Читать книгу - "Машка Попова. Первый курс - Ирина Ульяненко"

работает с моделями. — Ну да. — Только мы со скелетами, а он со зданиями. Лера улыбнулась. — Получается. Машка некоторое время рассматривала фотографию. Потом неожиданно спросила: — Лер, а ты чего грустная? Подруга вздохнула. — Он обещал приехать в выходные. Но пока неизвестно, получится ли. Машка кивнула. — Работа? — Да. У них сроки сдвинулись. Она опустила телефон. — Я понимаю, что стажировка важная. Правда понимаю. Но всё равно обидно. Машка осторожно обняла её. — Конечно обидно. Лера прижалась к подруге. — А вдруг он вообще не приедет? — Тогда приедет в другой раз. — Маш, ты всё так просто говоришь. Машка задумалась. — Нет. Просто я не хочу, чтобы ты заранее пережила десять катастроф, которых ещё не случилось. Лера помолчала. Потом улыбнулась. — Ладно. Разумно. Машка гордо кивнула. — Вот. А теперь покажи, что он ещё написал. Лера удивилась. — Зачем? Машка улыбнулась. — Я же любопытная. Это моя главная научная квалификация. Вечером Машка приехала домой раньше обычного. И обнаружила на кухне необычную картину. Андрей сидел за столом. Перед ним лежала стопка футболок. Рядом — рулон упаковочной бумаги. Большие ножницы. Несколько этикеток. И коробка печенья. Машка остановилась. — Андрюш… — Что? — Ты чего? Брат поднял голову. — Заказ готовлю. — Какой? — Для кондитерской. Машка подошла. На футболках была нарисована маленькая обиженная булочка. С веснушками. С руками, скрещёнными на груди. И надписью: «МЕНЯ ОПЯТЬ ЗАМЕСИЛИ В ЭТУ ИСТОРИЮ». Машка улыбнулась. — Красиво получилось. Андрей просиял. — Правда? — Ага. Она взяла одну футболку. Проверила рисунок. Ткань. Швы. Потом аккуратно сложила обратно. — Молодец. Брат довольно кивнул. — Спасибо. Машка посмотрела на коробку печенья. — А это зачем? Андрей улыбнулся. — Кондитерская прислала образцы продукции. Чтобы мы лучше понимали их стиль. Она замерла. Посмотрела на печенье. Потом на брата. — Андрюша… — Что? — То есть теперь тебе присылают еду за то, что ты рисуешь еду? Он задумался. — Получается. Машка медленно села. — Господи… Потом очень серьёзно спросила: — А в научном кружке так можно? Андрей расхохотался. — Мелкая, ты неисправима! Через полчаса мама обнаружила их обоих на кухне. Они сидели рядом. Перед каждым — чашка чая. Посреди стола — печенье. Андрей показывал Машке новый макет. Она давала советы. Иногда смеялась. Иногда спорила. И в какой-то момент совершенно серьёзно произнесла: — Нет, Андрюш. У булочки глаза слишком счастливые. Брат задумался. — А какие надо? — Уставшие. Чтобы было видно: жизнь её потрепала. Он кивнул. — Понятно. Мама остановилась. Посмотрела на них. Потом на экран. И тихо произнесла: — Господи, дети… Машка подняла голову. — Что, мам? — Я вот смотрю на вас и думаю… Андрей насторожился. — Что? Мама вздохнула. — Если бы мне кто-нибудь двадцать лет назад сказал, что мои дети будут сидеть на кухне и обсуждать психологическое состояние нарисованной булочки, я бы не поверила. Машка захохотала. Андрей довольно улыбнулся. — Мам, это называется разработка персонажа. Мама посмотрела на него. — Андрей, это называется семейное сумасшествие. На следующий день в университете произошло событие, которое заставило Машку усомниться в собственном здравомыслии. После пары по анатомии к ней подошёл Стас. Без пирожка. Без бутерброда. Даже без бутылки газировки. Это было настолько необычно, что Машка сразу насторожилась. — Морозов… Он серьёзно посмотрел на неё. — Попова, мне нужна помощь. Она удивилась. — Какая? Стас помолчал. Потом достал из рюкзака тетрадь. Открыл. И показал ей страницу. Там