слово “котлета”». Аудитория взорвалась смехом. Даже Беляев не удержался. Машка закрыла лицо ладонями. — Господи, за что мне такая группа?! Когда все успокоились, Беляев подошёл к кафедре. — Мария, давайте попробуем иначе. Она кивнула. — Хорошо. — Закройте презентацию. Машка удивилась. — Совсем? — Да. Он выключил изображение. Повернулся к ней. — Теперь объясните мне своими словами, о чём вы хотите рассказать. Машка задумалась. — О том, что иногда изображение под микроскопом может вводить в заблуждение. — Почему? — Потому что при подготовке материала возникают изменения, которых не было в ткани до обработки. — Например? Она оживилась. — Складки среза. Разрывы. Следы неравномерной окраски. Некоторые повреждения, возникающие при обработке материала. Беляев кивнул. — Хорошо. А почему это важно? Машка ответила уже увереннее: — Потому что артефакт можно ошибочно принять за патологическое изменение. Или наоборот — из-за него не заметить важные детали. Поэтому нужно понимать, как готовится препарат, и не делать вывод по одному подозрительному участку. Преподаватель улыбнулся. — Вот. Она удивлённо посмотрела на него. — Что «вот»? — Вы только что объяснили основную мысль выступления. Без презентации. Без заранее заученного вступления. И вполне понятно. Машка замерла. Потом медленно улыбнулась. — Правда? — Правда. Теперь начните именно с этого. Он включил экран. — Только не пытайтесь произнести идеально выученный текст. Расскажите людям то, что сами поняли. Машка глубоко вдохнула. Повернулась к аудитории. И произнесла: — Представьте, что вы смотрите в микроскоп и видите подозрительное изменение ткани. Оно выглядит необычно, и вам очень хочется сразу решить, что вы нашли болезнь. Но что, если это всего лишь складка, которая появилась при подготовке препарата? Она сделала паузу. — Сегодня я хочу показать, почему первое впечатление под микроскопом не всегда бывает правильным. Беляев довольно улыбнулся. — Прекрасно. Продолжайте. Дальше стало легче. Намного. Машка показывала изображения. Объясняла различия. Сравнивала нормальное строение ткани с участками, где были видны особенности подготовки среза. И постепенно забывала о страхе. Потому что ей действительно было интересно. Она рассказывала о том, что понимала. О том, что изучала. О том, что заставляло её часами сидеть над микрофотографиями. Но на четвёртой минуте Беляев неожиданно поднял руку. — Мария, остановитесь. Она замерла. — Что-то неправильно? Он улыбнулся. — Нет. Но вы уже почти вышли за отведённое время. Машка посмотрела на часы. Потом на презентацию. Потом снова на часы. — Как?! Лера рассмеялась. Кристина покачала головой. А Стас совершенно серьёзно произнёс: — Попова, ты как моя бабушка. Спросишь, как дела, — и через час узнаешь историю всего района. Машка повернулась к нему. — Морозов, тебе ещё жить надоело? — Нет. Поэтому я на заднем ряду. После репетиции Кристина подошла к Машке с блокнотом. — У меня есть замечания. Машка насторожилась. — Сколько? Кристина посмотрела на записи. — Восемь. — ГОСПОДИ! — Не драматизируй. Она открыла первую страницу. — Во-первых, у тебя слишком мелкие подписи на втором слайде. Машка кивнула. — Хорошо. — Во-вторых, третья фотография занимает половину экрана, хотя именно на ней нужно рассмотреть детали. — Исправлю. — В-третьих, ты дважды объясняешь одно и то же. Машка задумалась. — Правда? Кристина кивнула. — Да. Потом улыбнулась. — Но само выступление хорошее. Машка удивлённо посмотрела на неё. — Серьёзно? — Серьёзно. Особенно когда ты перестала читать с экрана. Она помолчала. И добавила: — У тебя получается увлекать людей. Машка улыбнулась. — Спасибо. Кристина закрыла блокнот. — А теперь давай исправим слайды. Машка тяжело вздохнула. — Ты прямо как моя мама. Кристина приподняла бровь. — Это комплимент? — Пока не определилась. Лера тем временем сидела возле окна и переписывалась с Никитой. Машка заметила. Подошла. Села рядом. — Ну что, наша соломенная вдова? Лера возмущённо подняла голову. — МАШКА! — Что? — Он всего две недели отсутствует! — Ага. И ты уже половину времени разговариваешь с телефоном. Лера покраснела. — Мы переписываемся. Машка улыбнулась. — Я вижу. Подруга показала ей фотографию. На снимке Никита стоял возле огромного макета здания. С линейкой в руках. С растрёпанными волосами. И с совершенно счастливым лицом. — Смотри, — сказала Лера. — Они сегодня закончили первый этап проекта. Машка внимательно посмотрела. — Красиво. — Правда? — Ага. Только я не понимаю, что это. Лера рассмеялась. — Это общественный культурный центр. Никита помогает готовить архитектурную модель. Машка задумалась. — О! Значит, он тоже