Читать книгу - "Страсти и человеческий выбор - Дубинская В.В."

переживание. Однако «страх, как и другие базовые эмоции, выполняет важные адаптивные функции» [27]. Страх нас защищает, он нас предупреждает: что-то еще не произошло для нас опасное, а мы это можем предчувствовать. Это проекция [35]. Страх социализирует [27], обращая нас к другим людям и заставляя искать у них заботы и помощи. Страх мотивирует нас к развитию, указывая нам на «пробой», «течь» в нашей экзистенции [38]. В этом плане фобия похожа на включенную сигнальную лампу на панели автомобиля – ехать еще можно, но определенной структуре личности нужно внимание и укрепление. Необработанные фобии, как все непрожитые страхи, сковывают личность, уменьшают свободу ее проявления, расшатывают опоры, рождают чувство неуверенности.

Джон Боулби [9] говорил о взаимосвязи между отношениями с носителем заботы и привязанности (родителями) и развитием базового чувства безопасности или чувства неуверенности и страхов. В ситуации угрозы одно лишь присутствие близкого человека может создать мощную преграду страху и его последствиям. Это знание, применимое к отношениям клиента и терапевта, делает процесс встречи со страхом на терапевтическом сеансе очень диалогичным и требует от терапевта принятия, открытости и человеческого участия.

Сессия. Страх перед эскалатором

Эта терапевтическая встреча случилась на группе обучения психотерапии, и сама клиентка – дипломированный психолог. Имея много часов личной терапии, она не поднимала тему своей двадцатилетней (!) фобии, считая ее, с одной стороны, чем-то стыдным, а с другой стороны, настолько привычным, что тема ни разу не стала на сеансах актуальным переживанием. Лишь специальные вопросы на группе по теме страхов и фобий позволили выйти из тени достаточно сильному ограничению ее жизни москвички – страху перед эскалатором. Эта работа может служить иллюстрацией случая фобии после пережитого и частично вытесненного травматического опыта в детстве.

Эта сессия интересна тем, что в ней можно увидеть технологии работы с бессознательным: с телесными феноменами, образами, импульсом. В этой сессии можно увидеть, как выходит на свет скрытая за фобией травма насилия в детстве. Работа заканчивается техниками самоподдержки, наработкой ресурсов, чтобы преодолеть чувство незащищенности. Я конфронтировала с социальной установкой «будь вежливой, чтобы быть принятой», подкрепленной невротическим чувством – «если я не буду хорошей, меня не будут любить». Энергия раскрытия клиента в ходе сессии поднимается неравномерно, можно увидеть многократные прерывания процесса критическим самоотношением. Необработанные, эти реакции блокируют доступ к пониманию себя.

Таня: Можно мне плед взять? Меня то в холод, то в жар кидает. И я уже не уверена, хочу ли я говорить о своем страхе… Вот уже 20 лет я до ужаса боюсь эскалаторов. Мне важно ездить на метро. Я понимаю, что я себя ограничиваю в жизни. Но мне очень плохо. Мне трудно даже говорить об этом. Я теряюсь в своих переживаниях. Я начинаю смотреть на себя как бы со стороны, и я таю. Меня больше нет, я исчезаю сама для себя… А мне важно ощущать свое состояние, телесно себя чувствовать… Как я только начинаю думать о метро… жутко… в голове шум, почва уходит из-под ног, как будто вообще весь мир исчезает, и я исчезаю. То есть, мир как будто отдаляется, а я отделяюсь от мира и начинаю пропадать… Не буду торопиться. Я напряглась, зависла, ослаблены руки и ноги…

Терапевт: Не торопись, никуда не двигайся, просто продолжай описывать подробно свои телесные ощущения. Я рядом.

Таня: Дрожь пошла волной по телу, руки слабеют, становятся ватными, ноги от колен и ниже ватные. Руки и ноги холодеют. Ищу ногами пол… Дыхание поверхностное, но мне кажется, что оно учащается. И волнение, и тревога появляются. Я даже стараюсь не дышать. Мне легче, если не дышать. Тревога исчезает. Хочется вдохнуть. (Делает глубокий вдох.)

Терапевт: И когда ты вдохнула…

Таня: Какое-то мгновение было хорошо, отпустило. А сейчас твой вопрос опять концентрирует меня, и мне неприятно. В груди странные ощущения. (Резкий выдох.) Мне не хватает воздуха. Ерунда происходит с моим дыханием. Мне хочется вдохнуть, но почему-то… Я не нарочно! Оно все равно прерывается.

Терапевт: «Ерунда», «не нарочно» – ты стала оправдываться?

Таня: Мне неловко за это состояние. Когда я начинаю так подробно описывать себя, у меня появляется стыд. Я себя критикую… пледом накрылась: то жарко, то холодно… я чувствую, что я… ненормальная какая-то. Хочется бросить это исследование.

Терапевт: Когда на тебя смотрю, когда я тебя слушаю, я не чувствую, что с тобой что-то «не так». Ты описывала, что с тобой делает страх. Потом включился внутренний критический голос, ты поддалась его влиянию, стало стыдно и неприятно. Внутренняя защита хочет переключиться, отойти от неприятного.