были аккуратно нарисованы схемы. Подписаны мышцы. Отдельно выписаны вопросы. И даже сделана таблица. Машка замерла. Посмотрела. Потом медленно подняла глаза. — Стас… — Что? — Ты это сам сделал? Он обиженно нахмурился. — А кто? — Ну… мало ли. Стас вздохнул. — Мне надо нормально сдать следующую контрольную. Машка заинтересовалась. — Почему вдруг? Он пожал плечами. — Надоело быть самым тупым в группе. Машка перестала улыбаться. Посмотрела на него внимательно. — Стас, ты не тупой. Он усмехнулся. — Ну конечно. — Я серьёзно. Морозов опустил глаза. Машка продолжила: — Ты иногда ленишься. Иногда отвлекаешься. Иногда сначала шутишь, а потом думаешь. Но это не значит, что ты не можешь учиться. Стас некоторое время молчал. Потом тихо сказал: — А мне кажется, все уже привыкли, что я дурачок. Машка задумалась. Она вдруг вспомнила, сколько раз сама смеялась над ним. И стало немного неловко. Потому что Стас действительно часто вёл себя смешно. Но, возможно, никто давно не спрашивал, как он к этому относится. Она осторожно закрыла тетрадь. — Слушай, Морозов. Он поднял голову. — Что? — Давай договоримся. Ты перестаёшь изображать человека, которому ничего не нужно. А я помогу тебе разобраться с темами. Стас удивился. — Правда? — Правда. Он улыбнулся. — Спасибо, Попова. Машка кивнула. — Только при одном условии. Он насторожился. — Каком? Она совершенно серьёзно произнесла: — Во время занятий пирожки не разговаривают. Стас задумался. — А есть их можно? Машка рассмеялась. — На перемене. — Жестокая женщина. — Будущий врач, Морозов. Привыкай. Первое занятие со Стасом состоялось в библиотеке. К ним присоединился Денис. Потом Кристина. А Лера принесла цветные карточки. Машка удивлённо посмотрела на них. — Это что, мы целую учебную группу организовали? Кристина пожала плечами. — А почему нет? Денис улыбнулся. — Вместе проще. Стас сидел посреди стола. Перед ним лежали учебники. Тетради. Карточки. И одна маленькая булочка. Машка медленно подняла бровь. — Морозов… Он виновато улыбнулся. — Это для мотивации. Она задумалась. Потом махнула рукой. — Ладно. Но сначала анатомия. Через сорок минут выяснилось, что у Стаса действительно не всё плохо. Он неплохо запоминал схемы. Хорошо ориентировался в пространственном расположении структур. Но часто путал названия. Особенно латинские. — Так, — сказала Машка. — Ещё раз. Где находится двуглавая мышца плеча? Стас уверенно показал. — Вот. — Хорошо. А основное действие? Он задумался. — Сгибание в локтевом суставе. — Отлично. А ещё? Стас посмотрел на рисунок. Потом осторожно ответил: — Супинация предплечья? Машка просияла. — ПРАВИЛЬНО! Он удивлённо поднял голову. — Серьёзно? — Да! Стас улыбнулся. И вдруг стал похож на школьника, которому впервые поставили хорошую оценку по трудному предмету. Машка заметила это. Но ничего не сказала. Просто перевернула следующую карточку. — Продолжаем. Через час он устал. Через полтора — начал путать слова. А через два неожиданно заявил: — Всё. У меня мозг воспалился. Машка посмотрела на него. — Нет, Морозов. У тебя просто наступило утомление. Стас задумался. — А разница? Кристина закрыла глаза. Денис рассмеялся. Лера захихикала. А Машка совершенно серьёзно ответила: — Огромная. Воспаление — это сложная биологическая реакция. А у тебя сейчас обычная потребность поесть и отдохнуть. Стас моментально оживился. — ТО ЕСТЬ МОЖНО БУЛОЧКУ?! Машка тяжело вздохнула. — Можно. Он счастливо схватил пакет. И тут же спросил: — А после еды продолжим? Машка посмотрела на него. Потом улыбнулась. — Продолжим. Когда все начали собираться, Кристина задержалась возле Машки. — Слушай… —